Рейтинг с комментариями. Часть 5-2-1h

318 г. до н.э. - Академия Цзися; история Китая, период Чжаньго, 318-258 гг. до н.э

О яшме и нефрите

диски-би Наверное, я всё же стопроцентный европеец. Неспособный понять загадки странной китайской души. Я настолько некитаец, что потратил (напрасно) массу времени, пытаясь понять некоторые совершенно нелогичные аспекты китайского менталитета. Вот, например, европейские чисто материальные ценности - золото, алмазы, рубины и т.д. Я вполне равнодушен к этим металлам-минералам, однако признаю, что они красивы, уникальны по свойствам и достаточно редки. А закон экономики гласит: ценность вещей обратно пропорциональна их количеству. Этот закон распространяется на всё - будь то изумруды или окаменевшие экскременты динозавров. Но в Китае этот закон даёт сбои.
Золото и в Китае с древности выполняло роль денег, было мерилом богатства, хотя и не в той степени, как на Западе. Но вот любовь китайцев к яшме и нефриту поразительна.
Излагаю свои геологические понятия. Яшма, нефрит, жадеид - родственные минералы, отличаются плотностью, твёрдостью, вязкостью (не разбиваются). Цвет - самый разнообразный. При этом по красоте сильно уступают (на мой взгляд) не только изумрудам, но и полевому шпату или пириту. А самый ценный нефрит у китайцев - молочно-белый ("цвет бараньего сала"), его я вряд ли отличу от куска хорошо протёртой штукатурки. Жадеид и нефрит раньше вообще называли одним словом - "жад", а в некоторых странах нефрит называли "яшма". Да и вообще - яшма и нефрит тоже стали различаться не столь давно. И переводчики переводили всяко разно. Вот у Сыма Цяня везде написано "яшма", а у других о том же самом - "нефрит". "Так что путаница тут большая. Но это не столь важно. Важно то, что китайцы явно опровергают законы экономики. Нефрита в мире много. Он есть почти везде, его много даже в Китае. Например, саркофаг Тамерлана сделан из единого куска чёрного персидского нефрита, саркофаг Александра III - из единого куска сибирского нефрита, есть и 6-метровая статуя Будды - в Китае - из единого куска самого ценного молочно-белого нефрита. Так что драгоценные камни в Европе измеряют в каратах, а нефрит, даже в Китае, где его считают драгоценным камнем - в тоннах. По классификации нефрит не более ценен, чем малахит или горный хрусталь. Помню, сплавлялись мы по Витиму и сделали гидрочалку у заброшенной шахты, где когда-то добывали горный хрусталь. Прямо у входа валялось множество кусков и я прихватил на память изрядную глыбу розовых кристаллов (интересно, где она у меня валяется?).
Да, конечно, сейчас Китай стал иным и принял отчасти законы экономики. Магазины завалены нефритовыми поделками и подделками. Которые по карману даже мне, хотя и стоят в разы больше, чем из другого камня.
Столь трепетное отношение к нефриту - только у китайцев (да ещё у маори). Уже в неолите китайцы вытачивали нефритовые диски (диски-би) - величиной с тарелку, толщиной в палец, посередине - отверстие. Изумительная шлифовка, исключительная точность параметров. Вероятно, амулеты. И вся хроника уже письменной истории испещрена сообщениями, как правитель подарил кусок яшмы или казнил того, кто такой кусок припрятал. Все легенды и мифы буквально пропитаны нефритом - у небожителей в нефритовых горах нефритовые дворцы, а в дворцах - нефритовая посуда. Эпитет для всего красивого, лучшего и ценного - "нефритовый". Конфуций говорил о хорошем человеке: «Его мораль чиста, как нефрит». Даже мужской детородный орган - "нефритовый стержень".
Нефрит очень высоко ценится китайцами, которые называют его «камнем жизни», считается его национальным камнем. Нефрит в Китае ценился порой выше золота и серебра, так как считалось, что этот камень приносит благополучие. «Золото имеет цену, нефрит же бесценен».
Вот кто способен объяснить очевидные факты: VI тысячелетие до н.э. - нефрит в Китае абсолютно рядовой камень, наряду с кремнем из него делают наконечники копий и разные орудия, а V тысячелетие до н.э. - он уже священен и употребляется лишь в ритуалах. Причём сразу на огромных пространствах. Что китайцы в нём разглядели?
Интересно ещё и то, как отпиливали куски камня, ещё не зная и металлов. Считают, что пилой была тонкая полоска кожи (титива лука) и крупный песок.
И вот одна история как раз этого времени, чтобы убедить читателя, что я не сгущаю краски.
Согласно легенде, снабжённой точными датами и историческими подробностями, задолго до 283 г. до н.э. в государстве Чу на горе Чу человек по имени Бянь Хэ нашёл камень, содержащий нефрит.
Осознав ценность находки, Хэ принёс его к Ли-вану, правителю государства Чу. Однако тот решил, что это обыкновенный камень и его хотят надуть. Он приказал, чтобы Хэ отрезали левую ногу. Бянь Хэ жил с одной ногой и дождался смерти вана. Ему наследовал У-ван и Хэ предложил драгоценный нефрит новому правителю. История повторилась и Хэ отрезали правую ногу. Но нашедший нефрит (странно - а как насчёт благополучия от обладания нефритом?) был упрям, пережил и этого правителя и дождался очередного правителя, которого звали Вэнь-ван. Тогда Бянь Хэ принёс свой нефритовый камень к подножию горы Чу. Там он плакал, пока «через три дня и три ночи его слёзы не были исчерпаны и потекла кровь». Об этом доложили новому правителю. Тот через посланников задал вопрос этому инвалиду: «У многих людей были отрезаны ноги. Зачем же так расстраиваться?» «Я сокрушаюсь не о потере моих ног, — ответил Хэ, — а о том, что драгоценный камень считают обычным, а честного человека — лжецом». Впечатлённый кровавыми слезами Хэ, правитель Вэнь приказал ювелиру обработать камень. Внутри камня оказался самый большой кусок чистого нефрита, который Вэнь когда-либо видел. В честь страдальца Хэ, нашедшего драгоценный нефрит, Вэнь назвал камень Хэ Ши Би, что означает «Нефритовый диск Хэ».
В 283 году до нашей эры драгоценный нефрит был украден у правителя Чу и продан государству Чжао. Затем правитель Цинь предложил Чжао 15 городов за Хэ Ши Би.


Сначала правитель Чжао согласился (Цинь в тот год была куда сильнее и могла и силой отнять), но переложил груз ответственности на выдающегося дипломата Линь Сян-жу.
Сыма Цянь: Циньский ван принял Сян-жу, сидя на террасе Чжантай (прием посла на террасе, а не в зале - унижение!). Сян-жу поднес циньскому вану драгоценную яшму. Ван очень обрадовался, тут же передал драгоценность своим красавицам и свите, чтобы они на нее полюбовались. Все приближенные дружно воскликнули: «Ваньсуй!» («десять тысяч лет!», писк восторга). Тут Сян-жу стало ясно, что циньский ван вовсе не намерен отдавать чжаосцам города; он вышел вперед и сказал: «Но в яшме есть изъян, разрешите я покажу его вам». Ван передал яшму послу. Тогда Сян-жу схватил ее, отошел назад, прислонился к колонне, разгневанный, так что поднявшиеся от возмущения волосы сбили его головной убор, и сказал циньскому вану: «Вы, Великий ван, желая заполучить драгоценную яшму, отправили своего гонца с посланием к чжаоскому вану. Тот созвал на совет всех сановников, и они ему говорили: "Циньский правитель жаден, он, пользуясь своим могуществом, с помощью пустых посулов требует себе эту яшму, обещанных же городов мы все равно не получим". Все советовали вану не отдавать Цинь эту драгоценную яшму. Но я полагал, что обман недопустим даже в отношениях между простыми людьми, что же говорить об отношениях между великими государствами! Кроме того, чжаоский ван решил, что нельзя из-за одной маленькой яшмы лишать удовольствия правителя мощной циньской державы. После чего он постился пять дней, а затем отправил меня вручить вам драгоценную яшму и доверил мне свое послание к вам. Почему он так поступил? Этим он пожелал выразить свое почтение вашему могущественному государству. Ныне, когда я прибыл сюда, вы, Великий ван, приняли меня не во дворце, встретили весьма надменно. Получив драгоценную яшму, вы тут же передали ее своим красавицам, чтобы посмеяться надо мной. Я вижу, что вы, Великий ван, не имеете намерений отдавать чжаоскому вану обещанные города, поэтому я забираю обратно эту яшму. Но если вы вздумаете отобрать у меня ее силой, я и драгоценную яшму и свою голову разобью об эту колонну!»
Сян-жу крепко сжал руками яшму и взглянул на колонну, словно намеревался ударить по ней. Циньский ван, опасаясь, что посол разобьет сокровище, извинился перед ним. Он призвал к себе управляющих делами с картами и отметил на них 15 городов, которые отныне должны быть переданы Чжао. Но Сян-жу счел, что все это - обман циньского вана, лишь делающего вид, что он отдает города чжаосцам, и поэтому сказал ему: «Драгоценность рода Хэ - это сокровище Поднебесной, которое передается из поколения в поколение. Чжаоский ван опасался вас и не посмел не передать его вам; когда он посылал вам эту драгоценность, он постился пять дней. Сейчас вы, Великий ван, тоже должны поститься пять дней, собрать во дворце знать всех девяти рангов, и только тогда я вручу вам эту яшму». Циньский ван задумался. Отнять драгоценность силой он не мог и потому в конце концов согласился поститься пять дней. Он поселил Сян-жу в подворье Гуанчэн. Сян-жу, поразмыслив, пришел к выводу, что циньский ван хотя и согласился поститься, но обещанные города наверняка не отдаст, поэтому он повелел своему слуге переодеться в грубую одежду и, спрятав понадежнее драгоценную яшму, короткой дорогой вернуть ее в Чжао.
После пятидневного поста циньский ван собрал в дворцовом зале всю знать девяти рангов и велел ввести чжаоского посланца Линь Сян-жу. Сян-жу вошел и сказал циньскому вану: «Со времени Му-гуна в Цинь сменилось более 20 правителей, но ни один из них твердо не соблюдал принятых на себя обязательств. Я решил, что буду обманут ваном и таким образом провинюсь перед Чжао, поэтому повелел своему слуге вернуться обратно с драгоценной яшмой. За это время он уже добрался до Чжао. Вместе с тем известно, что Цинь - сильное государство, а Чжао - слабое; если вы, Великий ван, пошлете человека в Чжао, то чжаоский правитель может тут же передать вам драгоценный талисман. Если могущественное Цинь первым уступит чжаосцам 15 городов, разве чжаоский правитель осмелится удерживать драгоценность у себя и совершать преступление против Великого вана? Я прекрасно понимаю, что за обман Великого вана я должен быть казнен, и согласен даже на то, чтобы вы сварили меня в кипятке заживо, но прошу вас, Великий ван, сначала обсудить вместе с вашими сановниками все ваши действия».
Циньский ван и его сановники переглядывались в растерянности, а некоторые из приближенных намеревались вытолкнуть Сян-жу из зала, но циньский ван сказал: «Если мы сейчас убьем Сян-жу, то никогда не сумеем заполучить драгоценную яшму и прервем добрые отношения между Цинь и Чжао. Не лучше ли поступить с ним великодушно и отпустить его обратно в Чжао? Разве чжаоский ван из-за какой-то яшмы пойдет на обман Цинь?!» Затем он принял Сян-жу во дворце и, исполнив соответствующие церемонии, отправил его обратно в Чжао. По возвращении Сян-жу чжаоский ван понял, что его мудрый посол не опозорил его перед чжухоу, и пожаловал ему звание шандафу. В конце концов Цинь не отдало своих городов Чжао, но и Чжао не отдало циньцам драгоценной яшмы.

Вы только подумайте, сколько терзаний и самопожертвований из-за каменного диска с дырочкой, который в те годы не обладал вообще-то никакой историей, кроме отрубания ног, да и то в другом царстве! На этом дело, конечно, гн кончилось, Цинь пошло войной на Чжао.



Дипломат Линь Сян-жу отстраняет загребущие руки Цинь

В 221 г. до н.э. новый правитель Цинь — Цинь Ши Хуан — завоевал весь Китай, в том числе Чжао. Он приказал вырезать на Хэ Ши Би свой символ, чтобы самый фантастический кусок нефрита всегда служил императорской печатью Цинь. Главный советник Ли Сы написал, а мастер Сунь Шоу вырезал на ней слова: «По мандату небес, пусть (император) живет долго и счастливо».
С 221 г. до н.э. Императорская печать Китая переходила от императора к императору во времена династий Цинь, Вэй, Цзинь, в период Шестнадцати царств, династии Суй и династии Тан. Из-за неё воевали, убивали, её доставали из колодца и много чего её, но это другая история.
Однако в период пяти династий и десяти царств (907–960 гг.) легендарная нефритовая печать исчезла. Когда династия Мин пришла к власти, было официально зарегистрировано, что драгоценная реликвия пропала.
Есть много версий её судьбы, но она не найдена до сих пор.
Но то ладно - историческая реликвия, символ Поднебесной, но трепетать над куском, возможно, вообще необработанного нефрита - это уж вне моего понимания.
Однако, замечу, чисто национальные помешательства были и в других странах. В Японии помешались на точильных камнях, в Голландии - на луковицах тюльпанов...



"Юйту" - "Нефритовый заяц" - китайский ровер на Луне. Европейцы, кто не понимает, при чём тут нефрит, называют его "Лунным зайцем"




318 г. до н.э. - Преемником Сян-вана в Вэй стал его сын Ай-ван (318-296 гг. до н.э.). Довольно длительное его правление прошло в столкновениях, переговорах и унизительных уступках сильному Цинь.
-
Су Цинь сумел объединить по вертикали шесть стран в антициньский союз. Во главе этого союза в момент его создания оказался чуский Хуай-ван, глава едва ли не сильнейшего царства из шести.
- в царстве Ци создана академия Цзися
- В Янь Куай-ван совместно с правителем Чу и правителями трех цзиньских княжеств напал на Цинь; успеха они не добились и вернулись. Цзы-чжи был советником правителя княжества Янь, его уважали и ценили, он был главным в принятии всех решений. И состарившийся ван передал Цзы-чжи всю фактическую власть в государстве, а сам устранился от дел.

Академия Цзися

Если уж я отметил Афинскую Академию и Александрийскую библиотеку, как события, повлиявшие на космонавтику, то придётся туда же отнести и Академию Цзися.
Царство Ци было одним из наиболее развитых в чжоуском Китае, особенно во времена Хуань-гуна и Гуань Чжуна. Позже роль Ци стала менее значительной. Однако в период Чжаньго это царство опять стало одним из сильнейших и наиболее процветающих, а столица Ци, город Линьцзы, - едва ли не крупнейшим в стране.



Модель древнего Линьцзы

После того как в 386 г. до н.э. Тянь Хэ, всесильный сановник Ци из рода Чэнь, сыном Неба и другими чжухоу был признан легитимным правителем царства, Ци под властью новой династии Тянь не только резко активизировало свою политику, активно вмешиваясь в политические интриги и искусно лавируя между Цинь и Чу с умелым использованием при этом поддержки других царств Чжунго, но и стало привлекать к себе лучшие умы всего чжоуского Китая.
Именно в столице Ци, Линьцзы, близ ворот Цзи, была создана во второй половине IV в. до н.э. своеобразная академия Цзися. Более точный перевод «учёный двор под западными воротами Цзи». Название "под западными воротами" несколько смущало, так что художники часто изображают некий подземный зал:


Вряд ли. Философствуется более продуктивно именно под открытым небом.
Туда приглашались все известные китайские мыслители, получавшие от правителей Ци звание дафу и соответствующее содержание. В числе таких ученых, как постоянно живших в Цзися, так и посещавших академию, были представители всех направлений чжоуской мысли. Кроме чистых моистов, пожалуй. Школы конфуцианства, даосизма, легизма, мин цзя, инь ян цзя. Но более всего Цзися было центром даосизма и близких к нему идейных течений, адепты которых появлялись здесь, видимо, преимущественно с юга, из Чу. Скорее всего, именно таким путем в академию прибыл такой известный ученый, как Цзоу Янь (см), одна из наиболее загадочных фигур философии периода Чжаньго. Именно ему приписывается философская разработка идей о пяти первоэлементах (у-син) и обинь-ян. Кроме того, Цзоу Янь первым в Китае стал настаивать на том, что чжоуский Китай (Поднебесная) - это лишь девятая часть одного из девяти континентов, т.е. небольшой регион мира.
Действовала Цзися более столетия (возможно, до 150 лет). Блистательные имена: Мэн-цзы и Сюнь-цзы, Тянь Пянь и Хуань Юань, Шэнь Дао, Сун Цзянь, Инь Вэнь, Тянь Ба и Эр Шо, Цзоу Янь и Цзоу Ши. Обсуждавшаяся в Цзися проблематика отражена главным образом в энциклопедическом трактате Гуань-цзы (IV-III вв. до н.э.), а также Янь-цзы чуньцю, Сыма фа (Законы Сыма, IV в. до н.э.) и других. В условиях официально поощряемой дискуссии в Цзися уточнялись теоретические позиции и рождались первые формы синтеза основных идейных направлений китайской философии. Центральное место в дискуссиях отводилось вопросам сущности мира, теории познания и методам политического управления, в основе которых лежали принципы "школы дао и дэ". В итоге сложилось и собственно «учение Цзися», отмеченное общей даосской ориентацией.
Академики Цзися пользовались покровительством ванов Ци, получая почести в виде званий, стипендий и льгот. Наиболее почитаемые преподаватели носили титул сяньшэн, который закрепился в китайском языке в значении «учитель», «почтенный», «господин». Нам, впрочем, более знаком японский аналог слова - сэнсей.
«Сюань-ван с радостью принимал при дворе мужей, знающих литературу, и странствующих ученых. Их было семьдесят шесть - таких, как Цзоу Янь, Чуньюй Кунь, Тянь Пянь, Цзе Юй (Цзе-цзы), Шэнь Дао, Хуань Юань. Все их он поставил шандафу (старшими сановниками), но они не управляли делами, а занимались обсуждениями и толкованиями. Поэтому циская школа ученых Цзися вновь расцвела, насчитывая от нескольких сот до тысячи человек» (Сыма Цянь)
III в до н. э. назван "золотым веком" китайской философии. В которую входила и натурфилософия - зачатки будущей науки. Вероятно, это связано с величайшими потрясениями на Западе - Александр Македонский похоронил великую персидскую империю, эллинизм был уже у границ Китая, греческие знания просачивались и в Поднебесную. Однако прямой передачи знаний не обнаружено - в дошедших до нас текстах нет никаких греческих имён, названий, ничего явного, лишь какие-то намёки можно уловить, да и сам "взбрык" любви к учёным мудрецам интересен. И очень-очень скоро, в 212 г. до н.э. книги сожгут, а учёных казнят сотнями по всему Китаю. Но об этом грустном факте потом, а пока...
Слава академии стала вызовом для Цинь, истинного гегемона Поднебесной, начался проект Люй Бувэя по созданию «ЛЮЙ-ШИ ЧУНЬ ЦЮ», в котором по преданию участвовали 3 000 приглашенных учёных.
Вообще Китай, как и Древняя Греция славились изобилием философов. А в других странах их почти или совсем не было. Скажем, Россия. Кроме "философского парохода" и вспомнить особо некого.

Су Цинь



из какого-то фильма

Дипломатическим битвам, состязаниям создателей стратагем, биографиям двух интересных личностей посвящены целиком 69-я и 70-я главы великого труда Сыма Цяня.
Су Цинь, согласно Сыма Цяню, родился в столице центрального царства Чжоу - в Лояне. Учился у философа "Гуй Гу-цзы. Обладал огромной работоспособностью, читал множество книг и готовил себя к службе советника при ване. Но никакого применения своим знаниям вначале найти не мог, так что члены его семьи, упрекая его, злословили, что он умеет работать лишь языком. Осознавая свою никчемность, Су Цинь продолжал учиться дома, одолевая один трактат за другим, набираясь ума-разума. Сформулировав для себя ряд идей, он попытался было добиться аудиенции у чжоуского Сян-вана (368-321 гг. до н.э.). Но сын Неба не принял его. Тогда Су решил отправиться в Цинь, где Хуэй-ван, преемник Сяо-гуна, только что расправившийся с великим реформатором Шан Яном, терпеливо выслушал его длинную речь. Суть ее у Сыма Цяня изложена вкратце: Цинь, располагавшее обширными территориями и немалым населением, может овладеть Поднебесной, умело применив военную силу, и стать империей.
Преемник Сяо-гуна Хуэй-ван, казнив нелюбимого им Шан Яна, сохранил, однако, его наследие, и более того, продолжал действовать в духе его реформ. Поэтому, видимо, он благосклонно отнесся к новому странствующему ши. Однако, услышав, что тот предлагает ему просто воспользоваться имевшимся у царства могуществом (достигнутым благодаря уже реализованным реформам Шан Яна) и за этот счет овладеть Поднебесной, он остался весьма равнодушен к подобному предложению, справедливо решив, что в реальности любые рассуждения об овладении Поднебесной явно преждевременны. Аргументы Су (Цинь велико и владеет умением воевать) были и без того известны вану.
Су учел полученный им урок и резко изменил суть своих установок. Прежде всего он обрел ценностную ориентацию. Но обиды не забыл и резонно рассудил, что стоит наказать обидчика. Для этого надо разжечь антициньские настроения. А условия для этого были весьма подходящими. Резко усилившееся Цинь становилось опасным государством, склонным обращаться с соседями весьма бесцеремонно.
Су Цинь вернулся домой, опять засел за книги под насмешки родни и примерно через год решил снова попытать счастья, на сей раз в царстве Чжао. Первый визит с новыми идеями в Чжао оказался второй неудачей для Су Циня. Правитель Су-хоу (349-326 гг. до н.э.) просто отказался его выслушать, о чем позаботился только что назначенный на должность чжаоского сяна младший брат правителя Фэньян-цзюнь, не желавший конкуренции.
Тогда Су Цинь отправился в Янь, где имел долгую беседу с Вэнь-хоу (361-333 гг. до н.э.). Принципы построения аргументации были стандартными: сначала он рассказывал собеседнику, сколь велико и богато управляемое им царство, а затем переходил к описанию потенциальных опасностей, ожидающих его, если оно не выберет правильный, т.е. антициньский курс в политике. Разумеется, общий стандарт не исключал вариантов. В случае с Янь было упомянуто, что, хотя это царство и благоденствует, оно обязано своим процветанием лишь тому, что ограждено от демонического Цинь другими государствами, в частности Чжао. Однако в случае конфликта с Чжао чжаосские войска вполне способны за две недели достичь столицы - Янь с ними не справится. Поэтому для Янь самое существенное - сблизиться с Чжао, заручиться его поддержкой. Яньский Вэнь-хоу охотно воспринял логику аргументации Су и добавил к ней, что не стоит пренебрегать улучшением отношений и с другим яньским соседом, Ци. Если бы объединиться с обоими в антициньский союз, это могло бы стать некоей гарантией против возможной агрессии со стороны Цинь. В заключение беседы Вэнь-хоу богато наградил Су Циня за его плодотворную идею и заявил, что Янь можно считать членом антициньского союза хэцзун.
Су Циню повезло (или он узнал раньше, потому и поехал) - сянь (министр) Фэнъян-цзюнь, относившийся к нему враждебно, уже умер, место министра было вакантно и он получил приём у князя Су-хоу в Чжао.
На сей раз прибывшего с богатым выездом, яньскими золотом и шелками ученого ши чжаоский Су-хоу встретил гостеприимно. И Су Цинь умело развернул перед ним свою аргументацию. Страна ваша богата и сильна, правитель мудр. Нужно только для народа обеспечить спокойствие, а оно зависит от правильной внешней политики. Враждуя с сильными Цинь или Ци, т.е. с могучими соседями Чжао на западе и востоке, это царство не обретет покоя при всем том, что оно едва ли не наиболее сильно в Поднебесной. Стоит обратить внимание на то, что основная опасность грозит со стороны царства Цинь, которое может превратить Хань и Вэй в своих вассалов и оказаться совсем рядом с Чжао, почти окружив его. Сейчас, пока потенциальные силы других царств вдесятеро больше того, чем располагает Цинь, все может казаться не столь уж и страшным. Но будет так лишь в том случае, если эти силы объединить. Только тогда потенциально агрессивное Цинь будет разбито и перестанет быть опасным для всех. Су Цинь представил перед чжаоским князем стратагему (подробный план) союза шести княжеств (Хань, Вэй, Ци, Чу, Янь и Чжао) для сдерживания Цинь. Реализация такого союза даст чжаоскому правителю положение вана-гегемона. И Су-хоу принял план и выдал Су Циню полномочия, снабдив драгоценностями, регалиями и колесницами. И тот отправился в Хань.
Ханьского Сюань-вана он похвалил за то, что у него сильная армия, лучшие в Поднебесной стрелки из арбалета, воины искусно владеют различными видами оружия, включая мечи. При таких военных возможностях негоже служить царству Цинь, которое к тому же может потребовать от Хань то один кусок территории, то другой. А земли в Хань и без того мало, народ живет скученно. Сюань-ван выслушал аргументы и согласился с ними, заметив, что он готов последовать «наставлениям чжаоского вана», из чего видно, что предложение о союзе теперь делалось Су Цинем не от его имени, а от имени могущественного главы создаваемой антициньской коалиции.
Следующий визит был к правителю царства Вэй, расположенного к югу от Хань, тоже территориально небольшого и плотно заселенного. Прославляя мудрость вэйского Сян-вана, Су Цинь предостерегал его от сближения с Цинь. Иначе циньский правитель станет императором, а вэйский - его вассалом, который будет вынужден отдать Цинь свои земли. В заключение он прямо упомянул, что послан в Вэй чжаоским правителем. Вэйский Сян-ван, услышав это, «с почтением присоединился к союзу».
Договорившись со всеми тремя царствами бывшего Цзинь, Су Цинь отправился на другой край Чжунго - в Ци. В беседе с циским Сюань-ваном прославлял силу и богатство его царства, особенно столицу Линьцзы. Никто во всей Поднебесной не сравнится с Ци. Но если оно забудет об агрессивном Цинь, жертвой которого легко могут стать соседние с Ци царства Хань и Вэй, то может случиться беда. Конечно, пока Цинь далеко и не в состоянии нанести вреда Ци. Но ситуация может измениться, и лучше подумать об этом заранее. Циский правитель выслушал все сказанное, преподнесенное ему как бы от имени чжаоского вана, и согласился вступить в антициньский союз.
Прибыв в южное Чу, Су Цинь обратился к чускому Вэй-вану с несколько иными аргументами. Чу и Цинь равно могущественны, и потому Цинь более всего хотело бы вредить Чу. Вот поэтому-то Чу и выгодно войти в антициньский союз и укрепиться за его счет. А союзники будут помогать Чу, присылать ему подношения, даже служить ему. Ни слова о главенстве Чжао не было сказано. После этого Чу склонилось войти в антициньский союз.
В 40-й главе труда Сыма Цяня о Чу прямо сказано, что после того, как Су Цинь в 318 г. до н.э. создал антициньский союз хэцзун, главой его стал чуский Хуай-ван.
Су Цинь стал сяном шести царств, образовавших антициньский союз хэцзун. Но на деле созданный им союз оказался скорее фикцией, нежели реальностью. Да, вернувшись после создания союза хэцзун в Чжао, Су Цинь получил там во владение местность Уань и стал именоваться почетным титулом Уань-цзюнь. Однако созданный Су Цинем союз не был воспринят всерьез мало чем связанными друг с другом правителями. Из 69-й главы Сыма Цяня явствует, что этот союз несколько напугал и будто бы на целых 15 лет приостановил агрессивные выпады Цинь. На самом деле царство Цинь отнюдь не испугалось и не прекратило на 15 лет воевать с соседями. Более того, воевали друг с другом и армии членов антициньского союза. Так, в 328 г. до н.э. Чжао вело войну с Цинь, а в 327 г. до н.э. Хань - с царствами Ци и Вэй. В 44-й главе Сыма Цянь рассказывает о войне Вэй с Цинь в 328-327 гг. до н.э. и о войне Вэй с Чу в 323 г. до н.э.. Из 45-й главы явствует, что в 325 г. до н.э. Вэй воевало с Хань, а в 319 г. до н.э. на Хань напала армия Цинь. В 318-316 гг. до н.э. циньская армия успешно воевала то с коалицией ее соперников, то с Хань или Чжао, в 314-313 гг. до н.э.- с Вэй и Чжао, в 313-312 гг. до н.э. - с Чу. Мало того, в 312 г. до н.э. Цинь вместе с Вэй напало на Янь, а вместе с Хань на Чу. Из всех этих сообщений ясно, что ни о каком 15-летнем моратории на военные действия со стороны Цинь говорить не приходится. Более того, в 69-й главе сказано, что, когда Ци и Вэй напали на Чжао, чжаоский ван справедливо предъявил счет Су Циню, который попросил послать его в Янь, дабы там договориться с Ци и исправить ситуацию. Чжаоский ван согласился на это, но после отъезда Су Циня из Чжао союз хэцзун распался. Есть сомнения, что союз в созданной Су Цинем форме вообще существовал. Да, идея носилась в воздухе. Кто-то воспринимал ее всерьез, но не все. Собственные интересы брали верх. Пока Су Цинь добирался до Янь, на это царство напало союзное с ним Ци, так что Су Циню пришлось ехать в Ци и, снова запугивая его коварством Цинь, молить циского правителя вернуть Янь захваченные земли. Земли вернули, но в Янь встретили Су Циня весьма прохладно, так что тот с трудом добился назначения на должность. Не слишком долго пробыв в Янь, Су Цинь возвратился в Ци, где вскоре был убит.
Сыма Цянь уточняет обстоятельства смерти Су Циня. Находясь в любовной связи с вдовой, матерью яньского И-вана (о чем правитель знал), Су боялся казни и, дабы избежать ее, попросил у И-вана разрешения уехать в Ци, чтобы оттуда способствовать усилению Янь, на что тот согласился. В Ци юный Минь-ван благосклонно принял беглеца, а яньский И-ван вскоре умер. В Ци многие не любили Су Циня и устроили против него заговор. Он был ранен, но сумел бежать и перед смертью попросил Минь-вана разорвать его тело на части, как будто бы замышлявшего смуту - тогда злоумышленники быстро объявятся. И они объявились. Чуть ли не за наградой. И были схвачены и казнены, а новый яньский Гуай-ван был удовлетворен тем, как цисцы отомстили за смерть Су Циня. Якобы это было в 314 г. до н.э.



Кадр из фильма. Казнь разрыванием

Каждое из шести царств имело свои интересы и воевало именно ради них. Если требовали обстоятельства, то и в коалиции с Цинь. Как бы то ни было, но дело жизни Су Циня потерпело полный провал. Возможно, ему сильно вредил Чжан И? Об нём ниже.
Однако имя Су Циня стало широко известным в Поднебесной. И этим решили воспользоваться младшие братья Су Циня, Су Дай и Су Ли, причем сделали это довольно успешно. Су Дай давал советы правителям Восточного Чжоу с явной целью противостоять натиску Цинь. Вскоре Восточное Чжоу стало для него тесным, и Су Дай отправился в Янь, где имя и деятельность его старшего брата хорошо помнили. В царстве Янь Су Дай занялся, однако, не организацией борьбы с Цинь, а проблемой взаимоотношений Янь с его соседями, особенно с Ци. Вскоре на помощь ему прибыл его брат Су Ли, который тоже начинал свою карьеру политического деятеля и дипломата на родине, в Восточном Чжоу. Чего же хотели добиться в Янь братья Су? Прибыв в Янь, Су Дай при первой беседе с правителем воспел хвалу его мудрости и провозгласил, что потенциальные противники Янь - царства Ци и Чжао, а союзники - Чу и Вэй. О Цинь в беседе уже не было и речи - молчаливо признается, что антициньского союза больше нет, а интересы Янь в том, чтобы дальше ломать антициньскую коалицию. В ответ ему было сказано, что противостоять (вместо далекого Цинь, о чем просил еще так недавно Су Цинь) мощному Ци, к тому же самому близкому соседу, - безумие. На это Су Дай заметил, что можно попытаться ослабить Ци в интересах Янь. Циский Минь-ван изрядно истощил свою страну походами, а если послать в Ци заложника и Су Ли, который попытается подкупить высоких чиновников, Ци можно ослабить еще более. Этот план был принят и исполнен, но в это время в самом Янь произошла смута, на троне оказался новый правитель Чжао-ван, а братья Су бежали в Ци. Из Ци Су Дай отправил послание новому правителю Янь Чжао-вану, в котором опять шла речь о том, что главный враг Янь - Ци, но для того, чтобы одержать над ним верх, нужно, во-первых, заключить союз с другими чжухоу, а во-вторых, натравить Цинь на Ци. Пусть правитель Цинь пришлет в Янь своих советников и постарается сблизиться с Янь и Чжао, что в конечном счете ослабит Ци. Яньский Чжао-ван принял этот совет. Коалиция нескольких царств, включая Цинь, поддержала Янь. Царство Янь изрядно потоптало земли Ци, изгнав в 284 г. до н.э. циского Минь-вана. Правда, это торжество продолжалось недолго. Вскоре Ци восстановило свои позиции и наказало Янь. Яньский ван хотел поехать в Цинь, но Су Дай отговорил его, чем заслужил уважение в Янь. Роль братьев Су в развитии политических событий в период Чжаньго на рубеже IV-III вв. до н.э. не очень ясна. Сыма Цянь в заключительной части 69-й главы пишет, что в конечном счете Су Дай вернулся к идее антициньского союза и дожил со своим младшим братом Су Ли до глубокой старости, пользуясь уважением, которого некогда лишился Су Цинь. Неясно, в чем именно проявил себя будто бы возрожденный братьями антициньский союз и что было источником уважения к ним. Ослабить Цинь политика братьев Су так и не сумела. Попытка использовать Цинь в интересах слабого Янь тоже не дала заметных результатов. Царство Ци, против которого братья плели интригу, не слишком в конечном счете пострадало. За что было их уважать? Разве что за искусство политической интриги и дипломатических планов, в чем все они, безусловно, преуспели.

Чжан И - античуский союз по горизонтали.

Биография и деятельность Чжан И изложены в 70-й главе труда Сыма Цяня и в ряде отрывков из «Чжаньго-цэ». Родом из Вэй, он был таким же странствующим ши, что и братья Су. Чжан И получил свои первые знания у того же "Гуй Гу-цзы и был соучеником Су Циня. В юности он попал в Чу, где был оскорблен подозрением в краже дорогой вещицы из яшмы и за то жестоко наказан. Су Цинь, к тому времени уже ставший во главе создававшегося им союза хэцзун, решил, если верить Сыма Цяню, помочь Чжан И и способствовал поступлению его на службу в Цинь. Циньский Хуэй-ван, незадолго до того отказавшийся от услуг Су Циня, принял Чжан И, сделав его своим советником. Когда встал вопрос, идти походом на Хань либо на отсталое полуварварское Шу, совет Чжан И был отвергнут и войска Цинь отправились против Шу, причем поход был более чем успешным: правитель Шу вынужден был признать сюзеренитет Цинь и стать его вассалом. Позже Чжан И сумел заставить царство Вэй отдать часть своей земли Цинь, за что получил пост циньского сяна. Пробыв ряд лет на этом посту, он в 322 г. до н.э. стал, как то ни покажется странным, сяном в Вэй, стараясь побудить это царство служить Цинь, чем вэйские правители, Сян-ван и сменивший его в 318 г. до н.э. Ай-ван, были, естественно, недовольны. Тогда Чжан И порекомендовал Цинь напасть на Вэй, что и было сделано. Армия Вэй в 317 г. до н.э. потерпела поражение. Затем Цинь, напав на соседнее с Вэй царство Хань, жестоко разгромило его. И Чжан И снова попытался доказать вэйскому Ай-вану, что союз хэцзун нежизнеспособен, что посулы Су Циня основаны на обмане и что сближение с Цинь сулит Вэй верную удачу. Под этим жестким нажимом Ай-ван сдался. Чжан И, выполнив, таким образом, свою миссию, возвратился в Цинь, где вновь стал циньским сяном. Правда, через три года Ай-ван попытался было разорвать с Цинь и вернуться в союз хэцзун. Однако Цинь вновь напало на Вэй, и Ай-ван вынужден был покориться судьбе. Попытки Чжан И подчинить царство Вэй царству Цинь хронологически совпадают с деятельностью Су Циня по созданию союза хэцзун. В результате Су Цинь стал сяном шести царств, включая и Вэй, что произошло между 328 и 318 гг. до н.э. Здесь хронологические концы явно не сходятся. В начале 70-й главы идет речь о том, что, уже став сяном всех шести царств, Су Цинь помогал своему бывшему соученику - Чжан И укрепиться в Цинь. А в «Чжаньго-цэ» оказывается, что, когда Су Цинь стал сяном шести царств, Чжан И уже давно был сяном в Вэй, где отражал интересы Цинь. Вторым объектом энергичного натиска Чжан И стало царство Чу. Целью, по словам Сыма Цяня, было разорвать созданные Су Цинем союзные отношения, связывавшие Чу с Ци, с которым будто бы намеревалось воевать царство Цинь. Эта цель представляется надуманной, ибо достать Ци царство Цинь в ту пору не могло просто географически - нужно было пересечь земли других царств. Как можно полагать, речь шла об отрыве Чу от Ци в рамках рушившегося и без того союза хэцзун. И именно это блестяще проделал Чжан И. У Сыма Цяня подробно рассказывается, как Чжан И за разрыв отношений с Ци пообещал Чу 600 ли земли и как чуский Хуай-ван купился на это. Более того, когда уехавший из Чу Чжан И стал медлить с выполнением обещания, Хуай-ван начал публично позорить циского вана. Правитель Ци разозлился и порвал с Чу всякие отношения, перейдя в союз с Цинь, чего и хотел циньский правитель. После этого Чжан И, предложив лишь часть обещанных земель - не 600, а 6 ли, спровоцировал поход царства Чу против Цинь, но армии Цинь и Ци нанесли ему тяжелое поражение. Чуский Хуай-ван кипел от негодования и требовал от Цинь выдачи Чжан И, обещая взамен какие-то земли. Но неожиданно Чжан И сам согласился возвратиться в Чу в качестве циньского посла и вновь стал уговаривать правителя Чу отказаться от бессмысленного членства в союзе хэцзун, который он называл не иначе как стадом баранов, и объединиться с Цинь, ибо ссора и еще одна война с этим царством грозят Чу поражением. Походя обвинив мертвого уже к тому времени Су Циня в обмане, Чжан И обещал прислать в жены чускому Хуай-вану дочь циского вана с большим приданым. Словом, искусная дипломатия Чжан И сработала, и он был отпущен из Чу, отправившись в Хань. Следуя из царства в царство по проторенному некогда Су Цинем пути, Чжан И, однако, действовал более решительно, если не сказать нагло. Наряду с талантом блестящего политика и дипломата это помогало ему выкручиваться из самых сложных ситуаций, которые Су Циню обходились очень дорого. Методы же действий обоих были достаточно близки. Возможно, частично это объяснялось общностью основ образования, которое они получили у Гуй Гу-цзы, возможно, типичностью ситуаций, в которых оба оказывались. Как бы то ни было, но действия Чжан И очень напоминают дипломатию Су Циня. Например, в Хань Чжан И, подобно Су Циню, похвалив вначале правителя и его царство, заверил, что только сближение с Цинь поможет Хань не бояться его сильного южного соседа Чу. Этого оказалось достаточно, чтобы Хань пошло на сближение с Цинь, за что, к слову, Чжан И получил в награду от циньского правителя некое владение со званием Усинь-цзюня. После Хань последовал визит на восток, в Ци, где Чжан И, беседуя с Минь-ваном, после льстивых слов о могуществе Ци стал доказывать, что Цинь намного сильнее, особенно после сближения с Вэй, Хань и Чу. И делал вывод с присущей ему наглостью: не станете служить Цинь, это царство пошлет против вас войска своих союзников. Испуганный Минь-ван принял предложение Чжан И, который после этого поехал в Чжао. Беседа с правителем Чжао тоже началась с реверансов, с упоминания о том, что Чжао, когда-то возглавившее союз хэцзун, будто бы на 15 лет остановило агрессию Цинь (чего на самом деле не было). Но за эти годы, по словам Чжан И, Цинь усилило военную мощь, увеличило свою территорию и даже завладело треножниками чжоуского сына Неба. Далее Чжан И напомнил об обмане Су Циня, не сумевшего создать крепкий союз хэцзун, а также о том, что теперь все основные царства являются союзниками Цинь, так что разгромить Чжао ему ничего не стоит. Чжаоскому правителю осталось только согласиться с доводами циньского посла и объявить о лояльности по отношению к Цинь. А Чжан И отправился в Янь. Здесь он заявил, что на Чжао нельзя особо полагаться, поскольку оно уже ориентируется на Цинь, лучше последовать его примеру. Иного пути нет. Испуганный яньский ван согласился сблизиться с Цинь. После всех этих переговоров Чжан И победителем возвратился в Цинь, где в это время (310 г. до н.э.) у власти встал У-ван, который, по словам Сыма Цяня, еще в юности был настроен против Чжан И. Он отстранил Чжан И от должности сяна, что, по мнению Сыма Цяня, способствовало реанимации союза хэцзун. Желая реабилитироваться, Чжан И предложил циньскому правителю новый заманчивый план. Учитывая, что правитель Ци особенно не любит Чжан И и готов направить войска туда, где он окажется, нужно послать его в Вэй. Ци нападет на Вэй, а Цинь сможет через Хань дойти до Чжоу и овладеть треножниками. У-ван согласился, Чжан И прибыл в Вэй и оттуда послал своего представителя в Чу, чтобы оно предупредило Ци, что не стоит ради Чжан И воевать с Вэй. Но циский правитель, как то и предвидел Чжан И, заупрямился. Тогда чуский посол - по наущению того же Чжан И - разъяснил цискому правителю, что сам Чжан И задумал всю интригу, договорившись с Цинь, что оно вторгнется в Хань и станет домогаться чжоуских треножников, если Ци ввяжется в войну с Вэй. Циский правитель отказался от планов воевать с Вэй, а Чжан И снова получил в Вэй должность сяна и через год, в 309 г. до н.э., умер в этом царстве.
Судьба Чжан И и Су Циня схожа. Чжан И немало сделал для Цинь и умер на чужбине. Су Цинь немало боролся с Цинь и был казнён её врагами. В целом же они нейтрализовали усилия друг друга, причем первый обращал внимание на усиление Цинь и что надо создать союз против неё, тогда как второй запугивал собеседников тем, что Цинь вот-вот нагрянет и раздавит их, поэтому надо набиваться циньцам в союзники. Оба метода действовали безотказно. Однако Су Цинь оставлял простор для сомнений, а после того как с трудом созданный им союз хэцзун начал разваливаться, аргументы Чжан И оказывались весомее. Всё это интересно в том ключе, что напоминает европейскую обстановку 1930-х, когда государства искали союзов с Гитлером или его противниками.
А в 1973 году китайские археологи раскопали гробницу примерно 186 г. до н.э., т.е на сотню лет раньше книг Сыма Цяня. И были там бамбуковые книги, т.н. Мавандуйские тексты, которым историки поверили больше, чем Сыма Цяню, который довольно часто ошибается в хронологии.
И вся эта красивая история о борьбе "вертикали" с "горизонталью" оказалась не такой.
Был там документ под названием "Книга о стратегиях союзов по горизонтали и вертикали". В первой части из 14 глав имеется переписка и высказывания Су Циня, которые позволяют уточнить его биографию и выправить ошибки и нестыковки у Сыма Цяня. В частности установлен год смерти Су Циня - 284 до н. э., что не стыкуется с данными Сыма Цяня, где Су Цинь умирает ещё при жизни Чжан И (около 314 года до н. э.).
Более того, деятельность Су Циня проходила уже после Чжан И во время правления Чжао-вана (312 - 279 годы до н. э.) в царстве Янь. Су Цинь находился в конфронтации не с Чжан И, а с Си Шоу - более поздним сторонником союза по горизонтали. Су Цинь учился у Ю Ци и проработал немало книг по стратегии, прежде чем выйти с предложениями перед лицом вана.
Создаётся впечатление, что Су Цинь был не столько дипломатом, сколько высококлассным шпионом, двойным, тройным и т.д агентом, резидентом и т.п. Как в песне Вадима Егорова:
Резидент пяти разведок
И агент шести держав.

После захвата циским Сюань-ваном десяти городов царства Янь, Су Цинь смог урегулировать конфликт, города были возвращены, но яньский принц был послан заложником в Ци. Су Цинь стал посланником при яньском принце. Су Цинь находился в хороших отношениях с правителями Ци, шпионил умеренно.
Но в 292 году до н. э. возник конфликт по поводу территории царства Сун, в который были вовлечены царства Цинь, Чжао и Ци. Су Цинь предложил царю Чжао (живя в Ци) особый план, который привёл к столкновению между Чжао и Ци. И другие пять бывших союзников "по-вертикали" атаковали Ци. Циский Мин-ван не без основания обвинил Су Циня в измене и публично казнил разрыванием на части.
Реквием по царству Шу


Сычуаньская котловина, окружённая со всех сторон горами, имела место быть к юго-западу от собственно Китая. Огромная прекрасная страна, но очень изолированная. От Китая отделялась цепью гор Циньлин, очень труднодоступных. Вполне заслужила поговорку "До Сычуани добираться - как до неба". И жили там тогда не китайцы и не протовьетнамцы, а предки будущих бирманцев и тибетцев (сейчас там живёт уже 80 млн. китайцев). Предполагается, что это были тибето-бирманские племена, родственные современным туцзя или цянам. Сложилась там вполне независимая культура, а потом и царство - Шу. Имена правителей известны, но больше из легенд, сильно обросли мистикой. В китайских хрониках упоминалось в лучшем случае раз в столетие, в общекитайских событиях участвовало раз в тысячелетие (например, в битве пи Муэ, похоронившей династию Шан). Не было туда дорог, по горным тропам шастали лишь даоские мудрецы. Якобы в 666 году до н. э. выходец из Чу по имени Бе-лин («дух черепахи») основал на юге котловины династию Каймин, которая правила царством Шу в течение 12 поколений вплоть до циньского завоевания. За эти поколения она продвигалась на север, побеждая более древнюю династию Дую.
Там была своя письменность, даже три разных. До сих пор не расшифрована.
В 474 г. до н. э. послы Шу представили дипломатические подарки во дворец правителя Цинь, в результате чего в китайских хрониках был зафиксирован первый контакт между этими двумя царствами. Позднее войска Шу перешли горы Циньлин и подошли к циньской столице, а в 387 г. до н. э. войска Шу и Цинь сошлись в битве около Ханьчжуна в верхнем течении реки Хань.
Между тем в Котловину примерно в V в.до н.э. явилось царство Ба. Не дипломаты, не войска, а царство в полном составе. Его теснило царство Чу и так неспешно столетие за столетием столица смещалась на запад, пока не оказалось на границе Шу. Два неродственных народа перемешались, образовав культуру Шу-Ба. Но государства (владения) как-то различались. Кроме них где-то в горах находилось и маленькое независимое княжество Цзюй (Цзу). В 316 г. до н.э. правитель Цзюй, находившегося в вассальной зависимости от царства Ба, вступил в конфликт со своим братом, двенадцатым правителем династии Каймин (ц. Шу). Потерпев поражение в междоусобной борьбе, он бежал в Ба, а затем в Цинь. Там беглец попросил циньского правителя вторгнуться и помочь ему вернуть власть. И Цинь не упустило случая "восстановить справедливость".
При обсуждении этого предложения в циньском государственном совете возникли разногласия. Первый министр Чжан И рекомендовал «не обращать внимания на варваров» и сосредоточиться на продолжении экспансии на восток на Великой китайской равнине.
Но другой советник, генерал Сыма Цо, выдвинул совершенно другой стратегический план. Он состоял в том, чтобы на первом этапе захватить огромную плодородную страну на юге и использовать её ресурсы для усиления Цинь на втором этапе при наступлении на другие китайские царства. Сыма Цо указал, что циньской армии будет намного легче захватить Шу с её слабой армией, чем бороться с мощными военными силами центральных китайских царств. Ввиду этого он настаивал, что предложенное им завоевание на юге будет иметь быстрый и гарантированный успех, в отличие от военных действий на восточном фронте, где победа над сильной коалицией царств будет весьма сомнительна.
Циньский правитель принял предложение Сыма Цо и приказал ему вместе с Чжан И захватить царство Шу.
Если раньше Шу невозможно было захватить только по причине невозможности перебросить в Сычуань армию, то теперь существовала Дорога быков. Строила её Цинь. И не один десяток лет (документов не сохранилось). Это было инженерное чудо. Длина дороги примерно 500 км - через перевалы, мосты над пропастями, вырезанные в скалах проходы. Но чаще дорогу лепили к отвесной скале. Пробивая отверстия в скале и вставляя туда брёвна. Там, где это возможно, для поддержки внешних концов были размещены вертикальные бревна, и весь участок галереи был покрыт деревянным настилом. (В 1979 году китайские археологи обнаружили 56 горизонтальных и 190 вертикальных скважин в 22 различных местах.) Получалось вот так (реконструкция части дороги):


Ну, бык вряд ли осилит такую дорогу. Насчёт названия и истории строительства есть такая легенда.
Чтобы проложить дорогу, Хуэй-ван пошел на хитрость. Он приказал своим скульпторам соорудить пять каменных быков, выполнив их хвосты и зады из чистого золота. Потом он распустил слухи, что эти быки волшебные и что из-под них каждый день выгребают кучи золота.
Эти слухи дошли и до шуского князя. Он был очень жаден и захотел завладеть быками. Шуские послы передали просьбу князя Хуэй-вану, который охотно согласился отдать каменных быков. Однако он сказал, что быки очень хрупкие и будет невозможно перетащить их через горы Циньлин, надо построить дорогу. Шуский князь согласился на строительство дороги, чтобы заполучить желанных волшебных быков.
И в 316 году до н. э. сильная союзная армия Цинь, Ба и Цзюй сначала нанесла поражение брату правителя Цзюй, а потом вторглась в Шу. Две армии встретились на реке Цзялинцзян (левый приток Янцзы) на территории царства Ба. В ходе нескольких сражений шуское войско было разбито, а шуский правитель Цзу Каймин в конце концов был настигнут и убит. После этого циньцы повернули оружие против бывшего своего союзника Ба, взяв его правителя в плен, и также аннексировали его территорию.
В 314 году до н. э. сын покойного правителя Яотун был назначен правителем Шу, но в действительности он имел лишь видимость власти, в Шу на самом деле правил циньский губернатор. Царство Шу было превращено в вассальное княжество, которым правили потомки бывшей царской династии. Их статус при этом был понижен с вана до хоу. При этом над Шу циньцами был установлен жесткий военный контроль, который со временем только усиливался, поскольку Цинь сразу же начала создавать свои гарнизоны и стала активно заселять шускую территорию китайскими крестьянами.
В 311 году до н. э. шуский чиновник Чэнь Чжуан поднял мятеж и убил Яотуна. Тогда циньские войска Сыма Цо и Чжан И снова пошли в поход на Шу, захватили и казнили мятежника. Правителем был назначен другой представитель династии Каймин по имени Хуэй-хоу.
Хуэй-хоу в 301 году до н. э. запутался в сложных политических интригах и в страхе под угрозой нового вторжения циньской армии покончил с собой. Его сын Вань-хоу правил областью до 285 году до н. э.., пока тоже не был казнён циньскими властями. Назначенный циньцами его преемник также восстал против захватчиков, после чего циньцы окончательно лишили династию Каймин власти и ввели в Шу прямое правление через китайскую администрацию.
А вьетнамские историки утверждают, что гордые шусцы не смирились с захватчиками, часть шусцев покинула свою родину. Они (вьетнамцы) сообщат, что с 258 по 208 год до н. э. был король Ан Зыонг-выонг (Тхук Фан), который был принцем правящей династии царства Тхук (Тхук - вьетнамское произношение названия царства Шу), он после завоевания его страны китайцами увел своих подданных на юго-восток, на территорию современного северного Вьетнама, и основал там государство Аулак.
И Цинь действительно стало обладателем прекрасной страны (размером в половину Франции), современные туристы считают Сычуань самой прекрасной провинцией Китая. Думаю, что и тогда она была такой же.
После завоевания земель Шу и Ба территория Цинь сразу увеличилась более чем вдвое, почти сравнявшись по размерам с царством Чу.
Циньцы стали реализовывать амбициозный и долгосрочный план освоения Сычуани, создав там военный округ, укрепив Чэнду мощной стеной, введя новую систему администрации. Циньские правители предприняли массированную колонизацию территории, для чего переселили в земли Шу десятки тысяч китайских крестьян. Среди них были как простые безземельные крестьяне, так и множество помилованных преступников, которым казнь была заменена ссылкой в новозавоеванную страну.
Переселенцам для обживания были нарезаны прямоугольные участки земли. Под руководством циньского губернатора Ли Бина всего за четыре года к 256 г. до н. э. была создана великая ирригационная система Дуцзянъянь, использующая отведенные с равнины Чэнду воды реки Миньцзян. Введение в действие этой системы положило конец ежегодным разливам реки и создало исключительно благоприятные условия для развития рисоводства. В результате новое циньское владение стало источником большого количества сельскохозяйственной продукции и базой для снабжения циньских войск при их наступлении на царство Чу.
А царство Ба циньцы не стали заселять, сохранив ему некоторую автономию во главе с местной аристократией. Предположительно, это объясняется тем, что цинские правители желали использовать воинственных Ба в качестве барьера против экспансии Чу на запад, в направлении Сычуани.
Древняя самобытная цивилизация Шу была буквально стерта с лица земли. По данным раскопок, прежняя археологическая культура в Сычуани с этого периода резко меняется, найденные предметы становятся практически идентичными тем, что находят в Северном Китае. Впоследствии, уже в эпоху Хань, население Шу было в основном китайским и со временем бывшее царство Шу превратилось в рядовую китайскую провинцию Сычуань.
Цзоу Янь



Кадр из фильма

Цзоу Янь родился в 336 г. до н. э. в царстве Ци. Весьма интересный человек уже тем, что пользовался большим уважением у правителей своего времени, в отличие от своих учителей - Конфуция и Мэн-цзы. Был наставником Чжао-вана, правителя царства Янь.
Он весьма отклонился от чистой философии и занимался теоретической наукой (если можно назвать это наукой). Например, создавал теории кругооборота пяти, сменяющих друг друга стихий природы (у дэ). Пять добродетельных сил обладают только им присущими свойствами. Распространил идею цикличности на исторический процесс. Этим объяснял последовательность смены правящих династий.
Но в географии он удивил историков. Цзоу Янь считал, что территория Срединных Государств (Чжунго) представляет собой девятиклеточный квадрат со стороной 9000 ли (около 4320 км), причём Срединные Государства расположены не в центре, но в юго-восточной области своего континента. Именно так, как догадался? И вообще - как посмел Срединные государства объявить не в центре?
Далее он распространил девятичленную симметрию на все пространство земной поверхности, объявив свой "стандартный квадрат" 1/9 мировой суши и 1/81 всей Поднебесной. Т.е. земной мир он считал квадратом со стороной 27000 ли (около 13000 км), что близко реальному диаметру Земли (около 12760 км). Источник этих знаний неизвестен. Но и кроме него бытовали похожие (но не точно такие!) числа измерения "мира".
Его сочинения, о которых упоминается в библиографическом отделе «Ханьшу», до нашего времени не дошли.
Цзоу Янь упоминается в «Ши цзи» Сыма Цяня:
«В последующем воюющие царства и княжества стали [все больше] бороться друг с другом, положение было таково, что сильные княжества соперничали между собой и захватывали [территории], [иногда] спасали тех, кто находился в крайних обстоятельствах, [иногда] улаживали свои смуты и только. Разве было время думать о другом? В это время только один Цзоу Янь внес ясность в преемственность пяти добродетелей-стихий, разграничил четко движение времен года, чем прославил себя среди чжухоу-владетельных князей».
«Цзоу Янь видел, что правители государств все больше роскошествуют и становятся распущенными, не в силах превыше всего поставить добродетель. Ведь если правитель сам следует высоким принципам, то это воздействует и на простой народ. Тогда Цзоу Янь глубоко задумался о подъеме и упадке сил ян и инь, вник в превратности всех перемен... Его речи были широкими и неканоническими, он исследовал что-нибудь малое, а затем распространял наблюдения на крупные явления, доходя до бескрайне далекого. Цзоу Янь начинал изложение с настоящего времени и шел в глубь веков вплоть до Хуан-ди, говоря об известных - для ученых - вещах. [Цзоу Янь] в общем и целом связал века в чередовании их расцветов и падений, исходя из этого поместил в книге описание благовещих знамений и недобрых предвестий, принятые правила и установления. Шаг за шагом удаляясь во времени, он в конечном счете доходил до самых истоков жизни, когда Небо и Земля еще не появились и царил глубокий мрак, которому нельзя было найти исток. Сначала Цзоу Янь перечислил знаменитые горы и великие реки Срединных княжеств, горные долины и проходы, зверей и птиц, все, что порождали вода и земля, все чудесное и редкостное в мире вещей. Затем, идя вширь, он дошел до заморских земель, которые люди не могли видеть. Он говорил, что с того времени, как Небо и Земля раскрылись и разделились, пять добродетелей - стихийных сил меняются в вечном круговороте, каждое управление в Поднебесной имеет
умер в 280 г.до н.э. в возрасте примерно 56 лет
Гунсунь Лун

Гунсунь Лун

Гунсунь Лун (он же Гунсунь Лун-цзы, он же Цзы-бин) родился приблизительно в 325 г. до. н. э. в царстве Чжао. Философ. Один из наиболее известных представителей Школы имён (мин цзя). Прославился на весь Китай как непревзойдённый спорщик. Создатель парадоксов (апорий) Зенон Элейский жил в Греции на полтора века раньше, но слишком далеко, вряд ли в Китае про него знали, но рассуждения о том, что летящую стрелу можно считать неподвижной, у обоих весьма похожи. Не столь уж большой путь отделял их от теории относительности, хотя бы в изложении Галилея, жившего на 20 веков позже.
Или
"если каждый день отнимать половину от палки длиною в одно чи, [то этот процесс] нельзя закончить и через 10 тысяч поколений"
теория бесконечных малых, понимание бесконечности времени и пространства - вот что за этим видится. Гунсунь Лун подчеркивал абсолютность и постоянство мира.
Якобы он встречался и с Цзоу Янем. И, возможно, после их встречи-спора родился знаменитый софизм Гунсунь Луна «белая лошадь не лошадь» (бай ма фэй ма). Под его именем до нашего времени дошёл этот трактат из шести глав. Считается, что первая глава, представляющая собой введение, написана последователями философа. Согласно некоторым свидетельствам, у него было несколько учеников. Однако и учителя у него были! (см. VI в.до н.э)
В трактате этот главарь философского течения Школы имён доказывает, что лошадь и белое - вещи разные, отделяет эти понятия, делает вывод, что белая лошадь и просто лошадь - принципиально разные животные, следовательно, белая лошадь уже не лошадь.
Возможно, в последующие века этот софизм сделал белую лошадь действительно особым животным, выделяющимся из конского ряда своей философской возвышенностью.
Я сяду на белую-белую лошадь
И в желто-зеленый осенний закат
Тихонечко трону по первой пороше,
Пишите на запад мне, я буду рад.

Гунсунь Лун умер 250 г. до. н. э, в возрасте примерно 75 лет
317 г. до н.э. - неудачная попытка Хань, Чжао и Вэй совместно померяться силами с Цинь. После их поражения в битве у Сююя циньский военачальник приказал отрубить головы восьмидесяти тысячам пленных воинов.
- Минь-ван (ц.Ци) вместе с Сун нанес поражение Вэй.
316 г. до н.э. - Царство Цинь начало быстрыми темпами отвоевывать и аннексировать земли соседних царств. Шу и Ба стали первыми аннексированными Цинь территориями. До этого захватывать чужие земли считалось моветоном.
314 г. до н.э. - ваном Чжоу стал Шэнь-цзин-ван, Нань-ван, который просидел на троне 59 лет (314 - 256 гг. до н.э.). Это был последний правитель Чжоу. При нем произошел окончательный внутренний распад домена на две части. Сам ван остался на западе, а восточная часть домена, век с лишним назад подаренная одному из братьев сына Неба, превратилась в самостоятельное государственное образование. Правда, умер управлявший восточно-чжоуским государством У-гун (многие чжухоу к этому времени уже именовали себя ванами), вопрос о наследовании решался с санкции западночжоуского Нань-вана, который признавался его восточно-чжоускими родственниками сыном Неба. Положение в домене было крайне сложным. Облагодетельствованное чжоуским Сянь-ваном царство Цинь стремилось заручиться поддержкой домена в своих воинственных планах против соперников. Чу старалось этому противодействовать. Советник чжоуского Нань-вана Су Дай (брат известного политика и дипломата Су Циня, находившегося в то время на службе в царствах Ци и Янь) постарался убедить Чу в том, что для него невыгоден союз Цинь с доменом, ибо сильное Цинь захватит Чжоу. Лучше всего способствовать отдалению Чжоу от Цинь. Эта политика представляется вполне разумной с точки зрения домена, для которого угроза с запада была наиболее ощутимой. Между тем агрессивность Цинь усиливалась, что отражалось прежде всего на близком к нему домене. Когда Цинь, намереваясь напасть на Хань, попросило предоставить ему проход через Чжоу, Нань-ван оказался перед выбором: помочь Цинь - нажить врага в лице Хань, не сделать этого - получить могущественного недруга в лице Цинь. Советник Ши Янь, обсуждая с сыном Неба эту проблему, предложил заверить ханьского вана в том, что Цинь имеет союзника в лице соседней с ним восточночжоуской части домена. И если Хань, отдав ей часть своей территории, пошлет заложника в Чу, царство Цинь перестанет доверять своему восточночжоускому союзнику и передумает нападать без такой поддержки на Хань. Одновременно Су Дай предложил внушить циньскому вану, что Хань заигрывает с доменом, чтобы вызвать недовольство Цинь. В результате этих хитроумных планов домен не сможет не принять ханьские земли, да и Цинь ничего против этого сказать не сумеет. Таким образом можно и земли получить, и с Цинь не поссориться.
Здесь мы впервые сталкиваемся со стратагемными планами, которые начали появляться именно в период Чжаньго. Это были политико-дипломатические алгоритмы, в чем-то сходные с расчетами мастеров шахматной игры. Однако спецификой ранних планов времен Чжаньго была некоторая однолинейность мыслительного процесса их составителей, обычно не предполагавшая вариантов.
Правитель Цинь, приняв во внимание сложившуюся после реализации этой интриги ситуацию, вызвал к себе Нань-вана (стоит заметить, что до сих пор никто не смел так унижать сына Неба). Однако тот, не желая ехать, направил гонца в Хань с просьбой укрепить пограничный Наньян. Тогда сын Неба сможет освободиться от настойчивых требований Цинь, подталкивающего его к нападению на этот ханьский город. Более того, под этим предлогом он мог бы отказаться от визита в Цинь. В этом случае без помощи домена Цинь не посмеет напасть на Наньян. Неясно, чем окончились все сложные переговоры. Возможно, что хитрая интрига чжоусцев дала результат, ибо дальше Сыма Цянь рассказывает уже о другом. Он утверждает, что восточночжоуский правитель, еще недавно признававший свою вассальную зависимость от сакральной фигуры родственного ему сына Неба, вступил с ним в вооруженный конфликт. Царство Хань пришло на помощь сыну Неба, хотя его и отговаривали, утверждая, что, если оно не вмешается и восточночжоуские войска выйдут победителями, в качестве награды за нейтралитет ханьский дом сможет завладеть сокровищами западночжоуской казны, включая сакральные треножники, символ власти в Поднебесной. Тем временем советник Су Дай, автор идеи, ставившей целью призвать Чу противодействовать чрезмерному сближению Цинь с доменом, стал служить восточночжоускому правителю и обещал ему отделаться от притязаний Хань. Он сумел выполнить обещание, заманив Хань сближением с восточночжоуским правителем. После всех этих походов и интриг западная часть домена вместе с троном сына Неба уцелела.
- в повествовании о чжоуском Нань-ване чжэнский правитель в 314 г. до н.э. именуется Сюань-ваном.
- циньцы уничтожили десять тысяч воинов царства Хань.
- Как сказано в 34-й главе Сыма Цяня, в эти годы большим влиянием в Янь пользовался первый министр Цзы Чжи, который через брак породнился с братьями Су. И здесь завязалась интересная политическая интрига. Гуай-вану стали советовать, опираясь на исторические прецеденты, восходящие к древним правителям, в частности к Яо и Юю, уступить власть мудрому и способному Цзы Чжи. Имелось в виду, что Гуай, как и Яо, останется у руля правления, а Цзы Чжи получит лишь часть власти. Зато Гуай встанет чуть ли не в один ряд с великим Яо. Вообще говоря, это была очень примитивная политическая ловушка, но в нее, как ни странно, и попался Гуай-ван. Цзы Чжи, как и следовало ожидать, после этого взял в свои руки практически всю власть в царстве. А противники его во главе с наследником обратились с жалобой на беззаконие к цискому Минь-вану и просили о помощи. Минь-ван охотно откликнулся, после чего наследник поднял мятеж. В Янь разгорелась настоящая гражданская война, в которой число погибших измерялось десятками тысяч. Смута продолжалась почти два года, пока царство Ци не вмешалось более активно в яньские дела. Циская армия вошла в пределы Янь. Престарелый Гуай-ван умер, Цзы Чжи был убит, а трон достался наследнику, ставшему Чжао-ваном (311-279 гг. до н.э.).
Только с этого времени царство Янь стало играть сколько-нибудь заметную роль в политической борьбе периода Чжаньго. Более того, яньский Чжао-ван оказался образцом мудрости и коварства. Как будто забыв о том, что именно он развязал в стране гражданскую войну, приведшую к гибели десятков тысяч подданных и к сильным разрушениям, он назвал царство Ци, вторгшееся в Янь и помогшее ему вернуть трон, агрессором. Он заявил, что, поскольку Янь невелико, оно будет приглашать к себе талантливых людей, чтобы с их помощью отомстить Ци. На призыв яньского Чжао-вана откликнулись умные мужи из других царств, такие, как известный Цзоу Янь из Ци. Одновременно яньский ван «скорбел с людьми об усопших, заботился о сиротах, делил с байсинами их радости и беды», в результате чего царство быстро стало более сильным и богатым, нежели прежде.
313 г. до н.э. - циньский правитель послал своего первого министра Чжан И, освободив его на время миссии от должности, в Чу. В задачу Чжан И входило подкупить чуского Хуай-вана, пообещав ему часть циньской территории в обмен на разрыв с Ци. Несмотря на предостережения советника Чэнь Чжэня, Хуай-ван принял предложение и даже взял Чжан И на службу в качестве первого министра.
После этого Хуай-ван отправил своего полномочного представителя на запад принимать подаренные ему земли. Вместе с чуским посланцем поехал и Чжан И, который по прибытии в Цинь под предлогом болезни долго не появлялся при дворе и потому не спешил отдать чускому посланцу обещанные земли. Тем временем терпеливо ожидавший обещанное Хуай-ван начал публично выступать против Ци, что привело циского правителя в ярость. Он понял ситуацию так, что Чу рвет с союзом шести, и сам решил сблизиться с Цинь. Как только это произошло, появившийся при циньском дворе Чжан И заявил, что пора наконец чускому посланцу получить обещанные ему шесть ли. «Как шесть?! - вскричал посланец. - Речь ведь шла о шестистах ли!»
312 г. до н.э. - Царство Хань вынуждено было согласиться на союз с Цинь. В 312 г. до н.э. оно вместе с Цинь напало на Чу, обезглавив восемьдесят тысяч чуских солдат, - явно чувствуется почерк правителей Цинь. В том же году умер ханьский Сюань-хуэй-ван.
- Минь-ван (ц.Ци) еще раз напал на Вэй. В числе событий второй половины царствования Минь-вана упомянуто о том, что циский Мэнчан-цзюнь, сын Тянь Ина, приехал в Цинь, где ненадолго стал первым министром, но вернулся обратно. В 75-й главе труда Сыма Цяня очень подробно рассказывается, как циский пришелец вызвал недоверие в Цинь и был заключен в тюрьму и только ходатайство любимой наложницы правителя Цинь, получившей за это лисью шубу ценой в тысячу золотых, помогло ему выйти на свободу и выбраться за пределы Цинь.
- Узнав о том, как ловко его провели, разозленный Хуай-ван готов был идти войной на Цинь, но тот же самый Чэнь Чжэнь, который призывал не спешить принимать от Цинь подарки, теперь не советовал, имея за спиной недружественное царство Ци, идти против Цинь. Хуай-ван опять не прислушался к совету и в сражении при Даньяне в 312 г. до н.э. потерпел от циньской армии серьезное поражение. Восемьдесят тысяч его солдат были обезглавлены победителями. Кроме того, Чу потеряло часть отошедшей к Цинь территории. Хуай-ван попытался было повторить поход на Цинь, но вновь потерпел неудачу. А вскоре, узнав о трудностях Чу, против него выступили его вчерашние союзники Хань и Вэй.
- население Янь сообща поставило у власти наследника Пина, который вошёл в историю под династийным именем Чжао-ван. Так как он встал у власти после разгрома страны, то вёл себя скромно и стремился привлечь на службу достойных людей. За 28 лет правления Чжао-ван укрепил страну и создал мощную армию.
311 г. до н.э. - Ханьский трон занял Сян-ван (311-296 гг. до н.э.). Как и прежде, неудачные войны с Цинь определяли его внешнюю политику.
- Цинь вновь послало Чжан И в Чу с предложением вернуть Хуай-вану половину утраченной им и отошедшей к Цинь территории. Там его посадили в тюрьму. Однако был подкуплен чуский сановник, ему была обещана молодая красавица из Цинь. Его любимая жена, запуганная такой перспективой, немедленно вмешалась в события. В итоге заточенного чусцами в тюрьму Чжан И не только выпустили на свободу, но он сумел убедить Хуай-вана разорвать союз по вертикали, который и без того уже перестал функционировать. Затем Чжан И спокойно уехал домой, а в это время прибывший из Ци в качестве посла знаменитый поэт Цюй Юань стал упрекать Хуай-вана за то, что тот в очередной раз так легко поверил обещаниям Цинь. Поэт обладал даром убеждения - правитель Чу послал было гонцов настичь и схватить Чжан И, дабы предать его заслуженной казни, но было уже поздно.

Цюй Юань


Родился ок. 340 г. до н.э. Его имя было Цюй Пин. Был потомком аристократического рода и служил министром при дворе царства Чу. Был "левым" докладчиком при ване. "Левый" примерно соответствует нашему "заместитель главного". Обсуждал государственные дела, издавал приказы и указы, а за пределами дворца принимал гостей и беседовал с приезжавшими знатными иностранцами. Был умён, начитан, абсолютно честен и патриотичен. Сыма Цянь (да и другие) просто до небес восхваляет Цюй Юаня как сановника, так и поэта: Его поэтический стиль отличается сжатой формой, слова его речи тонки и едва уловимы; его настроенье души отлично своей чистотою; его повеленье, поступки его безупречно честны. То, что в стихах говорит он, по форме невелико, но по значенью огромно, превыше всех мер. Им взятое в образ нам близко, но мысль, идеал далеки. Его стремления чисты: поэтому все, что он хвалит в природе, - прекрасно. В стезе своей жизни он был благочестен, и вот даже в смерти своей не позволил себе отойти от нее. Он погрязал, тонул в грязи и тине, но, как цикада, выходил из смрада грязи преображенный; освобождался, плыл, носился далеко за страною праха, за гранью всех сквернот земли. Не принял тот мир с его жидкою, топкою грязью; белейше был бел, не мараясь от грязи его. И если взять его душу, соперницей сделав ее и солнца и месяца, то нет невозможного в этом.
Он был предан правителю и родине, выступал против гегемонии Цинь. Согласно преданию, Цюй Юань был оклеветан соперником-министром, имевшим сильное влияние на правителя Чу - Цин-сян-вана (298-263 до н.э).
Вследствие своей бескомпромиссности Цюй Юань был выслан из столицы, после чего посвятил себя сбору народных легенд. Писал трагические стихи, возмущаясь, что его, такого честного, наказали, доверившись наветам.
Меж тем Чу воевало с Цинь, было разгромлено, вновь собрало войско, далеко вторглось в Цинь, получило удар в спину от Вэй, отвело войска, вновь помирилось с Цинь. Чуский ван, поехавший на переговоры с Цинь, был схвачен, бежал в Чжао, был выдан в Цинь и умер. Многие, в том числе и Цюй Юань ругали наследника, посоветовавшему вану ехать мириться с Цинь. За это поэт был снова изгнан. А в 278 г. до н.э. Цинь не только ещё раз разгромило Чу, но и захватило столицу - Ин. Узнав об этом, Цюй Юань создал поэму «Плач о столице Ин». У Сыма Цяня есть рассказ, как Цюй Юань в тоске бродил по берегу Цзяна (Янцзы) и изливал свою душу рыбаку. А потом положил камень за пазуху и утопился. Правда, уже не в Янцзы, а в реке Мило (Милоцзян). Причём не от горя за столицу, а от обиды за несправедливость.
Его образ стал одним из символов патриотизма в китайской литературе.
По народным преданиям, местные крестьяне пытались спасти Цюй Юаня, но безуспешно. Затем они разыскивали его тело и старались отпугнуть от него речных духов и рыб - плеском лодочных вёсел и барабанным грохотом. Наконец, они стали кидать в реку рис - как жертвоприношение духу поэта, а также для того, чтобы отвлечь рыб от его тела. Дух Цюй Юаня явился однажды ночью друзьям и поведал, что причиной его смерти стал речной дракон. Дух попросил бросать в реку рис, завернутый в треугольные шелковые пакеты - дабы отпугнуть дракона. Таково, согласно легенде, происхождение традиционных рисовых голубцов «цунцзы». Впоследствии шелк был заменен на тростниковые листья, в которых рис проваривался и употреблялся в пищу. «Поиски тела на реке» со временем приняли форму состязаний в гребле, причем нос каждой из лодок обязательно изображал драконью голову. Гонками «драконьих лодок» день смерти поэта стал праздноваться ежегодно, в пятый день пятого месяца по китайскому лунному календарю (Праздник Драконьих Лодок).
Цюй Юань является первым китайским поэтом чье существование закреплено в письменной традиции. Ему приписывается создание стиля Сао, по названию поэмы «Ли Сао». Этот стиль отличается от четырехсложного стиха «Книги песен» (Шицзин) введением переменной длины строк, которая придает стиху ритмическое разнообразие.
В «Исторических Записках» Сыма Цяня ему приписывается авторство пяти произведений, среди которых наиболее известны «Вопросы к Небу», «Плач о столице Ин» и «Ли Сао» («Скорбь отлученного»).
Возможно, Цюй Юаню могут принадлежать до 25-ти произведений, большая часть которых сохранилась в антологии Чусские Строфы.
Через сто с чем-то лет после гибели Цюй Юаня в Хань жил ученый Цзя. Он служил в Чанша главным наставником у тамошнего правителя. Цзя побывал у места гибели поэта и бросил в реку свою рукопись, в которой оплакал Цюй Юаня. С этого и началось почитание хорошего человека Цюй Юаня.
А ещё спустя два тысячелетия Анна Ахматова переводила стихи этого Цзя:
Я прежде был приближен к трону,
Теперь изгнанье - жребий мой.
Здесь Цюй Юань свой путь преславный
Окончил в глубине речной.
Тебе, река Сяншуй, вверяю
Мой горестный, мой гневный стих.
Мудрец попал в коварства сети
И умер, задохнувшись в них.
...

310 г. до н.э. - Вэй снова посетил Чжан И, причем опять рассматривалась его кандидатура на пост первого министра. Однако не успел решиться этот вопрос, как Чжан И умер.
- на трон Цинь сел У-ван (310-307 гг. до н.э.). Был взят крупный ханьский город Иян.
309 г. до н.э. - циский Минь-ван, который давно уже хотел стать главой разрушенного усилиями чуского Хуай-вана антициньского союза и поэтому был против нового возможного сближения Цинь с Чу, отправил чускому вану послание с призывом разорвать все отношения с Цинь и вновь заключить союз с Ци, а также с Хань, Вэй, Чжао и Янь. Хуай-ван задумался, как ему поступить. Прислушавшись к мнению очередного советника, он решил пойти на сближение с Ци.
308 г. до н.э. - О Чжэн в последний раз упомянуто в хронике при описании событий 308 г. до н.э. Царство Чжэн прекратило свое существование при загадочных для исследователей обстоятельствах.
307 г. до н.э. - По сообщению Сыма Цяня, чжаоский правитель в 307 г. до н.э. принял важное решение заимствовать у северных варваров-ху их одежду. В изложении Сыма Цяня это выглядело чуть ли не революцией в формах одежды. На деле все обстояло намного проще и целесообразнее. Речь шла прежде всего о заимствовании у кочевников-кавалеристов крепких штанов, сделанных из прочного материала, удобных для верховой езды. Сам же правитель не высказывался вслух, о какой детали одежды идет речь. Он лишь давал понять, что для победы над кочевниками нужно «отбросить кое-что из накопленного опыта», «ввести у нас варварские одежды», «научить людей стрелять из лука с лошади». Иногда он высказывался более определенно: «Нам нужны смена одежды и опытные ци и», т.е. конники, умеющие стрелять из лука со спины лошади. Введение новой формы и нового рода войск позволило У-лин-вану завоевать Чжуншань. Видимо, этот незаурядный правитель мог бы добиться немалых успехов. Но судьба подарила ему красавицу жену из клана У. Страстно влюбившись, У-лин-ван, захотел сделать при жизни своим наследником сына от этой женщины, что определило драму всей его жизни.


Китайский сериал 2012 года о страстной любви этого правителя, который и сам-то был так красив, что приходилось ему ходить в маске, а его жена Ян Сюэ У (Небесная Дева) ещё краше
- министр Цинь, Ган Мао предложил атаковать ханьскую крепость Иян, чтобы открыть путь для вторжения в восточные державы, это удалось, и Цинь получило контроль над дорогами в столицу Чжоу - Лоян. В войне с Цинь ханьская армия потеряла шестьдесят тысяч солдат.
У-ван, правитель Цинь, вступил на престол в 19 лет, правил всего 4 года и умер нелепой смертью. Он надорвался в спортивном состязании. Гордился своей силой, разогнал всех учёных хиляков и назначал на должности сановников атлетов. Считал себя сильнейшим (наверно, ему поддавались). Обожал поднимать тяжести. И вот прибыл он после удачного "прорубания окна на восток" в столицу Чжоу. И тут ему бросил вызов силач Мэн Юэ (вероятно, он был из его свиты). Взялись они поднимать бронзовый котёл огромного веса. Мэн Юэ поднял. И У-ван поднял, но тут у него сломались кости ног, он потерял сознание, ночью пошла кровь из глаз и он умер (по другой версии он мучительно умирал 8 месяцев). Ему было всего 23 года, наследников он не оставил, ввиду чего за Цинь началась схватка между его братьями. Ган Мао на всякий случай покинул Цинь, чтобы служить в Вэй. А силача Мэн Юэ, якобы, казнили вместе со всем его родом.
- Глава 72 у Сыма Цяня посвящена циньскому цзюню и сяну Жан-хоу (Вэй Жаню). Именно он способствовал в 307 г. до н.э. утверждению на циньском престоле Чжао-вана после смерти его брата У-вана, не имевшего сыновей. Мать нового правителя Сюань-тайхоу, чьим младшим братом был Жан-хоу, оказалась властной женщиной, и именно она взяла бразды правления в Цинь на некоторое время в свои руки. Она же назначила Жан-хоу сяном. Жан-хоу сделал командующим циньскими войсками Бай Ци, который проявил себя кровожадным военачальником уже в первом крупном столкновении с Хань и Вэй, когда, следуя уже принятой в Цинь практике уничтожать всю живую силу побежденных соперников - было обезглавлено 240 тысяч вражеских воинов. Затем последовала победа над Чу. В конечном счете именно за эти достижения Вэй Жань получил владение в Жан и княжеский титул, после чего стал именоваться Жан-хоу. Вэй Жаня то назначали на должность сяна, то снимали с должности, то назначали вновь. Не очень ясны причины этой чехарды (только однажды было сказано, что отставка связана с болезнью, но это не мешало Жан-хоу успешно действовать, включая и военные действия против соседей.

Бай Ци



Бай Ци

Бай Ци был из циньского города Мэй, который находился на левом берегу р. Вэйхэ, примерно в 100 км к западу от Сяньяна. Он служил в войске циньского правителя Чжао сян-вана и благодаря постоянно одерживаемым победам постоянно рос в рангах знатности. В 294 до н. э. Бай Ци стал цзошучжаном, что означало 10-й ранг знатности.
На следующий год, в 293 до н. э., Бай Ци командовал циньской армией в крупной битве при Ицюэ, где против Цинь сражались союзные армии царств Хань и Вэй. Хотя союзники численно превосходила циньцев в два раза, Бай Ци воспользовался несогласованными действиями союзников, разгромил их наголову. Он обезглавил 240 тысяч воинов противника, захватил в плен военачальника Гунсунь Си и занял пять городов. И Бай Ци был переведен на должность командующего войсками (говэй). После этой победы циньская армия переправилась через Хуанхэ и стала захватывать вэйские земли на её восточном берегу.
На следующий год Бай Ци стал далянцзао (16-й ранг знатности). Он напал на Вэй и захватил значительную часть его земель, в том числе 61 большой и малый город.
На следующий год (292 до н. э.) Бай Ци совместно с генералом Сыма Цо напал на вэйский Юаньчэн и захватил его.
В 287 до н. э. Бай Ци напал на царство Чжао и занял Гуанхэньчэн.
В 279 до н. э. Бай Ци напал на царство Чу, захватил пять городов, в том числе Янь и Дэн.
В 278 до н. э. Бай Ци возглавил новое крупное вторжение циньцев на царство Чу, захватил чускую столицу Ин, сжег город Илин, затем продвинулся на восток до Цзинлина. Потерпев полное поражение от циньцев и их союзников, царство Чу оказалось не в состоянии продолжить войну и было вынуждено отдать Цинь значительную часть своих земель, где Цинь создало новую область Наньцзюнь.
В награду за эту и другие одержанные им победы Бай Ци было пожаловано звание Уань-цзюнь («правитель, умиротворяющий оружием»). Это исключительно высокое звание присваивалось крайне редко, лишь за чрезвычайные заслуги, и приблизительно соответствует званию генералиссимуса.
В 273 до н. э. Бай Ци напал на Вэй, захватил город Хуаян, обратил в бегство военачальника Ман Мао, взял в плен военачальников царств Хань, Вэй и Чжао, обезглавил 130 тысяч воинов. Затем, вступив в сражение с чжаоским военачальником Гу Янем, он утопил в водах Хуанхэ 20 тысяч его солдат.
Бай Ци сделал основой своей стратегии истребление живой силы противника и после каждой битвы беспощадно казнил всех захваченных пленных. За это он еще в древнем Китае приобрел прозвище «Жэньту» - "разделывающий человеческое мясо".
В 265 до н. э. - Циньские войска напали на принадлежавшую царству Хань область Шандан, жители которой, не желая переходить под власть Цинь, передались царству Чжао. В 260 до н. э. - битва при Чанпине. Бай Ци, назначенный главнокомандующим циньского войска, заманил в ущелье и окружил огромную армию чжаосцев, которая после голодной блокады была вынуждена сдаться под обещание циньцев сохранить пленным жизнь. Но после капитуляции чжаосцев Бай Ци, вопреки собственному обещанию, приказал казнить все 400 тысяч сдавшихся воинов, закопав их заживо в землю. Он велел отпустить домой только 240 самых молодых солдат, но не из жалости к ним, а лишь для того, чтобы таким образом донести в царство Чжао страшную весть о гибели всей чжаоской молодежи и тем самым навести леденящий ужас на чжаосцев. "Это ему удалось - пишет Сыма Цянь, - чжаосцы были потрясены".
После битвы при Чанпине царство Чжао, лишившись почти всех солдат, стояло на краю гибели. Бай Ци тогда настаивал на продолжении наступления, которое имело все шансы на успех. Но в этот критический момент правители Хань и Чжао по совету дипломата Су Дая собрали несметные сокровища и подкупили ими циньского первого министра Фань Суя, который под предлогом крайнего переутомления циньского войска порекомендовал правителю остановить наступление. Чжаосян-ван, поверив Фань Сую, заключил мир с Хань и Чжао, вернув им несколько захваченных городов. Эта передышка позволила Чжао восстановить вооруженные силы и спасла на время чжаоское государство.
Когда Бай Ци узнал об интригах Фань Суя, между ним и первым министром возникла вражда.
В 258 году до н. э. войска Цинь осадили столицу Чжао Ханьдань. Из-за болезни вместо Бай Ци правитель Цинь Чжаосян-ван назначил во главе войск другого военачальника по имени Ван Лин, который впоследствии проиграл сражение.
Через четыре месяца, когда Бай Ци выздоровел, Чжаосян-ван предложил ему вернуться на пост главнокомандующего. Однако тот заявил, что Цинь, хотя и одержало крупную победу над Чжао, но понесло при этом большие потери. Поэтому, считал Бай Ци, у Цинь теперь уже нет больше сил для ведения полномасштабной войны против коалиции царств и что скоро другие царства могут, воспользовавшись ослаблением Цинь, напасть на него, и тогда разгром циньской армии будет неизбежен. Ввиду этого он отказался от поста под предлогом болезни, несмотря на настойчивые попытки вана уговорить его.
Согласно трактовке Чжаньго цэ, категорический отказ Бай Ци возглавить циньское войско был вызван опасением потерпеть хотя бы одно-единственное поражение после своей долгой безупречной карьеры, состоявшей из одних побед. 30 лет он воевал и не знал поражений. 70 раз осаждал города.
Бай Ци был готов на все, даже быть казненным, но хотел сохранить любой ценой свою репутацию непобедимого полководца (так считают).
Потерпевший поражение Ван Лин был заменен на другого генерала, Ван Хэ. Однако новый главнокомандующий также не смог добиться успеха и очередная попытка циньских войск взять Ханьдань провалилась. Осажденная чжаоская столица была доведена голодом до людоедства, но держалась. Затем произошло именно то, что предсказывал Бай Ци: в 257 г. до н. э., опасаясь чрезмерного усиления Цинь, правитель царства Чу Каоле-ван послал большое войско на помощь Чжао. И пришла 80-тысячная армия вэйцев. В результате циньцам пришлось снять осаду Ханьданя и, понеся значительные потери, отступить. Бай Ци высказал мнение, что это произошло из-за того, что Чжаосян-ван не прислушался к его советам. Циньский ван снова приказал Бай Ци возглавить армию, но генерал отказался под предлогом, что его болезнь усилилась (это могло быть правдой, но чаще бывало просто вежливым отказом). При этом Бай Ци продолжал критиковать циньскую стратегию войны, говоря, что «так действовать нельзя». Разгневанный правитель лишил его всех званий и разжаловал до рядового.
После этого Чжаосян-ван приказал рядовому Бай Ци убраться вон из столицы Сяньяна и отправил его в ссылку в провинциальный город Иньми. Но Бай Ци был (якобы) настолько болен, что не смог туда поехать.
Прошло три месяца. Союзники перешли в наступление, циньцы терпели поражение за поражением и отступали. Циньский ван приказал выгнать упёртого Бай Ци из Сяньяна и его выгнали.
Но первый советник Фань Суй стал говорить, что Бай Ци не столь уж болен и может уйти на службу к другому царству и, возглавив чужую армию, с его-то талантами станет гибелью для Цинь. И правитель приказал Бай Ци совершить самоубийство. Гонец с приказом правителя догнал изгнанника в Дую, недалеко от Сяньяна.
Тогда циньский ван послал человека поднести Бай Ци меч, чтобы тот покончил с собой. Уань-цзюнь принял меч и, готовясь к смерти, сказал: «Чем я провинился перед Небом, что дошел до такого?» А через некоторое время добавил: «Я, конечно, должен умереть. После боев под Чанпином я обманул несколько сотен тысяч сдавшихся нам воинов Чжао и закопал их живьем в землю. Этого достаточно, чтобы заслужить смерть». И покончил с собою. Смерть Уань-цзюня наступила в одиннадцатой луне на 50-м году правления циньского Чжао-вана (257 году до н. э..). Он умер безвинно. Циньцы сожалели о нем, в городах и селениях приносили ему жертвы.



Вот такой конец китайского "непобедимого"

Хотя Бай Ци одержал множество блестящих побед и не потерпел ни единого поражения, в китайской истории Бай Ци остался известен не полководческим талантом, а своей жестокостью и чудовищными злодеяниями, совершенными по его приказу. В Гаопине (современное название Чанпина) есть традиционное блюдо из тофу, называемое «мясом Бай Ци» (байци-жоу), представляющее собой белый бобовый творог, порезанный на части. Оно символизирует собой глубокую ненависть местных жителей к Бай Ци вплоть до того, что они готовы порезать его на куски и съесть.
А в «Тысячесловии» он назван одним из Четырех Величайших Генералов Периода Сражающихся царств.
306 г. до н.э. - наследник престола Цинь, Ин Цзэ, находился в заложниках в Янь. Внезапно умер ван Цинь (ему было всего 23). Ин Цзэ был отпущен для занятия трона. Он воспользовался помощью правителя царства Чжао Улинь-вана, был поддержан своим дядей Вэй Раном и ему удалось вступить на престол в борьбе против своего младшего брата. Он смог противостоять дворцовому заговору и казнить заговорщиков. Принял имя Чжао-сян-ван (306-251 гг. до н.э.). 55 лет на троне! При нём были отобраны в несколько этапов города и земли Вэй, Чу, Хань, Чжао, а затем и Ци.

Усилия дипломатов, подкуп министров и полководцев часто решали итог войны. У Сыма Цяня рассказывается о двух циньских военачальниках и сянах (они были сянами одновременно) Чу Ли-цзы и Гань Мао. Первый из них был братом циньского Хуэй-вана и лишь после того, как он сумел одержать ряд важных побед над соседями, включая сильных Чжао и Чу, ему было пожаловано владение и дан титул Янь-цзюня. При У-ване в 309 г. до н.э. он был назначен одним из двух сянов. А когда в 306 г. до н.э. он попытался было достичь военного успеха в Пу, на границе Малого и Большого Вэй, некий Ху Янь по просьбе руководителя обороны города сумел убедить его, что победа будет невыгодна Цинь, ибо станет способствовать усилению Вэй, которое после падения Пу сумеет присоединить к себе Малое Вэй. Неясно, почему Чу Ли-цзы, снарядивший поход на Пу, вопрос о продолжении похода решал по совету неизвестного ему лица. Непонятно, почему слова Ху Яня так подействовали на испытанного воина. Похоже, что здесь сыграла свою роль взятка в 300 цзиней золота. Факт остается фактом: поход был приостановлен (а 300 цзиней золота получил от руководителя обороны Пу ловкий Ху Янь), а через несколько лет после этой неудачи, в 300 г. до н.э., Чу Ли-цзы умер.
На первое место в острой политической борьбе явно выходила дипломатия, тогда как война была лишь последним, пусть даже самым весомым аргументом.
или
Гань Мао принадлежал к числу странствующих ши и решил попытать счастья в Цинь. После ряда военных успехов, в том числе укрепления циньских позиций в Шу, он, вместе с Чу Ли-цзы, стал вторым циньским сяном. В 307 г. до н.э. он сумел захватить ханьский город Иян, уничтожив 60 тысяч вражеских воинов. Поражение заставило Хань заключить мир с Цинь, а когда ханьцам стало грозить Чу, они обратились к Цинь за помощью. Циньский Чжао-ван, чья мать была родом из Чу, колебался, но Гань Мао сумел настоять на том, чтобы идти на помощь Хань, так как в противном случае Чу и Хань усилиями ханьского сяна Гун Чжуна (Гун Шу) в конечном счете заключат мир и вместе с Вэй станут серьезной угрозой для Цинь. Правитель Цинь согласился с этими соображениями и выдвинул войска. Тогда чуские войска вернулись домой. Итак, военная угроза была снята более дипломатическими и политическими, нежели собственно военными методами. Но далее в события вмешался родственник вдовствующей матери циньского Чжао-вана Сян Шоу, который теперь уже снова готовился напасть на Хань. Гун Шу прибег к помощи Су Дая. Су в довольно многословной беседе пытался восстановить Сян Шоу против Гань Мао, в чем и преуспел. В результате Гань Мао вынужден был бежать из Цинь в Ци, где он в свою очередь попросил помощи у Су Дая, направлявшегося в Цинь в качестве посла. Су Дай выполнил свое обещание, и Гань Мао пригласили возвратиться, прислав ему его печать сяна. Однако Гань Мао колебался, чем завоевал признание циского Минь-вана, сделавшего его своим сяном. Вскоре после этого Гань Мао умер, а Сян Шоу по рекомендации чуского вана сделали сяном в Цинь.
Вот такой хаос дипломатических интриг и битв дипломатов царил в Китае на рубеже IV-III вв. до н.э.
Но это лишь на первый взгляд. Цинь продолжала наращивать мощь, а остальные царства никак не могли договориться о союзе.

305 г. до н.э. - чуский ван передумал и решил пойти на сближение с Цинь, надеясь тем самым вернуть захваченные циньцами чуские земли.
- Как сообщает Сыма Цянь, чжаоская армия только в 305 г. до н.э. впервые оснастила свою армию отрядом кавалерии. Природные условия не способствовали ни разведению лошадей, ни верховой езде. Лошадей покупали у северных варваров. И до этого года использовали только в колесницах.
304 г. до н.э. - Цинь сделало дружественный шаг в сторону Чу, отдав часть отобранных у этого царства территорий в обмен на договор о союзе.
303 г. до н.э. - коалиция войск Ци, Хань и Вэй напала на Чу за нарушение союза по вертикали. Чу, отправив в Цинь наследника в качестве заложника, просило о помощи. Цинь прислало военную помощь, и коалиция отвела свои войска.
301 г. до н.э. - Хань вместе с Цинь напало на Чу. Текст 45-й главы Сыма Цяня изобилует многоходовыми стратагемными планами и интригами, суть которых сводится к лавированию между сильными Цинь и Чу в интересах стабилизации положения Хань. Из интриг, как правило, ничего путного не получалось, а циньцы всегда брали верх.
- в отношениях между Чу и Цинь начались осложнения, возникшие с совершенно неожиданной стороны. Наследник чуского правителя, живший в Цинь в качестве заложника, как-то повздорил с одним влиятельным циньским сановником, убил его и бежал домой. Сразу же после этого в 301 г. до н.э. коалиция войск Цинь, Ци, Хань и Вэй напала на Чу. Чуская армия потеряла только убитыми двадцать тысяч человек. Перепуганный Хуай-ван отправил нашкодившего наследника в Ци договариваться о мире.
300 г. до н.э. - Чжуншань захвачено Чжао у вэйцев и превращено в вассальную по отношению к Чжао автономную территорию.
299 г. до н.э. - У-лин-ван (правитель Чжао) на торжественном приеме во дворце добровольно передал трон своему младшему отпрыску, обойдя при этом старших сыновей. 12-летний Хуэй-вэнь-ван (298-265 гг. до н.э.), сын У-лин-вана от наложницы У, личное имя Хэ, занял трон, а сам У-лин-ван, теперь под именем Чжу Фу продолжал активно действовать и, в частности, воевать с царством Цинь.
- Цинь снова напало на Чу, захватив восемь городов. Кроме того, циньский ван направил Хуай-вану послание, в котором выражалось недовольство поездкой наследника в Ци и предлагалась встреча с тем, чтобы вновь заключить союз между Цинь и Чу. Придворные чуского вана разошлись во мнениях: одни советовали ехать в Цинь, другие были против. Цюй Юань, вероятно, ещё будучи в советниках, называл Цинь тигром и волком, уверял, что циньцы обманут, а вот наследник советовал ехать. Чуский ван решил ехать, но его вновь обманули. На встречу под видом циньского вана прибыл один из военачальников, который проводил Хуай-вана до циньской столицы, где чуский ван был задержан. Настоящий правитель Цинь на встрече обращался с ним без должного почтения, как с вассалом. А в это время в Чу возникло беспокойство: ван в плену у Цинь, наследник в Ци, что делать? Один из сановников на свой страх и риск сообщил в Ци, что Хуай-ван умер. Циский Минь-ван, подумав и посоветовавшись, решил вернуть наследника в Чу, где тот и стал новым правителем под именем Цин-сян-вана (298-263 гг. до н.э.).
298 г. до н.э. - Вэй сумело нанести Цинь поражение в составе коалиции царств Ци и Хань.
- Раздраженные восхождением на трон Чу наследника (при живом ване, задержанным в Цинь) циньцы снова напали на Чу, захватив пятнадцать городов и уничтожив пятьдесят тысяч воинов.
297 г. до н.э. - Хуай-ван сумел бежать из Цинь. Сначала он добрался до Чжао, где всевластный Чжу Фу его не принял, потом отправился в Вэй, где его настигли циньцы и вернули в Цинь. После этих приключений престарелый чуский правитель заболел и умер. Циньцы вернули его тело в Чу. Как сказано далее у Сыма Цяня, все чусцы скорбели, а отношения между Чу и Цинь были прерваны.
296 г. до н.э. - У-лин-ван (Чжу Фу) переселил бывшего правителя Чжуншань в местность Фуши. Затем лично проинспектировал все северные районы царства, включая Дай. Перед У-лин-ваном встала проблема, что делать со старшим сыном Чжаном, стремившимся к трону и явно недолюбливавшим младшего брата. Чжу Фу решил удалить Чжана в царство Дай, которое было чем-то вроде вассального владения Чжао. Назначив Чжана правителем этого небольшого царства с титулом Аньян-цзюнь, Чжу Фу приставил к нему в качестве главного министра своего приближенного Тянь Бу-ли, который, как выяснилось позже, отличался склонностью к интригам.
Советники царства Чжао опасались сближения этих двух людей, способных причинить вред царству и его юному правителю. Их опасения были не напрасны. Выждав удобный случай, Чжан и Тянь подняли мятеж. Он был подавлен, а мятежники убиты. Но воины из соседних селений, подавившие мятеж без ведома и приказа Чжу Фу, испугавшись ответственности, решили сами прийти к власти (среди них был сын У-лин-вана, взявший после убийства брата его титул Аньян-цзюня). Ворвавшись в дом Чжу Фу, они приказали всем, кроме бывшего правителя, покинуть дворец. Чжу Фу (бывший ван) стал арестантом в своем дворце и вскоре умер с голоду.
Однако Хуэй-вэнь-ван сумел удержаться на троне и со временем навел порядок и дисциплину в царстве. Как и его предшественники, он вел активную внешнюю политику. Воевал с Цинь, Вэй, Хань, Янь или вместе с этими царствами выступал против Ци. Однажды чжаоский ван получил пространное письмо от Су Ли, младшего брата известного политика и дипломата периода Чжаньго Су Циня. Су Ли, выступая от имени Ци, настоятельно советовал обратить внимание на то, что усиление Цинь принесет царству Чжао только вред, тогда как союз с Ци будет полезен ему. Надо сказать, что это обращение с детальным разбором политической ситуации и убедительными аргументами воздействовало на Хуэй-вэнь-вана, который сделал свою внешнюю политику более антициньской.
- пять княжеств Ци, Хань, Вэй, Чжао и Сун совместно напали на Цинь, и Цинь пришлось ради мира отдать земли к северу от Хуанхэ.
295 г. до н.э. - умер Пин-гун (ц.Лу). Ему наследовал его сын Вэнь-гун (294-272 гг. до н.э.)
- Вэйский трон после Ай-вана занял его сын Чжао-ван (295-277 гг. до н.э.), терпевший от Цинь еще более серьезные поражения, чем его отец.
- Вступление на престол Хань наследника Цзю под именем Ли-вана (295-273 гт. до н.э.) положение Хань не изменило. Несмотря на новые попытки лавирования, на переговоры и создание различных коалиций, Цинь в 291, 290 и 286 гг. до н.э. одерживало победу за победой над царством Хань.
- Минь-ван (ц.Ци) помог царству Чжао покончить с полуварварским государственным образованием Чжуншань. Оно полностью стало территорией Чжао.
293 г. до н.э. - Известный своей жестокостью циньский военачальник Бай Ци безжалостно уничтожил двести сорок тысяч воинов Вэй и Хань после крупной битвы при Ицюэ (сов. Лунмэньшань в уезде Лоян провинции Хэнань). После этой битвы Вэй и Хань заметно ослабли, открыв путь к доминированию царства Цинь. С этого времени вместе с другими царствами Вэй стало объектом почти постоянных циньских нападений и постепенно теряло территории, захватываемые Цинь.
292 г. до н.э. - под нажимом Цинь отношения между Чу и Цинь были восстановлены, чуский правитель женился на женщине из Цинь.
291 г. до н.э. - впервые в истории чжоуского Китая правитель Цинь Чжао-сян-ван, а не сидевший на своем троне в домене сын Неба дал троим своим родственникам и приближенным не только часть захваченных земель, но и княжеские титулы, приравняв их к чжухоу. Он же распоряжался переселением людей, в первую очередь помилованных преступников, во вновь захваченные земли, дабы усилить на новых территориях влияние Цинь.
289 г. до н.э. - Цинь отторгло у Вэй огромную часть территории с 61 городом.
288 г. до н.э. - циский и циньский правители договорились называть друг друга соответственно восточным и западным императорами (дун-ди и си-ди). Советник Минь-вана (ц.Ци) Су Дай убеждал правителя, что этот титул может стать ловушкой для Ци. Его аргументы подействовали, и Минь-ван отказался от императорского титула, за ним последовал и циньский Чжао-ван.
286 г. до н.э. - циский Минь-ван уничтожил Сун и аннексировал земли этого царства. Аннексия Сун вызвала возражение со стороны циньского Чжао-вана, заявившего, что он «уважает правителя Сун» и ему непонятна политика циского Минь-вана: то он выступает за союз царств по вертикали, то за их объединение по горизонтали.
Вразумительного ответа циньский правитель так и не получил, а тем временем циский Минь-ван, покончив с Сун, направил свои войска против Чу и трех цзиньских царств (Хань, Чжао и Вэй), намереваясь далее ликвидировать домен вана и стать сыном Неба. Многие царства опасались мощи Ци и были готовы ко всему.
- прежняя вэйская столица Аньи была захвачена Цинь, её жители были выселены, а их место заполнено циньскими колонистами
285 г. до н.э. - откровенной агрессией Ци воспользовалось царство Цинь. В 285 г. до н.э. оно совершило нападение на Ци, захватив 9 циских городов. Это была лишь своеобразная проба сил, но она, видимо, воодушевила тех, кто боялся растущей мощи Ци и наполеоновских замашек циского Минь-вана.
- правители Чу и Цинь еще более сблизились, заключив между собой договор о мире, основанный на родстве.
Юэ И


Юэ И был в государстве Янь генералом и дипломатом. Ему не только приписывают создание в 285 г. до н.э коалиции против агрессивного Ци, но и был назначен главнокомандующим объединённых сил шести государств, чтобы атаковать Ци.
Операция была успешной: в течение полугода семьдесят городов Ци были завоёваны. Потом все войска альянса, кроме Янь, вернулись в свои государства, а Юэ И остался в Ци, чтобы продолжить войну за оставшиеся три города. Но и за три года взять их не смог - ему противостоял не менее искусный в войне и дипломатии Тянь Дань. Именно он через агентов пытался убедить правителя Янь Чжао-вана, что Юэ И, возможно, сам хочет стать князем Ци и намеренно продлевает своё пребывание в Ци, чтобы получить поддержку от людей Ци. Но правитель Янь ответил: «Хорошая мысль! Юэ И заслуживает титула правителя за большие достижения». И решил присудить Юэ И титул правителя Ци, но Юэ И учтиво отказался.
Однако Чжао-ван умер, его сын Хуэй-ван занял место отца. У него был какой-то конфликт с Юэ И и Тянь Дань немедленно снова распустил слухи. Юэ И было приказано вернуться в Янь. Не ожидая ничего иного, кроме казни, Юэ И бежал на запад, в Чжао.
А Тянь Дань разгромил войска, возглавляемые новым командующим яньцев, освободил страну. Хуэй-ван очень сожалел, что несправедливо обошёлся с Юэ И, но ещё больше был обеспокоен тем, что ван Чжао может воспользоваться ситуацией, побуждая Юэ И начать военное нападение на Янь. Хуэй-ван обратился с письмом к Юэ И, обвиняя его в том, что он не ценит доброту и доверие.
В ответном письме Юэ И заявил, что не хотел бы умирать напрасно из-за сфабрикованных обвинений. Юэ И проявил истинную толерантность - обиды не держал, взаимных обвинений не делал. Вероятно, продолжал жить в Чжао, поддерживая там хорошие отношения к Янь, его ценили за обширные знания в астрономии, географии и социальной философии. Он участвовал в каком-то военном походе, но не против Янь.
Сюнь-цзы

Сюнь-цзы (он же Сюнь Куан, он же Сюнь Цин) родился в 313 до н. э. Считают, что он первым осуществил универсальную интерпретацию конфуцианского канона. Именно его вариант переработанного конфуцизма с учётом легизма и был принят в качестве государственной философии Китая. По мнению историков философии значение Сюнь-цзы для китайской культуры сравнимо со значением Аристотеля для Запада.
Родился он в государстве Чжао, на периферии Китая. С ранних лет проявил себя как выдающийся полемист, совершил несколько десятков поездок ко дворам правителей царств Ци, Чу и Цинь. Часто посещал философскую академию Цзися в столице царства Ци Линьцзы (совр. Цзыбо), потом (примерно в 263 г. до н.э.) возглавил её, но его оклеветали и в 255 г. до н. э. перебрался в Чу, где получил должность правителя уезда Ланьлин и почтительный титул министра-советника. И приступил к составлению программного трактата, ныне известного как «Сюнь-цзы».
В 238 г. до н.э. Сюнь-цзы был отправлен в отставку и остаток жизни прожил в уединении, хотя любимые ученики, среди которых особенно выделялся своими способностями министр царства Цинь Ли Сы, продолжали навещать философа.
Раньше считалось, что философ умер вскоре после 238 г. до н.э., но, вероятно, он прожил ещё немало, застал победные войны Цинь Шихуанди и умер, уморив себя голодом, уже после 215 г. до н.э. (год назначения Ли Сы канцлером империи). Это мнение подтверждается словами Лю Сяна из комментария к «Сюнь-цзы»:
... испорченный мир не был в силах использовать легко применимое учение... и такой великий человек умер в трущобах, а его достижения и заслуги не стали зримы в мире.
В центре философии Сюнь-цзы стоит концепция Неба - основа подлинной природы всех вещей. Однако Сюнь-цзы ограничивается истолкованием Неба как части Вселенной, парной Земле (Ди) и составляющей триаду (сань) с Землей и человеком (жэнь).
Небо Сюнь-цзы - не божество, а лишь часть Природы. Оно непричастно к человеческой морали. Окружающий мир развивается из взаимодействия природных сил: Инь, Ян и пяти стихий. А боги и духи - создание человеческого воображения, руководимого эмоциями («небесными чувствами»), органами чувств («небесными чиновниками») и сердцем («небесным государем»).
Несмотря на одобрительное, в целом, отношение к научно-философскому поиску, Сюнь-цзы настаивал на ограничении бесконтрольного стремления к познанию, могущего высвободить доселе скрытые опасности и спровоцировать бессмысленное потребление ресурсов народа.
Как бы там ни было, познает человеческая природа, а познаваемое содержится в принципах вещей. Если же за счет способной познавать человеческой природы добиваться допускающих познание принципов и не думать ни о какой остановке, то ... пусть принципов будет хоть десять, хоть сто тысяч, этого все равно недостаточно для полного охвата изменений тьмы вещей, и это равносильно глупости. Так вот, изучая, сам состаришься, дети вырастут, а будешь сам, как глупец. Это подобно незнанию. Такой называется вздорным человеком.
Сюнь-цзы прославился своим утверждением, что человеческая природа зла, а сам человек «от рождения» обладает низменными стремлениями к пользе (ли) и похоти (юй), губящими благопристойность. Низкое в человеке преодолевается путём воспитания (вей) и культуры (вень):
Человек от рождения наделён дурной природой, а то, что в нём представляет добро, есть приобретённый навык.
А конфуцианцы утверждали, что человек от рождения добр...
А Гао-цзы считал человеческую природу изначально нейтральной...
Сыма Цянь сообщает, что труды философа насчитывали несколько тысяч иероглифов и это примерно соответствует ныне известному объему его работ. Но как сам тот факт, что труды Сюнь-цзы избежали костра, так и очевидная близость Ли Сы (устроившего сожжение книг) и некоторых других циньских чиновников школе Сюнь-цзы, вызывали впоследствии ожесточенные споры о классификации учения философа.
Сюнь-цзы неоднократно противопоставляет своё учение работам «двенадцати философов» и трактует чувства и действия как нечто творимое в большой мере самим человеком, а не только волей Неба, которое он тем не менее должен брать за образец:
Никчемные конфуцианские ученые, способные только говорить, не стараясь ни получить новые знания, ни поделиться с другими тем, что имеют, подобны завязанным мешкам.
Философ разрабатывал новую концепцию государственного управления, сочетающую моистские, конфуцианские и легистские методы.
Как и Мэн-цзы, Сюнь-цзы отвергал элитаризм и считал, что «природа человека с улицы такова же, что у совершенномудрого», но принимал за непременное условие состояния совершенномудрого - работу над решительным преобразованием и обузданием инстинктов и естественных склонностей (хуа син) через приобщение к культуре (хуа вэнь).
Учёные пока не смогли классифицировать Сюнь-цзы - кто он? Неортодоксальный конфуцианец, легист, эклектик?
Современный текст трактата «Сюнь-цзы» состоит из 32 глав. Из них двадцать одна с высокой степенью вероятности аутентична, пять глав созданы, возможно, при участии философа, а шесть написаны кем-то после его смерти. Это произведение дошло до нас в редакции танского комментатора Ян Ляна (818 г), ему же принадлежит наиболее распространённое название книги, "Сюнь-цзы".
Фань Суй (Ин-хоу)

Кто же после Шан Яна, Чжан И, Жан-хоу вёл царство Цинь по пути легизма? Свято место пусто не бывает.
Фань Суй из царства Вэй был странствующим ши и служил у вэйского сановника Сюй Цзя. Сюй Цзя был послан вэйским Чжао-ваном послом в Ци, а Фань Суй сопровождал его. Они пробыли там несколько месяцев, но безрезультатно. Циский Сян-ван велел поднести Сую 10 цзиней золота, а также говядину и вино. Сюй Цзя, узнав об этом, рассердился, решив, что Суй получил эти дары за секретные сведения о княжестве Вэй. Он приказал Сую взять говядину и вино, а золото вернуть. Возвратившись на родину, Цзя рассказал об этом случае вэйскому сяну, по имени Вэй Ци. Вэй Ци велел наказать Суя палками. Сую сломали ребра и выбили зубы. Потом Суя посадили в бамбуковую корзину и бросили в отхожее место. Бинькэ*, напившись допьяна, испражнялись на Фань Суя, всячески обзывая и срамя его (было такое развлечение, и не только в Китае). Суй, лежа в дерьме, обратился с мольбой к стражнику. А стражник попросил выпустить из корзины едва живого человека Суя. Пьяный Вэй Ци разрешил его освободить. Позднее Вэй Ци пожалел о случившемся и даже намеревался вновь позвать Фань Суя, но к этому времени Фань Суй скрылся. Сменив фамилию, он прятался у добрых людей. В Цинь как раз звали умных людей и Суй туда направился. Более года на него не обращали внимания, кормили грубой пищей. Циньским сяном в то время был Жан-хоу, который имел далеко идущие планы в отношении царств Хань и Вэй, рассчитывая через них добраться до Ци. Фань Суй (в Цинь он носил имя Чжан Лy) обратился к циньскому вану с просьбой об аудиенции. Чжао-ван его принял. Дерзко дав понять, что он в курсе, что царством управляет не ван, а женщина - Сюань-тайхоу и ее брат Жан-хоу ("разве это ван? Я думал царством управляет Жан-хоу!") , Фань Суй во время беседы выказал свою преданность именно Чжао-вану. Он заметил, что намерение Жан-хоу напасть на Вэй и Хань, дабы проложить дорогу в Ци, неразумно. Ставить своей целью нападение на отдаленное сильное царство неверно. Надо постараться сблизиться с Ци, тогда Вэй и Хань сами попадут в руки Цинь. А для этого делами Цинь должен ведать сам ван, а не его близкие. Чжао-вану понравились рассуждения Фань Суя, и он назначил его своим сяном, отстранив от дел Жан-хоу и Сюань-тайхоу. Получив владение в Ин, Фань Суй стал с 266 г. до н.э. официально именоваться Ин-хоу. Как-то вэйский правитель послал в Цинь Сюй Цзя, бывшего хозяина Фань Суя. А Фань Суй явился к бывшему хозяину в поношенной одежде под видом возницы. Тот удивился - Фань Суя в Вэй все давно считали мертвым. Огорчила его и нищета бывшего слуги. Он подарил ему шёлковый халат и осведомился, не сможет ли тот (возница!) свести его с кем-то из министров. И этот Фань Суй (ныне Ин-хоу) мог. На другой день во время официального приема Ин-хоу, демонстрируя свое нынешнее положение вяляющимуся у него в ногах бывшему хозяину, укорил его в трёх преступлениях (поверил, что выдавал секреты, не спас от выгребной ямы и т.д), но подаренный халат спас ему жизнь. Думаю, халат бы не спас, но Сюй Цзя нужен был живым, по возвращении в Вэй он должен был потребовать от правителя Вэй выслать в Цинь голову вэйского сяна Вэй Ци (по чьему приказу Фань Суя некогда опустили в отхожее место). Это требование было подкреплено официальным посланием Чжао-вана. В итоге бежавший в Чжао Вэй Ци покончил с собой, а его голова была отослана в Цинь. Именно по инициативе Ин-хоу во время осады Чанпина Цинь посылало перебежчиков с предложением заменить Лянь По на Чжао Ко, в результате чего циньское войско Бай Ци одержало победу. Случались и неудачи. Так, ставленник Ин-хоу Чжан Ань-пин, который заменил впавшего в немилость Бай Ци, не сумел довести до конца осаду Ханьданя, а другой его ставленник был казнен за измену. Тем не менее Чжао-ван не желал потерять такого сяна, как Ин-хоу. Но тут в дело вмешался некий странствующий ши из Янь по имени Цай Цзэ, который сумел убедить Ин-хоу добровольно уступить ему пост сяна. Доводы Цай Цзэ были достаточно просты. Ин-хоу, достигшему зенита славы, лучше отойти от дел, пока его не постигла печальная судьба, скажем, Шан Яна. Ин-хоу, согласившись с этими доводами, сам привел Цай Цзэ к Чжао-вану и предложил взять его на службу. Чуть позже он, сославшись на болезнь, ушел в отставку с поста сяна и предложил на этот пост Цай Цзэ. Тот был сяном лишь несколько месяцев, но за это время успел покончить с домом сына Неба в середине III в. до н.э. и, получив владение в Ганчэн, стать Ганчэн-цзюнем.
*бинькэ - "мОлодцы, храбрецы", нечто вроде странствующих рыцарей, которых состоятельные люди "привечали", порой создавая из них частные армии. Имели статус "гостей" хозяина
Хорошо видно, в чём сила Цинь: 1 - государство легко принимало умных людей из других царств, особенно обиженных судьбой, умело пользуясь «утечкой мозгов», 2 - был создан культ государства, роль и цена человека в самом царстве была низкой, а жизнь простых людей соседних стран и вообще была ничтожной. И то сказать - не так уж давно в Цинь вместе с умершим правителем обезглавливали сотни слуг, этот обычай в Цинь был прекращён позже всех прочих царств, даже таких отсталых, как Чу или Янь. Соседи Цинь, более близкие к традиционно культурным государствам Чжунго, не были столь решительными ни на поле боя, ни в политико-дипломатических интригах, как царство Цинь.
284 г. до н.э. - Цинь сумело создать коалицию шести крупных царств (Цинь, Чу, Чжао, Вэй, Хань и Янь), которая нанесла агрессору Минь-вану сокрушительное поражение (есть сомнения, что Чу участвовало). Причем решающую роль в коалиции сыграло не могущественное царство Цинь, а слабейшее из всех ее участников - Янь. Цинь, которое еще не было в состоянии достичь пределов Ци, решило дать цисцам хороший урок, что и было выполнено в основном чужими руками. Чжао-ван (ц.Янь) разослал своих эмиссаров (главный - политик Юэ И) в разные страны и сумел явно при помощи Цинь создать антицискую коалицию (Янь, Цинь, Чу, Чжао, Вэй и Хань), нанёсшую в битве к западу от реки Цзишуй Минь-вану сокрушительное поражение, циская армия при этом была практически уничтожена на поле боя. Янь играло в этой коалиции едва ли не ведущую роль. Во всяком случае, именно Чжао-вану достались драгоценности из казны Линьцзы, разграбленной столицы Ци.
У Янь были свои счеты с этим царством. Словом, богатая циская столица Линьцзы была захвачена и разграблена царством Янь, а Минь-ван бежал в Малое Вэй. Задержавшись здесь ненадолго, он стал кочевать из одного царства в другое (в Цзоу, Лу, Цзюй), всюду встречая из-за своего заносчивого характера неприязнь населения, пока не был убит чуским военачальником, посланным ему на помощь. В «Чжаньго цэ» события, связанные с оккупацией Ци, разграблением его столицы царством Янь и гибелью Минь-вана, отображены в традиционно-драматических тонах с обвинением правителя в недобродетельном поведении. Чуский военачальник, выполнивший карающую функцию Неба, поделил с яньцами «захваченные у Ци земли и драгоценности».
После разгрома циского войска пять царств вернули свои армии домой, но царство Янь продолжило наступление на лишившееся своих вооружённых сил царство Ци. Почти вся территория Ци, за исключением небольшой его части, была захвачена войском Янь, дворцы и храмы предков циских правителей сожжены. Из циских городов, которые не сдались яньским захватчикам, остались лишь Ляо, Цзюй и Цзимо, удерживаемые способным циским сановником Тянь Данем.
Сын Минь-вана под чужим именем бежал в соседнее с Ци небольшое княжество Цзюй, где цзюйцы помогли ему и объявили - с согласия бежавших в Цзюй циских чиновников - циским Сян-ваном (283-265 гг. до н.э.). Прибыл в Ци он лишь в 279 г. до н.э. Тем временем в Ци началось движение за изгнание вторгшихся и разграбивших страну яньцев; возглавил его герой обороны Тянь Дань, который и вернул нового правителя в столицу. В 82-й главе, посвященной биографии Тянь Даня, Сыма Цянь подробно рассказывает о тех методах, посредством которых тот сумел изгнать яньцев из Ци и добиться единения цисцев. Пустив на осаждающих через пролом в городской стене быков, к хвостам которых были привязаны вязанки подожженного тростника, цисцы разгромили яньцев, а затем освободили и столицу Линьцзы.
Хотя Тянь Даню удалось восстановить государство и вернуть захваченные врагом циские земли, могущество царства Ци было сломлено навсегда. После этих событий циские правители полностью утратили великодержавные амбиции и избегали нападать на своих соседей. 40 лет мира! После чего наступила гибель.
Ошеломлённые разгромом 284 года правители Ци вообще стали бояться вмешиваться в любые конфликты соседних государств, ошибочно полагая, что самый строгий нейтралитет будет лучшей гарантией безопасности их государства. Циньский правитель искусно использовал эти настроения, чтобы заставить Ци отказаться от всякого участия в антициньских коалициях, поскольку это весьма облегчило бы ему разгром царств поодиночке. Для этого он регулярно подкупал циских сановников большим количеством золота с тем, чтобы они советовали правителю всегда держаться полного нейтралитета.
283 г. до н.э. - Чжао-вану наследовал Хуэй-ван (ц.Янь). Когда Хуэй-ван был ещё наследником, у него появились раздоры с Юэ И. Эти раздоры искусно использовал Тянь Дань, распуская в Янь слухи о намерениях Юэ И отделиться и самому стать циским правителем. Встав у власти, Хуэй-ван действительно стал сомневаться в Юэ И и послал генерала Ци Цзе сменить его на посту военачальника. Опасаясь казни, Юэ И бежал и скрылся в царстве Чжао. Циский Тянь Дань, используя укрепления Цзимо, нанес удар по армии царства Янь и разбил её; Ци Цзе погиб, а войска царства Янь отошли обратно на свои земли, в результате царство Ци вновь вернуло все принадлежавшие ему прежде города. За все это Сян-ван наградил его землями в Аньпине и званием Аньпин-цзюнь.
- две дружеские встречи правителей Цинь и Чу.
282 г. до н.э. - Якобы Су Ли от имени циньцев вразумил чжаоского вана, объяснив, что настоящий враг Чжао - Цинь, а не разгромленное Ци. И это подействовало - Чжао выступило против недавних союзников и особенно против Цинь. Лянь По, командуя чжаоскими войсками, напал на циский Сиян и взял его. А Юэ И, командуя чжаоскими войсками, напал на вэйский Боян. В это время циньский правитель, озлобленный на чжаоского вана, напал на Чжао и захватил два города.
281 г. до н.э. - после ряда победоносных выступлений Цинь против царств Хань, Вэй и Чжао, очередной советник чжоуского вана Су Ли посоветовал сыну Неба приостановить завоевания циньского полководца Бо Ци, напомнив ему притчу о том, что по мере усталости победы могут смениться поражениями. Неясно, как прореагировал чжоуский Нань-ван на столь наивное предложение. Нет сомнений, что подобного рода ухищрения желанного результата принести не могли.
- чуский Цин-сян-ван, не желая далее терпеть обиды и обманы со стороны Цинь, снова заключил с чжухоу антициньский союз по вертикали.
- циньцы захватили чжаоский Шичэн. Чжаоский ван вновь отправился с войском в вэйский Дунъян, разрушил плотины на Хуанхэ и устроил большое наводнение, воды реки Чжаншуй вышли из берегов и затопили вэйцев (союзника Цинь).
280 г. до н.э. - Антициньская политика Чжао вызвала озлобление со стороны Цинь, и в 280 г. до н.э. оно нанесло очередное серьезное поражение Чжао, обезглавив 30 (или 20) тысяч его воинов.
- Цинь, опережая события, напало на Чу.
279 г. до н.э. - циньское наступление на Чу было продолжено.
- Циньский ван направил своих послов сказать чжаоскому вану, что он хотел бы встретиться с ним для установления дружеских отношений за пределами Сихэ, в Мяньчи. Чжаоский правитель боялся Цинь и не хотел ехать на встречу, но Лянь По и Линь Сян-жу посоветовали ему: «Если вы, ван, не поедете, то этим покажете, что Чжао не только слабо, но и трусливо». Тогда чжаоский ван поехал. Его сопровождал Сян-жу. Лянь По проводил своего правителя до границы и на прощание сказал: «Вся ваша поездка - дорога туда, церемония встречи и возвращение - должна занять не более 30 дней. Если же по прошествии этого срока вы не вернетесь, то разрешите мне поставить на княжеском престоле вашего наследника, чтобы пресечь всякие поползновения Цинь». Чжаоский правитель свое согласие дал; после этого встретился с циньским ваном в Мяньчи.
Сыма Цянь занятно описывает дипломатические посиделки: Циньский ван устроил пир и сказал: «Я слышал, что вы, чжаоский ван, любите музыку, прошу вас сыграть на цине (струнный щипковый музыкальный инструмент, род цитры или гуслей, имел от 15 до 50 струн, в длину был более 2 м. Диапазон звуков охватывал две хроматические октавы)». Чжаоский ван заиграл. Тогда вышел вперед циньский юйши (хронист) и записал: «В такой-то день, такого-то месяца и года циньский ван пировал с чжаоским ваном и повелел чжаоскому вану играть на цине». Тут выступил вперед Линь Сян-жу и сказал: «Наш чжаоский правитель слышал, что циньский правитель прекрасно исполняет циньские напевы, он просил бы его сыграть на пэнфоу (циньский музыкальный инструмент для сопровождения песен, напоминавший своей формой глиняный таз. Предложение сыграть на столь грубом инструменте должно было подчеркнуть дикость циньцев в сравнении с культурой центральных княжеств)». Циньский ван разгневался и отверг просьбу. Но Линь Сян-жу вынес пэнфоу и, став на колени, стал просить циньского вана сыграть. Циньский ван, однако, не умел на нем играть. Сян-жу произнес: «Я сделаю еще пять шагов вперед, и кровь из моего перерезанного горла прольется на вас, Великий ван» (т.е угрожал опозорить). Приближенные вана готовы были разорвать Сян-жу на куски за такую дерзость, но он так сверкнул глазами и прикрикнул на них, что они отпрянули. Тогда циньский ван с явным неудовольствием ударил пальцами по поверхности пэнфоу, а Сян-жу тут же подозвал чжаоского летописца и велел ему сделать следующую запись: «В такой-то день, такой-то луны и года циньский ван играл чжаоскому правителю на пэнфоу». После этого циньские сановники воскликнули: «Пусть 15 городов княжества Чжао пьют за здоровье циньского вана!» В ответ Линь Сян-жу тоже провозгласил: «Пусть циньская столица Сяньян пьет за здоровье чжаоского вана». Циньский ван на этом кончил пир, так и не сумев одержать верх над Чжао.
Между тем Чжао собрало достаточное войско, чтобы встретить нападение циньцев, и Цинь не решилось действовать.

278 г. до н.э. - правитель Янь Хуэй-ван (278-272 гг. до н.э.). Против нового правителя выступила коалиция недавних яньских союзников, Хань, Вэй и Чу. - Бай Ци (ч.Цинь) занял чускую столицу Ин и сжег загородные храмы в Илин, где находились гробницы чуских ванов.
277 г. до н.э. - Натиск циньских войск на Чу продолжался.
276 г. до н.э. - Чжао-вану (Вэй) наследовал его сын Ань-ли-ван (276-243 гг. до н.э.). Уже первые годы его правления были отмечены очередными кровопролитными сражениями с Цинь.
- Цинь с 276 по 274 г. до н.э. трижды нападало на Хань, отхватывая значительную часть его территории.
- Чу сумело собрать силы, чтобы отвоевать у Цинь пятнадцать только что захваченных городов, сделав из них плацдарм для защиты от Цинь.
275 г. до н.э. - Жан-хоу (сян ц.Цинь) отвоевал часть территории царства Вэй и готовился двигаться дальше на столицу этого царства Лян (Далян). Но как раз в этот момент вэйский сановник Сюй Гу вступил с ним в переговоры, сводившиеся к сложной интриге. Суть ее напоминает то, с чем обращался Су Дай к циньскому полководцу Бай Ци: смотрите, благоволение Неба не неизменно, как бы все не кончилось для вас плохо! Сюй Гу добавляет к уже сказанному, что Чу и Чжао могут вмешаться и что тогда неизвестно, чья возьмет. А если бы Цинь не требовало столицы Вэй, а согласилось получить два других вэйских города, все - и Вэй, и Чу, и Чжао - будут служить Цинь. Жан-хоу согласился на это предложение и снял осаду с Даляна. И в общем он не проиграл. Уже в 274 г. до н.э. он снова напал на Вэй, отвоевал еще три уезда и обезглавил 40 тысяч вражеских воинов. А в 273 г. до н.э. состоялся очередной поход циньской армии во главе с Жан-хоу, Бай Ци и Ху Яном против Вэй, Чжао и Хань. Были захвачены земли и обезглавлены 100 тысяч воинов, после чего, однако, было решено захваченные чжаоские территории возвратить и вместе с Чжао напасть на Ци (наиболее удобная дорога из Цинь в Ци проходила через Чжао). Сразу же после получения сведений о походе на Ци циский Сян-ван послал Су Дая с посланием к Жан-хоу. Смысл послания: разбить и ослабить Ци невыгодно для Цинь, ибо это в любом случае усилит три царства распавшегося Цзинь и Чу. Как это ни странно, но у Жан-хоу не оказалось иного мнения, и он возвратился с войсками домой.
274 г. до н.э. - война с Цинь обошлась Вэй в сорок тысяч уничтоженных воинов.
273 г. до н.э. - еще один советник сына Неба - Ма Фань сумел натравить Цинь на царство Вэй (речь идет о Большом Вэй, которое по названию его столицы часто именовали Лян), соблазняя правителей обоих царств все теми же чжоускими треножниками. О результатах этой интриги тоже не сообщается.
Вэй в сражении с циньцами потеряло ещё сто пятьдесят тысяч воинов, включая, правда, и солдат Хань и Чжао. Таким образом, Цинь разгромило всю коалицию.
272 г. до н.э. - Хуань-хуэй-ван (ц.Хань, 272-239 гг. до н.э.). Цинь наносило удар за ударом, отбирая у Хань один кусок территории за другим.
- Чу снова было заключено перемирие с Цинь, причем туда опять был отправлен в качестве заложника наследник престола.
271 г. до н.э. - на луском троне Вэнь-гуна сменил его сын Цин-гун (271-248 гг. до н.э.) - последний из правителей царства Лy.
- правитель Янь У-чэн-ван (271-258 гг. до н.э.)
- Жан-хоу вновь замыслил идти против Ци. Правда, на сей раз замыслы не были воплощены. При дворе циньского Чжао-гуна появился некий Фань Суй - и звезда Жан-хоу стала закатываться, а после смерти его сестры Сюань-тайхоу и вовсе закатилась. Жан-хоу умер в своем владении, которое сразу же после этого стало снова владением администрации царства и превращена в область.
- Линь Сян-жу (ц.Чжао) возглавил войска и напал на княжество Ци. Он дошел до Пинъи (Пинъи находился на правом берегу р. Циншуй, к востоку от области Сихэ) где остановился.
270 г. до н.э. - вновь обострились отношения между Цинь и доменом, причем теперь уже советники циньского правителя стремились ограничить аппетиты своего господина, уверяя его, что открытая ссора с Чжоу обеспокоит Поднебесную и побудит ее объединиться вокруг сильного Ци, что ослабит позиции Цинь.
Правда, очередная схватка с Цинь в 270 г. до н.э. принесла успех Чжао. Не успев толком осознать, кто его главный враг, Чжао вновь стало вести дело к соперничеству с Ци. Начались столкновения Чжао с Вэй, и, напротив, участились дружеские встречи чжаоского правителя с циньским. Словом, царствование Хуэй-вэнь-вана чжаоского прошло практически в постоянных войнах.
- Чжао Шэ (ц.Чжао) разгромил циньские войска под городом Яньюй (Яньюй принадлежал сначала княжеству Хань, потом - Чжао. Сражение под Яньюем относится в разных источниках к 270 или 269 г. до н.э.)
- на Ци напало царство Цинь, захватившее два города
268 г. до н.э. - В главе о царстве Вэй Сыма Цянь приводит немало бесед сановников разных царств, составлявших стратагемы, направленные на достижение успеха для того или иного государства. Так, после успешных походов на Вэй в 268 и 266 гг. до н.э. циньский Чжао-ван стал интересоваться силами Хань и Вэй и получил в ответ разноречивые суждения, самое осторожное из них исходило из того, что оба эти царства имеют немало мудрого опыта и могут его использовать.
Из изложения Сыма Цяня вытекает, что именно из-за осторожности циньский правитель не сразу откликнулся на просьбу Вэй о помощи, когда это царство подверглось нападению со стороны Ци и Чу. Он сделал это лишь после беседы с неким вэйским старцем, утверждавшим, что крушение Вэй принесет пользу в первую очередь Чу и Ци, но не Цинь. В этой ситуации вызывают недоумение попытки Вэй искать союза с Цинь, даже в условиях войны с Ци и Чу. Казалось бы, получая удар за ударом со стороны этого мощного соседа, Вэй должно было понимать, кто являлся самой большой для него опасностью. Политика же Цинь была очевидной: нужно было ослабить прежде всего соседей, что делалось с помощью регулярных кровопролитных войн. Но войны не исключали и дипломатии. Рассорить соседей и побудить их почаще воевать друг с другом было в интересах Цинь. Поэтому неудивительно, что в очередной беседе вэйский правитель получает от своего советника У-цзи (Синьлинь-цзюня) разъяснение, почему следует полагаться на Хань, но никак не на Цинь, а содействия нужно искать у царств Чжао и даже Чу, но ни в коем случае не у Цинь.
267 г. до н.э. - сын Неба с помощью своего советника еще раз сумел на некоторое время освободиться от угрозы со стороны Цинь и направить агрессивные устремления этого царства против Хань, Чжао и Вэй. Но это был, пожалуй, последний успех слабого домена в борьбе с могущественным Цинь при помощи политических интриг. Ситуация складывалась весьма трагично для дома Чжоу.
- умер наследник цинского престола Дао, и новым наследником был назначен (в 265 г. до н.э.) другой сын — Аньго.
265 г. до н.э. - Чжаоский Сяо-чэн-ван (265-245 гг. до н.э.), сын Хуэйвэнь-вана, личное имя Дань, в принципе проводил всё ту же политику войны. Соответственно получал те же результаты. Но если принять во внимание, что в годы его правления Цинь стало еще сильнее, то не приходится удивляться тому, что понесенные от него поражения оказались для Чжао еще более тяжелыми. Новый правитель царства Чжао все никак не мог наладить прочных дружественных отношений с Ци, которое уже перестало доверять Чжао и требовало для укрепления дружеских связей заложника из семьи правителя, на что Чжао не сразу решилось. Но и после отправки заложника в Ци чжаосцы охотнее сражались с северным и сравнительно более слабым Янь, чем с Цинь.
- циский Тянь Тань совершил успешный поход на Янь.
264 г. до н.э. - Последним правителем возродившегося и несколько окрепшего после постигшей его катастрофы царства Ци стал Цзянь-ван, занимавший циский трон более сорока лет (264-221 гг. до н.э.). За этот долгий срок он, однако, мало что сумел сделать для стабилизации и тем более усиления своей страны.
- циньцы уничтожили пятьдесят тысяч ханьцев.
263 г. до н.э. - Цин-сян-ван (ц.Чу) заболел, наследник бежал из Цинь домой. После смерти отца он занял трон Чу под именем Као-ле-вана (262-238 гг. до н.э.). Сопровождавшего его в Цинь (и, видимо, очень во многом помогавшего, проявившего преданность) чиновника он сделал первым министром, дав ему земли и титул Чуньшэнь-цзюня.
262 г. до н.э. - новый правитель Чу поднес Цинь земли в Чжоу, дабы обеспечить мир. Само Чу в результате военных походов Цинь в это время заметно ослабло.
260 г. до н.э. - царство Хань предложило Чжао взять у него 17 городов, которые были отрезаны циньцами от основного массива ханьских земель и так или иначе должны были перейти к Цинь, Сяо-чэн-ван, несмотря на уговоры и убедительную аргументацию своих советников, купился на дармовщину. Последствия были трагическими. Не успел чжаоский ван занять города и щедро наградить их чиновников, как царство Цинь выступило против Чжао.
Чжао попросило Ци помочь ему зерном, но циский Цзянь-ван ответил отказом. Отказ, вызванный, скорее всего, страхом перед Цинь, имел далеко идущие последствия. Дело в том, что царство Цинь решило строить свои дальнейшие планы в зависимости от того, договорятся между собой союзники по антициньской коалиции или нет. Циньский ван тогда сказал: «Ци и Чу помогают Чжао. Если они сговорятся, я отведу свои войска, если же они не сговорятся, я нападу на них». Договориться они не сумели. Советник циского вана настойчиво рекомендовал согласиться на просьбу Чжао, которое заслоняет Ци и Чу от агрессивного Цинь. Погибнет Чжао - наступит очередь Ци и Чу. Однако Цзянь-гун не внял аргументам советника. В результате Цинь решилось на битву, и четырехсоттысячная армия Чжао была уничтожена под Чанпином. Нет сомнений, если верить данным Сыма Цяня, что позиция циского Цзянь-вана сыграла при этом свою роль.
На свою беду чжаоский Сяо-чэн-ван как раз в этот момент снял с должности опытного генерала Лянь По, который, по-видимому, лучше разобрался в ситуации, чем правитель, и не желал обострения отношений с Цинь ради нескольких чужих городов, заменив его Чжао Ко. Не сумев сориентироваться, Чжао Ко оказался окруженным под Чанпином и вынужден был сдаться. Битва под Чанпином стала самой страшной и кровопролитной бойней в истории древнего Китая. Вся четырехсоттысячная армия Чжао, попавшая в плен, была уничтожена, причем пленные погибли страшной смертью: всех их по одной версии убили, по другой - закопали заживо.
В 5-й главе труда Сыма Цяня, посвященной дому Цинь, рассказывается, что именно из-за этих злосчастных 17 городов (район Шандана) армия Цинь во главе с искусным, коварным и жестоким Бай Ци напала на Чжао и уничтожила всех взятых в плен.
Сразу же после этой страшной трагедии чжаоский правитель послал просить помощи у Чу. Прибыли и войска Вэй. Это спасло Чжао от окончательного краха. Армия Цинь сняла осаду и отошла от Ханьданя, столицы Чжао. Благодаря этой помощи Чжао сумело уцелеть.

Битва при Чанпине

Это была самая кровопролитная битва дохристианской эпохи в мировой истории. Почти миллион человек, из которых более половины погибло!
Точной даты нет. Считается, что состоялась в 260 году до н. э. Возможно, что в 258 году до н. э., в «Ши цзи» - 259 год до н. э.
Цинь воевало непрерывно и в 270 г. до н. э. её армия начала наступление на город Яньюй, принадлежавший княжеству Хань, но была разбита прибывшим на помощь ханьцам войском княжества Чжао во главе с полководцем Чжао Шэ.
Что агрессии Цинь не остановило, а вынудило её изменить тактику и набрать ещё более мощную армию. В 265 г. до н. э. циньские войска напали на ханьскую область Шандан, начали захватывать дороги и перевалы через хребет Тайханшань. В 262 г. до н. э. циньское войско захватило Еван (совр.Циньян провинции Хэнань) и окончательно отрезало Шандан от Хань. Правитель царства Хань решил фактически уже потерянную область отдать Цинь и заключить мир с Цинь.
Но жители Шандана во главе с губернатором Фэном Тином, не хотели попасть под власть Цинь и реформы Шан Яна и решили всем районом перейти в царство Чжао, столь недавно победившее Цинь. Фэн Тин сообщил населению: «Путь в Чжэн (т.е. в княжество Хань) уже перекрыт, Хань наверняка уже не удастся помочь нам. Циньские войска с каждым днём все ближе к нам, ханьцы не могут им противостоять, и лучше передать Чжао земли Шандана. Если Чжао примет нас, циньцы рассердятся и непременно нападут на Чжао. А если Чжао подвергнется нападению, оно несомненно сблизится с Хань. Если же Хань и Чжао объединят свои силы, они сумеют противостоять Цинь».
В Чжао обсудили предложение шанданцев. Один из чжаоских министров, Чжао Бао, настаивал на том, что предложение не следует принимать: «Лучше было бы не принимать дара; если примем, беды от этого значительно превзойдут то, что мы от этого получим». Другой министр Чжао Шэн возразил: «Ведь мы просто так получаем целую область; лучше будет её принять». Типа того, что это воля небес и от такого подарка не отвертеться. Чжаоский правитель Сяочен-ван взял сторону Чжао Шэна. Он пожаловал губернатору Фэн Тину звание Хуаян-цзюня и принял область Шандан в своё государство. И пожалуй, он был прав - агрессора надо было остановить. Но это война.
Чжао вело очень непоследовательную политику, то воюя против Цинь, то воюя вместе с Цинь, а потому не имело верных союзников. И Чжао сразилось с Цинь один на один.
Оборонять новую область поручили полководцу Лянь По (Чжао Шэн к этому времени уже умер).
В полевых сражениях циньская армия оказалась намного сильнее, в "примерочных" боях чжаосцы терпели поражение и Лянь По перешёл к обороне, построил ряд укреплений, остановивших циньское наступление. Он разместил свои войска в Чанпине (совр. Гаопин провинции Шаньси) и хорошо его укрепил. Цинские войска штурмовали укрепления Чжао и несли большие потери, а войска Чжао - минимальные. Но правитель Чжао неоднократно выражал недовольство такой пассивностью и оборонительными действиями своего главнокомандующего, не сумевшего изгнать циньцев из Шандана. Лянь По продолжал изматывать противника, не поддавался на провокации циньцев, не выходил на открытый бой и удерживал свои войска в укреплениях. Цинь продолжало осаду.
Победа склонялась на сторону чжаосцев - циньцам приходилось снабжать войска вдали от своей территории, а циньский ван тоже был недоволен отсутствием побед.
Однако у Цинь были ещё и "умные люди" - дипломаты - мастера интриг. По совету первого министра Фань Суя в Чжао послали агентов, которые подкупали чиновников и распространяли слухи, компрометирующие Лянь По в глазах правителя Чжао. Согласно Сыма Цяню на это были затрачены тысячи цзиней золота (цзинь эпохи Сражающихся царств составлял 596,886 г).
Интриги достигли своей цели, ван Чжао и так был недоволен Лянь По, не одержавшим в Шандане победу над армией Цинь. Он отстранил его от поста главнокомандующего и назначил на его место амбициозного молодого генерала Чжао Ко, сына покойного полководца Чжао Шэ. Он действительно теоретически хорошо знал военное дело, но не имел практического опыта командования войском. По преданию, его отец перед смертью завещал своей жене не допускать, чтобы его сын когда-либо командовал войском. «Война - это смерть! - говорил Чжао Шэ. - А Чжао Ко говорит о ней легкомысленно. Надо стараться, чтобы вану (правителю княжества) никогда не пришло в голову назначить нашего сына полководцем, иначе он доведёт армию княжества до полного разгрома» (Сыма Цянь, «Жизнеописание Лянь По и Линь Сян-жу»).
Вдова Чжао Шэ и государственный министр Линь Сянжу умоляли Сяочэн-вана отменить назначение Чжао Ко командующим, но чжаоский правитель их не послушал. Вдова Чжао Шэ лишь добилась обещания не наказывать род Чжао, если её сын потерпит поражение.
Но и Цинь заменило своего прежнего главнокомандующего Вана Хэ на Бай Ци. Тот не знал ни единого поражения, имел огромный опыт, был крайне жесток, пленных неизменно уничтожал. И в приказе по циньской армии было объявлено, что всякий, кто проболтается о назначении Бай Ци, будет казнён - иначе, чего доброго, в плен не сдадутся.
Новый главнокомандующий чжаосцев, прибыв в войска, численность их довёл до 400 тысяч человек и сразу же приказал перейти в наступление. У циньцев бойцов было намного меньше и Бай Ци не стал вступать в бой. Он имитировал поспешное бегство от Чанпина на юг через ущелье. Войско Чжао преследовавшее циньцев, на выходе из ущелья внезапно для себя оказалось перед заранее построенными укреплениями, образовывавшими полукольцо. Прорвать циньские укрепления не удалось, тысячи чжаосцев погибли при штурме совершенно напрасно: «укрепления были столь мощны, что чжаосцы не смогли их захватить» (Сыма Цянь).


Когда вся армия Чжао втянулась в ущелье, 5 тысяч циньских кавалеристов (редкость по тем временам) напали с флангов, а 25 тысяч циньцев-пехотинцев закрыло узкий вход в ущелье. Все узкие проходы, тропы, перевалы были под контролем. Циньский засадный отряд захватил все пути возможного отхода и немедленно возвел там сильные укрепления, оказавшиеся для чжаосцев, не взявших ничего осадного, неприступными, причём, пока их строили на юге, циньцы вышли из укреплений и завязали бои местного значения, отвлекая внимание. Так огромная армия, по сути лишённая продовольствия, оказалась в каменном мешке. Там даже воды на всех не хватало. Тяжёлое положение чжаоского войска, лишённого продовольствия, усугублялось ещё и нехваткой в ущелье воды для такого огромного количества людей, которое там оказалось. А для того, чтобы выйти из окружения, на любом направлении чжаосцы должны были атаковать противника, засевшего в укреплениях, неся тяжелые потери. Впоследствии циньские части, блокирующие горные проходы на севере, были ещё более усилены. Циньский правитель Чжаосян-ван лично прибыл в район Хэнэя (совр. Хэнань), пожаловал старейшинам по одному рангу знатности и мобилизовал всех мужчин старше 15 лет (обычно в циньскую армию брали с 17 лет). Все были направлены под Чанпин, чтобы усилить блокаду. Циньское войско тоже достигло численности в 400 тыс. человек.
Вместо того, чтобы немедленно начать прорываться, Чжао Ко приказал строить свои укрепления, в надежде, что оставшиеся в Чанпине войска придут на помощь.
Однако окружённые не получили никакой помощи извне. Несколько попыток прорвать блокаду изнутри были предприняты слишком поздно, когда окружённые чжаосцы уже превратились в доходяг, помочь ничем не могли, а циньские укрепления успешно отражали штурмы и извне. Боеспособные чжаосцы также предприняли ряд отчаянных штурмов, пытаясь выбраться. В одной из таких атак погиб лично участвовавший в атаке командующий Чжао Ко.
Армия Чжао проявила большую стойкость, 46-дней она не получала никакого продовольствия, воины Чжао были доведены голодом до людоедства - «они начали тайком поедать друг друга». Но сдались только тогда, когда Бай Ци пообещал сохранить пленным жизнь.
Он обманул. Бай Ци, вопреки своему обещанию, приказал казнить всю разоружённую армию Чжао, заживо закопав всех пленных воинов в землю. Согласно «Историческим запискам» Сыма Цяня, под Чанпином было убито более четырёхсот тысяч солдат Чжао. В живых циньцы оставили только 240 самых молодых чжаоских солдат, которых Бай Ци велел отпустить на родину. Но лишь для того, чтобы они сообщили чжаосцам подробности о гибели всей молодёжи страны. Долина Синъюаньгу, где, как считается, произошло это побоище, впоследствии в народе называлась «Долиной убийств» - Шагу. Через 10 веков император Сюань-цзун из династии Тан, потрясённый этой историей, повелел воздвигнуть храм, куда были собраны найденные там человеческие останки. Однако костей погибших людей много там и сейчас.



Наверно, кадр из фильма. Вот так закапывают живьём



современные раскопки

Согласно летописям «Ши Цзи» Сыма Цяня, общие потери чжаосцев в ходе битвы при Чанпине составили 450 тысяч человек. Государство сразу же лишилось всего трудоспособного мужского населения, почти всей молодёжи. Правитель Сяочен-ван выполнил обещание, данное вдове Чжао Шэ и не стал наказывать род Чжао за гибель огромной армии по вине её сына. Царство Чжао так и не смогло оправиться от сокрушительного удара.
Армия Цинь при Чанпине также понесла значительные потери, составившие по оценке древнекитайских историков, более половины от чжаоских. Вследствие этих потерь, а также военной помощи, оказанной чжаосцам царствами Вэй и Чу, царство Цинь не смогло взять осаждённый им в 258 г. до н. э. Ханьдань (столицу Чжао).
Чжао Ко в народе почитают, несмотря на то, что его армия была истреблена из-за того, что он умел воевать лишь на бумаге, поскольку он погиб в бою. В народе считают, что если бы Чжао Ко не был убит циньской стрелой, он не сдался бы, а сумел бы спасти свою армию. Храм в его память назван «храмом князя Чжао», хотя Чжао Ко не был князем.
Есть китайский телесериал 2004 года «Tiexue Changping» («Чанпинская война»). А в 2009 году режиссёр Хэ Пин из Гонконга снял фильм - историческую драму «Пшеница», действие которого происходит в княжестве Чжао во время битвы при Чанпине. Собственно, война не показана, но всех мужчин (с 12 лет!) отправили на битву, женщины всё делают сами, потом приходит известие о поражении и все женщины самоубились, выпив яду. Героиня замешкалась и тут пришли её сыновья, которые оказались в числе 240 выживших.

258 г. до н.э. - циньская армия после сокрушительного поражения чжаосцев в битве при Чанпине окружила столицу Чжао город Ханьдань.



Марш армии

Астрономия

В эпоху крушения династий, страшнейших войн и объявления (кое-где) учёных паразитами общества, было уже не до астрономии. В связи с чем хочу взамен рассказать астрономическую сказочку Древнего Китая. Вполне актуальную - через неделю стартует Солнечный зонд и будет стремиться за Солнцем несколько лет. Удачи ему! (написано 29.07.2018)

"Куа Фу гонится за солнцем"


В глубокой древности в северной пустыне была высокая гора. Там жили гиганты. Главаря их называют Куа Фу, в его ушах висели две золотые змеи. И на руках две золотые змеи. Поэтому его и звали Куа Фу, а его племя - "Народ Куа Фу". Гиганты были добродушные, трудолюбивые и мужественные.
Однажды началась засуха, леса сгорели, реки высохли, гиганты начали помирать. Тогда Куа Фу обозлился на солнце. Он сказал родичам: "солнце это гадкое! Я обязательно догоню солнце, схвачу его и заставлю его подчиниться людям". Его стали отговаривать. Убеждали: "Солнце далеко от нас, ты устанешь до смерти". Другие говорили: "Солнце такое горячее, ты сгоришь без термозащиты!". Но Куа Фу решил твёрдо, невзирая на слабые знания в астрономии и в практике теплоизоляции.
"За жизнь людей, - говорит, - готов рискнуть".
И погнался за солнцем. Он прыгал через горы, перешагивал реки, земля тряслась от его шагов. Куа Фу устал, вытряс пыль из обуви, осталась там большая гора. Сел готовить обед, три горы для кастрюли положил, до сих пор стоят, высотой по километру.


Наконец, Куа Фу догнал солнце в месте, куда солнце падает. Перед глазами красный мяч огня. Куа Фу очень обрадовался, раскинул руки, хотел схватить солнце, но солнце такое жгучее, что он захотел пить. Быстро добежал до Хуанхэ, выпил её до дна. Добежал до берега "реки Уй" (не помню такой), и выпил всю воду этой реки. Но не утолил ещё жажду. И Куа Фу побежал на север, там есть большие озера (Байкал, наверно?). В тех озерах достаточно воды, чтобы утолить жажду (ещё бы!). Но Куа Фу не дошел до больших озерах и умер на полпути от жажды.
Помирая, скучал по родным. Он бросил дорожный посох и сразу появился пышный персиковый лес. Этот персиковый лес цветёт круглый год. Лес спасает прохожих от солнца, свежим персиком утоляет жажду, снимает усталость, наполняет кипучей энергией.



Куа Фу умер от обезвоживания

Сказка отражает желание китайцев одолеть засуху. Надеюсь, что китайский "Солнечный зонд" будет нести это имя. И не умрёт!

А есть и иная версия той же сказки. Была гора Юду, где жили люди. А рядом околачивался великан Куа Фу. Какая ещё засуха? - солнца вообще не было! Мороз, тьма, звери в темноте всех поедали. Обратились к Небесному владыке, попросили зажечь солнце. Тот выпустил на небо солнце и посчитал работу завершённой. Бракодел. Сотворённое солнце было лениво. Поздно вставало, быстро пробегало по небу - и опять тьма. Куа Фу решил помочь. Попросил солнце по хорошему выходить на небо не в полдень, а в утренний рассвет. А нахальное солнце условие поставило: догонишь - соглашусь. Ну, тут он и побежал. Да, и обедал в дороге и с чудовищами сражался и с царём из Западного моря (Каспийское, что ли?), Хуанхэ выпил, догнал солнце, но оно нагло отказалось и побежало ещё быстрее. Тогда он его обогнал, загородил горой ту дыру, куда солнце уходит и добился своего. Солнце теперь встаёт как по расписанию. Прямо какой-то эскимосский вариант китайской сказки. Пробежал он, кстати, 300 тысяч ли (150 тыс. км.)
далее к файлу №5-2-1i

назад к файлу №5-2-1e