За три дня до старта Apollo 13 (А-13), когда Центр Кеннеди гудел, как муравейник, и настроение персонала было на подъеме – «Снова на Луну!», пилот лунного модуля Кен Маттингли, включив в своей машине хьюстонское радио, узнал, что заменен дублером. Решение принял лично Том Пэйн, шеф NASA: «Риск заболевания астронавта в полете принесет NASA нехорошую огласку» (у Маттингли не было иммунитета к «краснухе»). За два дня до старта был назван новый экипаж:
• командир экспедиции Джеймс (Джим) Ловелл, 1928 г.р., капитан 1-го ранга ВМФ, 107 боевых вылетов с авианосца. Летчик-испытатель, в отряде астронавтов с 1962 г. На апрель 1970 г. имел максимальный «космический» налет, трижды слетав в космос в 1965-68 гг. – на Gemini-7, -12 и Apollo 8; в 1969 г. был дублером Apollo 11. Женат, четверо детей; | ![]() |
• пилот лунного модуля (LM) «Водолей» Фред (Фрэдо) Хейс, 1933 г.р., специалист по LM Apollo, первый раз летел в космос; в отряде с 1966 г., дублировал Apollo 8 и -11, член экипажа поддержки Apollo 9. Женат, трое детей, ждет четвертого; | ![]() |
• новый пилот командно-служебного модуля (CSM) «Одиссей» Джон (Джо, Джек) Свайгерт, 1931 г.р. Специалист по спасательным работам на Apollo, имеет степень магистра космических наук, первый раз летел в космос. В отряде с 1966 г; холост. | ![]() |
![]() Старый экипаж. |
Маттингли приехал в Центр подготовки вечером. Четверо не могли смотреть в глаза друг другу. Кен пожал руки Джеймсу, Фреду и Джону…
Вся жизнь Маттингли, казалось, проходила вокруг программы. Он, собственно, и не имел ничего иного: ни жены, ни близких друзей. Его фанатическую преданность астронавтике ошибочно принимали за природную скрытность. Кен был «аскетом в монастыре Apollo». Следующие три дня он ни с кем не разговаривал, не подходил к телефону, никуда не ходил, просто сидел дома и смотрел, смотрел телевизор, бесконечно отыскивая в программах коротенькие сообщения о миссии Apollo 13, в которой должен был быть он!.. И в которой его не было… Только в понедельник какое-то неведомое предчувствие вывело его из «комы» и заставило полететь в Хьюстон…
11–12 апреля.
Суббота и воскресенье
ЦУП в Хьюстоне. Руководство полетом осуществляли «черная», «золотая» и «белая» смены: Г.Ланни, Г.Гриффин, Ю.Кранц. Переговоры с экипажем ведут «капкомы» (Capsule Communicator) – члены Корпуса астронавтов: Д.Янг, Д.Лусма, В.Бранд и Ч.Дюк, но привлекались «запасные» и «резервные».
![]() Отработка действий экипажа на Луне. Пустые хлопоты... |
В субботу, в 13:13 (время везде – по Хьюстону) Apollo 13 «освободил стартовую башню». В 13:26 корабль и третья ступень вышли на орбиту вокруг Земли, а в 15:48 ушли к Луне. Затем – перестроение отсеков и в 16:09 – отделение от опустевшей ступени, которая летит к Луне автономно и упадет на ее поверхность для эксперимента с сейсмометром Apollo 12. С этого момента комплекс A-13 в составе CSM «Одиссей» и LM «Водолей» – один в безбрежье космоса удаляется от Земли.
Названия модулям дал Ловелл: Водолей – бог древних египтян, принесший жизнь в долину Нила. Одиссей – имя главного героя эпопеи Гомера (вернувшись на Землю, экипаж открыл для себя еще одно определение «одиссеи» – это длинный рейс со многими превратностями судьбы…).
13 апреля.
Понедельник – взрыв
21:00, ~330000 км от Земли и ~91000 км до Луны, в A-13 все спокойно…
Фред выбирался по люку-лазу из лунного модуля в служебный, Джеймс ждал его с крышкой, чтобы закрыть лаз на ночь. Джон в это время по указанию ЦУПа «размешал кислород и водород» – включил и выключил на несколько секунд тумблер «Вентилятор». Через мгновение раздался громкий глухой удар – и корабль резко и явно качнуло, как от сильного толчка. Сначала Ловелл подумал, что это сработал клапан сброса избыточного давления LM. Хейс любил пугать этим звуком членов экипажа. Но из люка на него смотрели ничего не понимающие темные глаза Хейса. Фред услышал «звон и звук сгибания металла»… В 21:08 в шлемофонах у всех зазвенела «тревога»!
Первые полчаса никто ничего не понимал, ни на борту, ни в ЦУПе. Но именно за это время масштаб аварии вырос катастрофически. На пультах операторов вспыхивали новые «тревоги», вышли из строя двигатели маневрирования CSM, два топливных элемента (ТЭ) №3 и №1. Разрушился кислородный резервуар №2, и падало давление в №1; даже компьютер «икнул» и самостоятельно «пошел в перезагрузку», а вместе с ним «ушла» (стерлась) существенная часть необходимой для оценки аварии телеметрии… Кто-то из диспетчеров растерянно сказал Кранцу: «Этого не может быть, или они уже мертвы…».
![]() Критические минуты. Маттингли, Бранд и Янг в ЦУПе |
Ловелл с Хейсом кинулись закрывать LM, думая, что его пробил метеорит, но крышку люка не «подсасывало»: «Водолей» был цел и невредим. Джеймс посмотрел в иллюминатор и испытал чувство «…тошноты внизу живота»: все обозримое пространство заполняли хаотически крутящиеся осколки металла. Из служебного модуля плыл «туман»; из его борта вырывалась огромная струя не то газа, не то жидкости, которая удалялась на десятки метров и закручивалась в солнечном свете, как дым сигареты… Он сообщил об увиденном в ЦУП, и в эфире наступило молчание…
Любой, кто знает содержимое «отделения №4» служебного модуля (SM), испытает тягостные чувства при слове «проблема». Там, на трех полках «этажерки» размещены: два бака с водородом, два с кислородом, три ТЭ. А за ними, отгороженные тоненькими стенками, баки с самовоспламеняющимся топливом (толщина стенки – 1.77 мм) и баллоны гелия под давлением 245 атм… Но гадать, как глубоко проникла авария, не было времени. Экипаж и ЦУП, исходя из наличной энергетики командного и лунного модулей (служебный «скончался»), строили систему защиты команды корабля от неминуемой гибели. На 38-й минуте шансы были 9:1 не в их пользу.
![]() Кен Маттингли в Центре управления полетами. |
В остававшиеся 92 минуты смены Кранца экипаж активизировал компьютер и систему жизнеобеспечения (СЖО) «Водолея» для перехода в него команды; Хейс с Ловеллом «перегнали» программу гироплатформы из компьютера командного модуля (CM) в компьютер LM; Свайгерт, как мог, стабилизировал двигателями ориентации СМ положение корабля в пространстве и начал выключать системы «Одиссея», чтобы сохранить ресурс бортовых батарей.
По свидетельству К.Маттингли (в первые минуты аварии вставшего рядом с Д.Лусмой), в «белой» смене «еще никто не успел четко померить пульс аварии». Ситуация изменилась с приходом «черных»: Ланни действовал чрезвычайно смело и продуктивно. Но роль Кранца преуменьшить нельзя – Юджин контролировал «общий сбор». Всю ночь гонцы и телефоны Хьюстона, словно грабли, выскребали всех нужных специалистов – из теплых квартир, мотелей, загородных домов – по всем штатам. На первом же ночном (23:05) экстренном заседании специального комитета NASA было принято главное решение: «Неудачу из списка возможностей исключить!».
В 23:50 еще работал компьютер «Одиссея», поедая драгоценную энергию одной из батарей (15 минут как «кончился» последний ТЭ №2). Как только Хейс включил двигатели маневрирования LM, Ловелл кинулся к люку и буквально завопил Свайгерту: «Выключай!». В 23:55 «Одиссей» уснул. Сердце Свайгерта похолодело – проснется ли он у Земли?..
Хейс активизировал LM за 1.5 часа (вместо трех). Теперь ему с Джеймсом нужно было по-новому научиться «водить» корабль. Пока первый урок получал командир, у Фреда появилось время мысленно все посчитать. Итак, они обречены возвращаться на Землю за счет ресурсов «Водолея», а это его хозяйство. Он чувствует модуль, любая система, любой узел – словно части его собственного тела. Никто из астронавтов не знает LM лучше, чем он.
Подсчитать нужно кислород, электроэнергию и, главное, воду – она необратимо испаряется из контура системы терморегулирования. Кислорода было достаточно; батарей, если выключить все «лишнее» – освещение, обогрев, датчики, а после использования двигателя и компьютер, – хватит приблизительно на 4 дня; но вода? Воды – при максимальной экономии на питье, системе обогрева – все равно не хватит на 5 часов. На память пришел «эксперимент Apollo 11», когда вернувшиеся с Луны астронавты оставили взлетную ступень LM на орбите с активным оборудованием, но специально выключенной системой водяного охлаждения. «Орел» перегрелся только через 8 часов – значит, по воде еще есть запас часа на 3. Хейс повеселел. Джеймс мельком взглянул на него и, не спрашивая, все понял.
Ловелл переучивался летать. Apollo не рассчитан на управление комплексом с помощью одних лишь двигателей лунного модуля. A-9 трижды включал двигатель посадочной ступени LM – значит, можно выполнять коррекции. Но справятся ли ЖРД ориентации модуля со стабилизацией комплекса? Необходимо было срочно усмирить болтанку – или гироскопы «Водолея» встанут на упоры: тут либо коррекция будет вообще невозможна, либо их снесет с трассы туда, где никакой ЦУП не найдет…
14 апреля.
Вторник – I и II коррекции
00:01. Свайгерт стал «сапожником без сапог»: после выключения «Одиссея» он робко спустился по люку-лазу в «Водолей» (в принципе, пилоты СSМ во время миссии в LM не заходят, это не их «дом»). Джон «присел» на корточки за спинами Джеймса и Фреда в качестве пассажира на кожухе взлетного двигателя LM и осмотрелся. Лунный модуль представлялся ему чем-то вроде аэроплана братьев Райт: здесь все было тонкое, хрупкое, все странно звучало, скулило, визжало и булькало…
![]() |
Почти два часа Ловелл боролся с неуправляемым кораблем. Время до маневра перехода на траекторию «самовозвращения» неумолимо таяло. Втянув голову в плечи и затаив дыхание, Свайгерт молча следил, как работают командир и пилот LM. Наконец, Джон решил, что должен предложить свои услуги: «Может, что-то неладно с контролем микроклимата?» – вежливо спросил он, уловив момент некоторого затишья в действиях Джеймса и Фреда, намекая на пугающие звуки. Пилоты, не оборачиваясь, уверили: звуки нормальные, волноваться надо, если они не будут слышны.
A-13 стремительно приближался к Луне. В ЦУПе группы поддержки уже дописывали конец процедуры коррекции схода с «гибридной траектории», а Г.Ланни беспокоило, справится ли автопилот LM c новой для него задачей...
02:42. Включен посадочный двигатель «Водолея». Apollo 13 использовал «эффект пращи» (разворот и возращение за счет притяжения Луны); корабль сошел с «гибридной» траектории. До захода за Луну нужно было выровнять гироплатформу с учетом нарастающего дрейфа корабля (истечение из служебного модуля продолжалось). И все-таки эта коррекция стала «первой ласточкой»: вместе с ней укрепилась надежда на спасение экипажа корабля.
02:43. Двигатель выключен, Ловелл отправил Фредо отдыхать. После очередного поворота (вручную) борта корабля под согревающие солнечные лучи, в иллюминатор «вплыла» Луна…
«А старушка все крупнее и крупнее, Джек», – задумчиво сказал Джеймс.
Впоследствии Ловелл вспоминал, что в эти первые часы «затишья» после вихря аварии он ни секунды не думал о судьбе или роке, говоря себе: «Любой ценой он и его команда вернутся к Земле. Даже если не удастся выжить. Лучше сгореть в атмосфере, чем стать первыми людьми, не вернувшимися на родную планету». В следующие 10 часов Хейсу и Свайгерту удалось немного поспать, Ловелл так и не смог заставить себя отдохнуть.
![]() На Земле с замиранием сердца следили за развитием событий |
В 15:00 по Солнцу выставили платформу. Операторы на Земле ликовали – «Есть!» – и тут же единодушно признались, что не поняли, как Ловеллу это удалось при неработающем индикаторе положения. Такое могут только «пилоты от Бога». Шансы росли, в ЦУПе начали появляться улыбки. Только бы удалась коррекция после Луны, сокращающая время возвращения!
В 18:21 Apollo «завернул» за Луну. Фредо и Джон, как дети в автобусе, прилипли к окнам LM. Свайгерт схватил камеру и начал снимать покрытую кратерами вороную поверхность. Фредо предостерег: «Не разбей стекло!». – «Как, его можно разбить?» – переспросил Джон… Джеймс смотрел через их затылки и вдруг нечаянно вслух обронил мучающую его мысль: «Если не доберемся – все сгорит…». Хейс обернулся к командиру и ободряюще ляпнул что было на языке: «Расслабься, Джим. Ты здесь был, а мы – нет…».
20:40. Через два часа после выхода из-за Луны Ловелл и Хейс получили из ЦУПа процедуру «прицеливания» и запуска двигателя. Свайгерт выказывал некоторое беспокойство по поводу повторного запуска посадочного ЖРД, откровенно спросив у командира, не думает ли ЦУП, что у них могут быть неприятности?.. «Вероятно, нет, если все цело», – рассудил Ловелл. И, через паузу (понимая, что беспокоит Свайгерта), сухим тоном: «Да, Джек, это рискованно».
21:40. Вторая коррекция удалась, 9 часов пути «срезали». Свайгерт не мог понять, какие испытывать чувства: с одной стороны, он жизнью теперь обязан этим двоим пилотам необычного аппарата, в котором не то что спускаться на Луну, сидеть-то страшно. С другой стороны, у Земли он должен будет сделать свою работу и для них, и для себя…
15 апреля. Среда – фильтры
и III коррекция
Еще в 23:30 14 апреля загорелся индикатор «СО2». Двухместный LM переполнялся избытком двуокиси углерода, выдыхаемой тремя астронавтами. Но на Земле уже вспомнили случай с A-8* и изготовленную еще во время его полета в одном из тренажеров «самоделку». Теперь на нее срочно писали процедуру «сборки-склейки».
* В Аpollo 8 Борман выключил грохотавшие вентиляторы; стало жарко и душно, воздух застыл. На Земле уже собрались дать команду по установке дополнительных фильтров «СО2», но Фрэнк снова врубил «ветер». Теперь задумка нашла своих героев.
03:25. Индикатор «СО2» погасили. Процедура использования фильтров-поглотителей писалась Д.Слейтоном с командой отдела систем. На сборку «образцового» фильтра ЦУП затратил чуть больше часа; на борту примерно час ушел на сбор материалов, еще час с небольшим – на изготовление двух фильтров. Собирали Ловелл со Свайгертом, Фреду дали поспать, но он проснулся и стал помогать. Приблизительно в 03:20 установили оба фильтра, где-то через 2–3 минуты – «заработало!».
После устранения «углекислотной» угрозы вернулась усталость (Ловелл не спал уже более полутора суток), но один из пилотов LM должен был дежурить постоянно, поворачивая корабль каждый час и переключая антенны. В «Одиссее» стало очень холодно, остывал и «Водолей». После второй коррекции, когда на долгие часы выключалось все, подкрались страх, бессонница и беспокойство…
Почти в это же время в Хьюстоне «всплыла» проблема: батарей не хватит, чтобы «оживить» командный модуль. Нужно повысить мощность как минимум в три раза! На первый взгляд, это невозможно. Над задачкой уже бился Кранц со своей сменой, «тигровая команда» (резервные диспетчеры с К.Маттингли) и еще, в трех тренажерах LM, четыре астронавта и два «пилота» Grumman. Они нашли электросвязь батарей LM и СМ через одну-единственную «жилку» датчика диагностики. Теперь необходимо было создать «единое схемное решение» электроцепей модулей с помощью определенных комбинаций переключений тумблеров (без отвертки и паяльника) и без потерь и так еле заметных крох энергии. Группа
![]() Последовательность разделения отсеков А-13. |
Кен не спал столько же, сколько и Джеймс, в какой-то момент он вышел на минутку подышать прохладным ночным воздухом. Пройдя десяток метров по дорожке, он обернулся, поднял голову и замер. Все здание ЦУПа было освещено, не было ни одного темного окна...
14:23. Снова что-то «грохнуло». Дежуривший в «Водолее» Фред кинулся к иллюминатору: белый пар истекал из основания LM. «Я думал, мы потеряли нашу спасательную лодку», – говорил он впоследствии. Оказалось, сработал предохранительный клапан гелиевого баллона. ЦУП успокоил: это можно пережить, гелия было в избытке.
17:10. Очередное беспокойство – замигал датчик тревоги: перегрев одной из химических батарей LM. Это серьезно: необходимый минимум энергии – все хорошее, что у них есть. ЦУП снова успокоил: тревога ложная, но лампочка мигала 5 часов, не добавляя приятных ощущений.
22:31 – третья коррекция посадочным двигателем LM и доводка двигателями ориентации. Для работы секстанта (идею ЦУПу подал командир) использовалась линия терминатора Земли относительно Солнца. «Хорошая работа, Джим», – оценил ЦУП. «Хочется надеяться, что так», – ответил Ловелл.
Фред видел, что командир смертельно устал, и не только от холода и ответственности за экипаж – все командиры Apollo «имели тенденцию больше волноваться», – и даже не адреналин несостоявшейся мечты высадиться на Луну «съедал» Джеймса Ловелла. Вчера во время отдыха он сказал Хейсу и Свайгерту: «Если мы не вернемся, я боюсь, это будет последняя лунная миссия на долгие годы…». Авария «назначила» его капитаном всей программы Apollo: он не боялся смерти, но как сильный человек не мог позволить ей победить себя.
Шел 50-й час аварии, борьба за жизнь продолжалась уже более двух суток. Астронавты вымотались физически и морально, но шансы со смертью выровняли – почти 50:50. Все главное, что можно сделать до «работы у Земли», они сделали – и сделали неплохо. Но голубой месяц был слишком мал в иллюминаторе, и до него еще 36 часов пытки сырым, пронизывающим до костей, съедающим последние силы и волю холодом. Наступило тягостное ожидание судьбы.
16 апреля.
Четверг – холод
Через несколько часов, в уже «показавшем себя» гелиевом баллоне посадочного двигателя LM давление достигло критического уровня и предохранительный клапан громко вырвало «с мясом». Трижды спасшего их ЖРД не стало… По замерзшим спинам даже не пробежал легкий холодок – усталое сознание уже притупляло чувство опасности: «Ну, подумаешь, вылетел…».
![]() |
Джеймс дежурил в «Водолее». Сухо выслушав «утешительные объяснения» ЦУПа по поводу клапана и не востребованности более двигателя, он задремал. В лазе, «стоя головой» на кожухе взлетного двигателя, дремал в спальнике Фред. Джон пытался уснуть в «верхней спальне», привязавшись спальным мешком в середине СМ, чтобы «не причалить» к ледяной стенке.
К первой половине четверга в «Одиссее» был просто «морозильник» – когда Джон принес оттуда хот-доги, они были практически заморожены (а разогреть не на чем…). Настоящий холод начал вторгаться и в «Водолей». Хьюстон «отсоветовал» использовать скафандры без вентиляции: быстро перегреешься и вспотеешь, придется снимать, что грозит серьезным переохлаждением, да и шланги пошли на фильтры. Свайгерт нечаянно подсунул ноги под «краник» питьевой воды и хорошо их промочил, потом «приморозил» в «Одиссее», высушил и растер, но холод уже «словно въелся». Когда достали «лунные ботинки», Фред предложил Джону свои, но тот не брал: «Тебе дежурить, Фредо» (наверное, это была своеобразная гордость «новичка»). Со второй половины дня все сгрудились в «Водолее», «наверху» было невыносимо. Старались меньше двигаться, сохраняя тончайший слой тепла у тела.
18:00. Корабль еще в 190000 км от Земли, а от холода уснуть невозможно. Попробовали шутить, вспоминая Кена Маттингли, который, если бы заболел, должен был покрыться красными пятнами. Ловелл успел тайно сговориться с капкомами, чтобы они сообщали ему «шифром» о здоровье Кена. Джеймс «звякнул» в ЦУП: «Расцвели ли цветы в Хьюстоне?». Оказалось, не только не зацвели, но еще и работают как безумные, с диспетчерами Кранца, готовя им контрольные списки по пробуждению СМ.
19:30. Кен, легок на помине, сел на место капкома: «Привет, «Водолей». Понадобится много бумаги». Свайгерт с Хейсом записывали процедуры.
23:15. «Как записали?» – спросил Маттингли. «Хорошо. Очень хорошо, Кен».
17 апреля.
Пятница – IV коррекция и финал
01:41. В «Водолее», как во влажной пещере, температура +2°С. Система контроля микроклимата LM, разработанная для более высоких температур и
![]() |
Через годы К.Маттингли оглядывался на работу Ловелла и его команды с изумлением: «Более трех суток они занимались выживанием в жесточайшей по отношению к человеку окружающей среде и ни разу не потеряли самообладания».
02:06. Предполагая критическое положение экипажа, Дик Слейтон советует принять стимуляторы из аптечки. Астронавты отказываются. Свайгерт потрогал лоб Хейса: Фреда сильно лихорадило уже полдня, но он держался.
02:35. Команда ЦУПа: «Все включать!». – «Звучит хорошо, – недоверчиво отзывается командир, – …а вы уверены, что для этого хватит электроэнергии?» Подтверждение ЦУПа пришло, когда уже исполняли первые «приятные» операции. В 02:45 – снова Д.Лусма: «И не экономьте воду». Это второе приятное известие. В 03:15 Ловелл с Хейсом оживили «Водолей», немного потеплело. В 04:59 A-13 был в 66000 км от Земли. Планета выглядела в иллюминаторе полумесяцем внушительного размера, увеличивающимся каждую минуту. Астронавты нервничали: они видели множество «выплесков» из служебного модуля…
![]() Служебный модуль «Аполлона» в свободном полете |
05:10. Свайгерт «поднимается» в «Одиссей» и начинает тихонечко включать системы СМ.
06:52. Четвертая «маршевая» коррекция началась с ошибочного вызова Ловеллом компьютерной программы посадочного двигателя. Диспетчеры «поймали ошибку». В ЦУПе знали, что Джеймс ошибается уже не от утомления… Как командир он пил воду меньше всех – обезвоживание и потеря электролитов провоцировали ошибки. Все, что было необходимо, – 21-секундный импульс двигателями маневрирования «Водолея».
07:15. A-13 почти у Земли. Ловелл возвратно-поступательным маневром (вперед-назад) двигателей ориентации LM пытается отделить SM. Свайгерт в «Одиссее» включил пиропатроны. Чтобы не совершить ошибку и нечаянно не отстрелить модуль с Ловеллом и Хейсом, ЦУП посоветовал ему заклеить скотчем тумблер «Отстрел LM».
![]() |
Сброшенный SM осмотрели, зрелище, увы, не вычеркнуло из «списка возможного» проблему, беспокоившую Джона перед второй коррекцией (взрыв мог дотянуться до теплозащиты СМ). И подтвердились опасения ЦУПа на счет риска включения маршевого двигателя: Фред заметил, что его повредила сброшенная взрывом крышка отсека №4.
09:00. Внутри «Одиссея» все еще очень холодно, темно и сыро. Свайгерт готовится входить в атмосферу. Переключатели систем – в положении на «полную подпитку» батарей СМ от «Водолея». Пальцы Джона на последнем тумблере, вспомнилось участие в мероприятиях по безопасности после пожара на A-1: все ли учли они тогда? За щитками приборов и переключателей – капли воды на проводах. А если замыкание? Включение… Получилось!
10:43. Хейс переходит в «Одиссей», подключается к работе Джона. Ловелл покидает LM последним, задраивает люк-лаз с обеих сторон. Внутрь лаза подается избыточное давление, подрываются сцепки, сжатый воздух откидывает LM. Толчок такой сильный, что гироскопы СМ чуть не «стали на упоры». Но Свайгерт мгновенно стабилизировал свой еще скованный трехсуточным холодом «Одиссей». Это была его работа!
LM грустно уходит, уменьшаясь в размерах. Удивительная ирония: «85 часов сидеть в «Водолее» и экономить на каждом глотке воды…».
11:53. СМ входит в атмосферу планеты… Ожидание, которое могло стать бесконечным… «Зона пропадания сигнала» длилась 194 секунды…
![]() Экипаж А-13 и Вернер фон Браун. |
«О'кей, Джо!» – вырвалось у Свайгерта, когда в иллюминаторы хлынуло голубое небо.
12:02. СМ на парашютах над земным Тихим океаном. 12:07. Приводнение. Спасателей, открывших люк «Одиссея», обдало облаком морозного воздуха.
P.S. При аварийном возвращении корабля на Землю потери «проектной» мощности восполнены выдержкой и профессиональной подготовкой астронавтов. Полет продолжался 142 час 54 мин, в состоянии аварии – 86 час 59 мин.
Все остальные «варианты» аварии A-13, которые могли случиться в других пунктах трассы – ближе к Луне, на орбите Луны, после возвращения астронавтов с Луны – фатальны. Но самый безысходный и мучительный обнаружил сам Ловелл – случись взрыв ближе к Земле, например, 12 апреля… И еще: Джеймс совершенно не верит в мистику и всегда говорит: «13 – это только число, которое следует за 12…».
Членам экипажа A-13 больше не довелось слетать в космос. К.Маттингли стал пилотом СМ, облетел Луну в миссии Apollo 16 и дважды стартовал в шаттле на околоземную орбиту в экспедициях STS-4 и -15.