«Земля и Вселенная» 1991 г №5 (сентябрь - октябрь)




Космодромы мира
Прорыв в космос


(из записок начальника космодрома Байконур)

К. В. ГЕРЧИК,
генерал-полковник,
кандидат военных наук


С ЧЕГО НАЧИНАЛСЯ БАЙКОНУР

Начало строительства и функционирования Полигона № 5 Министерства обороны (космодрома Байконур) относится к середине и второй половине 50-х годов. Эти непростые послевоенные годы вошли в историю как годы «холодной войны». Их главной приметой стал атомный шантаж Советского Союза со стороны правящих кругов США того времени. Для укрепления обороноспособности нашей страны руководство Советского Союза приняло меры, направленные на интенсивное развитие отечественного атомного производства и ракетостроения, создание ракетно-ядерного щита Родины. Потребовался самоотверженный труд нашего народа. К этой работе были привлечены виднейшие ученые и конструкторы — И. В. Курчатов, М. В. Келдыш, С. П. Королев и многие другие.

В 1955 г. были определены место и начало строительства Полигона. Ответственность за его создание была возложена на маршала артиллерии М. И. Неделина. Начальником полигона стал генерал-лейтенант артиллерии А. И. Нестеренко. Строительство полигона вел коллектив военных строителей

Автор статьи, генерал-полковник Константин Васильевич Герчик (род. в 1918 г.), был начальником космодрома Байконур в 1958-1961 гг. В 1972-1979 гг. — командарм стратегических...
под руководством известного в стране строителя генерала Г. М. Шубникова. Именно они со своими коллективами обеспечили ввод объектов первой очереди в короткие сроки (с 12 января 1955 г. по 5 мая 1957 г.). Я не сомневаюсь, что создание Полигона можно оценить как настоящий подвиг ученых, конструкторов, рабочих, строителей, проектировщиков, монтажников, испытателей, ракетчиков и служащих.

Основная функция Полигона — проведение совместных летно-конструкторских испытаний, испытаний ракетно-космической техники и научных исследований в этой области.

Соответственно строилась структура и определялись основные направления деятельности Полигона:

— испытания ракетно-космической техники: ракет-носителей (РН) и космических аппаратов (КА);

— измерение параметров и результатов испытаний РН и КА, обработка информации;

— анализ и оценка летно-технических характеристик РН и КА;

— проведение научных исследований;

— поддержание ракетно-космической техники в постоянной готовности к испытаниям;

— обеспечение испытаний, организация быта и создание условий для жизни людей (офицеров и их семей, сержантов и солдат, рабочих и служащих).

В дальнейшем деятельность Полигона была дополнена функцией обучения новой ракетной технике войсковых частей и разработкой эксплуатационно-технической документации для них.

НЕЗАБЫВАЕМАЯ КОМАНДИРОВКА

В начале июня 1957 г. в ракетной инженерной бригаде, которой мне довелось командовать шла напряженная боевая учеба. Неожиданно меня вызвали на Полигон № 5 (космодром Байконур). Сборы, как бывает в таких случаях, не были долгими. После уточнения задачи немедленно вылетел на Полигон. Память сохранила впечатления от этого полета. Природа на глазах резко менялась. Особенно это было заметно во время посадок самолета — сначала в г. Актюбинске, а затем в аэропорту Джусалы. Ощущалась изнуряющая жара, горячий воздух напоминал сухой пар финской бани. Не радовала глаз выжженная солнцем и без того скудная растительность. С высоты полета на фоне безоблачного неба все казалось желтым и унылым.

В то время Полигон уже действовал, на нем проводились испытания. Объекты первой очереди строительства были приняты и введены в постоянную эксплуатацию.

Митрофан Иванович Неделин находился на Полигоне. Встречаться с ним по службе приходилось довольно часто. Впервые это было в 1955 г., когда он нам, командирам первых ракетных бригад (их насчитывалось тогда единицы), ставил задачи по организации боевой учебы, изучению и освоению боевой техники. Запомнилось, как М. И. Неделин докладывал маршалу Советского Союза Г. К. Жукову (первому заместителю Министра обороны СССР) о состоянии инженерно-ракетных бригад. Г. К. Жуков одобрил доклад, ответил на наши вопросы и высказал ряд рекомендаций. Вообще, встречи с М. И. Неделиным были для нас,

Митрофан Иванович Неделин (1902-1960), Герой Советского Союза, Главный маршал артиллерии — первый Главнокомандующий Ракетных войск стратегического назначения. Один из главных творцов ракетно-ядерной мощи страны, он трагически погиб 24 октября 1960 г. во время испытаний новой межконтинентальной ракеты «Р-16». Во время предстартовой подготовки произошел непредвиденный запуск двигателей второй ступени и взрыв ракеты. В числе погибших оказался и председатель Госкомиссии, маршал Неделин



Генерал-майор Г. М. Шубников (1905-1965), начальник строительства космодрома Байконур с 1955 по 1965 гг.
командиров, практической «академией». М. И. Неделин во время своего пребывания на Полигоне в доброжелательной манере и краткой форме разъяснил нам суть ракетно-космической программы, предназначение Полигона и перспективы его развития. Услышанное мною впечатляло масштабом и новизной. Маршал рекомендовал начать ознакомление со структурой Полигона, ракетно-космической техникой и содержанием проводимых совместных летно-конструкторских испытаний.

На Полигон ранее был вызван также полковник М. Г. Григорьев. Он имел аналогичную со мной задачу. Как потом выяснилось, М. И. Неделин лично изучал и подбирал двух кандидатов на новые участки работы. Одного — на должность командира первого боевого объекта, второго — на должность начальника штаба полигона. По истечении месяца нашей командировки М. И. Неделин провел подробную беседу с каждым из нас в отдельности. После этого принял решение: М. Г. Григорьева назначить на должность командира нового объекта, а автора этих строк — начальником штаба полигона. Впоследствии М. Г. Григорьев был командующим ракетного объединения, а затем и первым заместителем Главнокомандующего ракетными войсками стратегического назначения. На всех участках работы он трудился добросовестно, компетентно, с высоким чувством ответственности.

ОСНОВНОЙ ПРИНЦИП ИСПЫТАНИЙ

Он состоял в том, что проводились испытания специалистами промышленности и Министерства обороны. При такой организации испытаний техническое руководство возлагалось на ОКБ-1 С. П. Королева и другие конструкторские организации. Совместные испытания ракеты и систем имели ряд преимуществ. Они взаимно обогащали разработчиков ракет, испытателей полигона и заказчика (в роли которого выступало Министерство обороны), улучшали качество отработки тактико-технических характеристик систем и ракет в целом.

Принцип совместных испытаний не был слепым заимствованием опыта Государственного центрального полигона (ГЦП, Капустин Яр). У нас он применялся творчески, учитывались новый, более высокий уровень техники и технологии ее испытаний. Благодаря применению этого принципа образовался деловой и творческий союз ученых, конструкторов, производственников и испытателей; достигалось главное — качество испытаний. Эта оценка однозначна: достигнутые тогда результаты испытаний являются доказательством этого.

ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ

Они превзошли все ожидания. Новизна научных замыслов и идей, реализованных в конструкциях ракеты и технических системах, целеустремленность и высокий энтузиазм, царивший в среде испытателей, радовали душу и вдохновляли. Приятно было, конечно, и то, что ракетная техника и каждый ее агрегатный узел были только отечественными.

Ракета Р-7 («Семерка») — мощная межконтинентальная двухступенчатая баллистическая ракета. Впервые ее мы увидели, когда она находилась в стартовом сооружении, на ней проводились предстартовые (вертикальные) испытания. Готовили третий по счету пуск. Конструкция ее (пакетная схема) принципиально отличалась от ранее
Генерал-лейтенант артиллерии А. И. Нестеренко (род. в 1906 г.), был первым начальником космодрома Байконур в 1955-1958 гг.



Генерал-лолковник Василий Михайлович Рябиков (1907-1974 гг.), председатель Госкомиссии по испытаниям первой межконтинентальной ракеты и запуску первого ИСЗ
созданных одноступенчатых баллистических ракет: она состояла из пяти блоков и имела внушительные габариты. На ее базе была создана первая советская ракета-носитель (РН) «Спутник». На четырех боковых блоках первой ступени были установлены четырехкамерные ЖРД (РД-107), а на второй ступени — также четырехкамерный двигатель РД-108. С помощью этой ракеты на орбиту выведены первые три советских ИСЗ: 4.10.57 г.— 1-й ИСЗ (ПС-1); 3.11.57 г.— 2-й ИСЗ (ПС-2); 15.5.58 г.— 3-й ИСЗ (автоматическая станция). РН обладала стартовой массой в момент отрыва от пусковой установки около 267 т, внушительными габаритами (диаметром по воздушным рулям 10,3 м, полная длина ракеты около 29 м). Вес полезного груза до 1327 кг.

Стартовый комплекс впечатлял своей уникальностью. Баллистические ракеты, ранее созданные как у нас, так и за рубежом, устанавливались по классической схеме — торцом на пусковой стол. Пусковые столы для одноступенчатых баллистических ракет по своей конструкции были достаточно простыми. В пусковой системе «Семерки» была реализована совершенно новая идея. Ракета в стартовой системе подвешивалась за «талию» выше центра тяжести пакета с опорой на несущие конструкции (четыре несущих стрелы). Схема подвешивания ракеты обеспечивала ее удержание и своевременное ее «отпускание» (когда тяга двигателей превысит вес ракеты). Для этого в конструкции пусковой установки были предусмотрены специальные устройства — ферма с верхним сектором и металлические противовесы в нижней части каждой фермы. Отвод системы от стартующей ракеты осуществлялся за счет силы тяжести противовесов и других элементов системы.

Главным сооружением технической позиции Полигона был обширный, оснащенный аппаратурой, монтажно-испытательный корпус (МИК). Он включал комплексы сборочного испытательного оборудования, обеспечивающего расконсервацию РН и КА после транспортировки, сборки ступеней РН и КА и их испытания.

Измерительный комплекс Полигона (ИКП) был оснащен совершенно новыми по тому времени средствами измерений — телеметрическими, радиотехническими и оптическими. Начинался монтаж первой ЭВМ (Урал-1). ИКП обеспечивал измерения параметров ракеты на активном участке траектории и на ее нисходящей ветви. Измерительные пункты размещались вдоль трассы полета ракеты на огромной территории. Измерительный комплекс — это глаза и уши полигона. Обработка данных измерений тогда велась вручную (использовались средства малой механизации). Работа по внедрению ЭВМ и автоматизации процесса обработки данных только начиналась...

СОБЫТИЯ ИСТОРИЧЕСКОГО ГОДА

1957 г. в отечественной и мировой космонавтике — исторический по насыщенности, новизне и масштабности свершившихся в нем событий:

21 августа — успешный запуск первой межконтинентальной баллистической ракеты Р-7 («Семерки»);

4 октября — запуск первого в мире искусственного спутника Земли (ИСЗ), положившего начало космической эре;

3 ноября — выведен на орбиту биологический ИСЗ, открывший первую страницу в научных исследованиях в космосе с живыми организмами.

Первый космический старт Байконура. Ведутся работы по устройству фундамента. Руководил этими работами старший лейтенант С. А. Алексеенко

В те годы слова «первый», «впервые», «начало» имели для нашей страны не только исторический, но и глубокий политический смысл: первая на планете страна Советов стала первопроходцем в космосе, первая осуществила прорыв во Вселенную. В научно-техническом отношении это был качественный скачок в будущее. Он означал, что Советский Союз в данной области не уступает по уровню развития передовым капиталистическим странам, а по отдельным направлениям находится впереди них. В организационном плане это был наиболее эффективный подход к организации работ многих коллективов при решении крупной государственной задачи.

Запуску первого ИСЗ (ПС-1) предшествовало пять экспериментальных пусков.

Устройство первого ИСЗ: 1 - сдвоенное термореле, 2 - радиопередатчик, 3 - контрольные термореле и барореле, 4 - гермовод, 5 - антенна, 6 - блок питания, 7 - штепсельный разъем, 8 - пяточный контакт, 9 - вентилятор, 10 - диффузор, 11 - дистанционный переключатель, 12 - экран


Расположение первого спутника под головным обтекателем ракеты-носителя

Первый пуск МБР (Л1-5) состоялся 15 мая 1957 г. Во время полета межконтинентальной баллистической ракеты МБР произошла авария, ракета разрушилась и упала. Причиной аварии было нарушение герметичности магистрали горючего в хвостовом отсеке.

Второй пуск МБР (Л1-6) 9 июня 1957 г. не состоялся. Из-за дефектов на борту ракету пришлось снять со стартового устройства и слить компоненты ракетных топлив (КРТ). Слив длился около суток.

Третий пуск МБР (Л1-7) состоялся 12 июля 1957 г. Ракета разрушилась на активном участке траектории. Причина: замыкание бортовой батареи на корпус.

Четвертый пуск МБР (Л1-8) осуществлен 21 августа 1957 г. Ракета устойчиво работала на активном участке траектории. Головная часть, отделившись, достигла района падения, вошла в атмосферу и разрушилась на высоте около 10 км.

Пятый пуск МБР (Л1-9) проведен 7 сентября 1957 г. Запуск и полет ракеты-носителя прошли успешно.

Теперь немного о том, кем и как принимались решения накануне запуска первого ИСЗ.

ПРИНЯТИЕ РЕШЕНИЙ

В состав Государственной комиссии (ГК) входили:

B. М. Рябиков — председатель (впоследствии им стал К. Н. Руднев).

C. П. Королев — технический руководитель испытаний, Главный конструктор.

Члены комиссии:

М. И. Неделин — заместитель Министра обороны СССР, маршал артиллерии (позже главный маршал артиллерии);

Г. Н. Пашков — заместитель председателя комиссии по военно-промышленным вопросам при Совмине СССР;

В. П. Глушко — Главный конструктор двигательных установок;

Н. А. Пилюгин — Главный конструктор автономной системы управления;

В. И. Кузнецов — Главный конструктор командных приборов;

М. С. Рязанский — Главный конструктор системы радиоуправления;

B. П. Бармин — Главный конструктор наземного испытательного комплекса и системы;

А. Г. Мрыкин — заместитель начальника Главного управления ракетного вооружения, генерал-майор-инженер (позже генерал-лейтенант-инженер);

C. Н. Шишкин — Главный конструктор по конструкции специзделия, генерал авиации;

И. Г. Булычев — заместитель начальника войск связи МО, генерал-полковник;

А. И. Нестеренко — начальник полигона, генерал-лейтенант артиллерии;

А. А. Максимов — секретарь ГК, полковник-инженер.

В компетенцию ГК входило принятие решения о пуске, утверждение плана-графика работ по испытаниям, полетного задания, испытательно-стартового расчета (в обиходе — стартовой команды), результатов испытаний на технической и стартовой позициях и пуска ракеты. Нестандартный и взвешенный подход ГК к проблемам испытаний ощущался во всем. Комиссия координировала работу всех организаций, причастных к испытаниям.

На одном из заседаний Государственной комиссии после рассмотрения результатов четвертого пуска ракеты С. П. Королев предложил приступить к непосредственной подготовке запуска на орбиту искусственного спутника Земли. Речь шла о простейшем спутнике (ПС-1) и ракете-носителе (РН) «Спутник». Реальность этого предложения аргументировалась созревшими техническими возможностями, и учитывалось, что в США велись работы по запуску ИСЗ «Авангард» (о чем официально объявило НАСА еще в 1955 г.). На реализацию своего проекта С. П. Королев отводил около одного-двух месяцев, что для многих руководителей предприятий оказалось неожиданностью. Обсуждение проекта носило острый и напряженный характер. Были возражения. Оппоненты приводили свои доводы, возражая против столь сжатых сроков. По их мнению, требовалась серьезнейшая перестройка работы, хотя никто не высказывал сомнений в успехе дела.

С. П. Королев настойчиво и убедительно просил принять его предложения, но полного согласия достигнуть не удавалось. Судьбу запуска ИСЗ определило второе предложение С. П. Королева: вопрос о приоритете страны в запуске первого ИСЗ вынести на заседание Президиума ЦК КПСС. Как известно, дело до Президиума ЦК КПСС не дошло, и все-таки приняли решение и жесткий по срокам план подготовки к запуску ИСЗ. Это была победа С. П. Королева. В ней проявился характер Главного конструктора, его логика и воля, способность предвидеть ход событий.

Решение о запуске ИСЗ испытатели встретили с большим воодушевлением. Предстоял длительный цикл подготовки ракеты со спутником ПС-1 в монтажно-испытательном корпусе и на старте.

ЗАПУСК ПЕРВОГО ИСКУССТВЕННОГО СПУТНИКА ЗЕМЛИ

ПС-1 (вес — 83,6 кг) был довольно простым: корпус, четыре антенны, блок питания, два передатчика и система терморегулирования. Но проектирование и изготовление ПС-1 в конструкторском бюро С.П.Королева оказалось весьма непростым делом, поскольку почти неизвестны были условия, в которых он должен был работать. Правда, испытателям полигона ПС-1 не доставил слишком больших хлопот, хотя заставило поволноваться и пережить неприятный момент наземное испытательное оборудование.

ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ КОМАНД, ПРОВОДИМЫХ ОПЕРАЦИЯХ И ОТОБРАЖЕНИЯ ИНФОРМАЦИИ ПРИ ЗАПУСКЕ РАКЕТЫ
КомандыПроводимые операцииОтображение информации на пульте пуска
Протяжка

Ключ на старт

Продувка

Ключ на дренаж

Пуск
Начало протяжки пленок системы телеизмерений для регистрации параметров систем ракеты
Установка на пульте пуска ключа «Управление пуском» в положение «Старт»
Нажатие кнопки «Продувка»

Поворот ключа «Управление пуском» в положение «Дренаж»
Нажатие кнопки «Пуск»



Загорание транспаранта «Старт»

Начало продувки камер сгорания двигательных установок азотом. По достижении определенного давления загорелся транспарант «Продувка»
Загорание транспаранта «Дренаж». На ракете закрылись дренажные и дренажно-предохранительные клапаны. Прекратилась подпитка окислителем

День 4 октября 1957 г. начался, как у нас было принято, с постановки задачи. Основательному анализу подвергли график работ, обратив особое внимание на качество выполнения операций, учитывая, что под обтекателем находилась не головная часть, а первый в мире искусственный спутник Земли. Предстартовая подготовка проходила по графику, а когда она закончилась, в пультовую командного пункта спустились С.П.Королев, его заместитель по испытаниям Л.А.Воскресенский, руководители испытаний космодрома А.И.Носов, Е.И.Осташев и заняли места у перископов.

Заканчивалась последняя предстартовая операция — «заряд интегратора на полетное время». Эта операция должна была обеспечить своевременное выключение двигателя, когда будет достигнута заданная (первая космическая!) скорость. Загорелся транспарант «Интегратор», и последовал доклад: «Интегратор на полетное время заряжен».

А.И.Носов подал команду проводить пусковые операции: «Протяжка», «Ключ на старт», «Продувка», «Ключ на дренаж» и, наконец, «Пуск». Внимание всех было приковано к пульту: к кнопкам и транспарантам. Загорание транспарантов происходило точно в последовательности, указанной в таблице инструкции. Наконец, в 22 ч 28 мин московского времени вспыхнул транспарант «Подъем». Связь с ракетой по радиоканалу из бункера прекращается. Так должно быть. Вот из пунктов радиоуправления почти одновременно поступают доклады о вхождении в связь с ракетой. Наконец, с основного пункта поступают доклады: «Есть предварительная», «Есть главная». Это означало, что система радиоуправления выдала команды на выключение двигательной установки второй ступени. Почти одновременно такие же доклады поступили с телеметрической станции «Трал», подтверждая исполнение этих команд на борту ракеты. Через 310-315 с один из операторов системы телеизмерений доложил, что зафиксировано отделение спутника от ракеты и выход его на орбиту в назначенное время. В пультовой начались поздравления. Едва ли в тот момент до сознания испытателей, выполнивших очередной запуск ракеты, в полной мере дошло, что они осуществили первый в мире прорыв в космос! Тогда на старте было просто чувство большого удовлетворения от успешно выполненной тяжелой и ответственной работы. Мир еще не знал об этом. Но очень скоро узнал.

Известные всем сигналы «Бип-Бип», передаваемые со спутника, несли телеметрическую информацию. Прием этих сигналов вела станция «Заря». Появление их в эфире стало подтверждением того, что спутник вышел на орбиту — первая космическая скорость была достигнута!

Начальные параметры орбиты: высота апогея — 947 км, высота перигея — 228 км, период обращения — 96,17 мин, наклонение — 65,1°. ИСЗ прекратил свое существование 4 января 1958 г., совершив примерно 1400 оборотов вокруг Земли.

Космодром вместе с конструкторами дал путевку в жизнь советским ракетам и космическим аппаратам.