«Техника-молодежи» 1997 №2, с.42-43


ИЗ ИСТОРИИ ТЕХНИКИ

«ЛЕТУЧИЙ КОРАБЛЬ» ЛИППИХА
Лев ВЯТКИН
Л

етом 1812 г. в подмосковном селе Воронцово строился управляемый аэростат для бомбардировки наполеоновских войск с воздуха. Идею эту тогда не удалось воплотить в жизнь. Но именно в том году, как установил автор, в районе нынешнего Ленинского проспекта столицы поднимался в небо первый отечественный полужесткий дирижабль.

К весне 1812 г в Петербурге уже не сомневались в неизбежности войны с Францией. Поэтому предложение 37-летнего немецкого механика Франца Леппиха использовать управляемые воздушные шары в качестве «летучих батарей» для императора Александра I оказалось как нельзя кстати. В архиве сохранилось письмо Д.М.Алопеуса, русского посланника при Штутгартском дворе, датированное 22 марта 1812 г и посланное, как особо важное, со специальным курьером. Он сообщал, что принял изобретателя Леппиха, который разработал интригующий проект. «Ныне сделано открытие столь великой важности, — докладывал царю Алопеус, — что оно необходимо должно иметь выгоднейшие последствия для тех, которые первые оным воспользуются. Оно мне было вверено под настоятельным условием довесть оное прямо до сведения Вашего Императорского Величества без посредства третьего лица...

Открытие сие состоит в управлении аэростатического шара, в конструкции воздушного корабля, который вмещать будет в себя нужное число людей и снарядов для взорвания всех крепостей, для остановки или истребления величайших армий».

1 мая Леппих был принят в Вильно русским императором. В приватной беседе конструктор сообщил, что спешно бежал из Штутгарта, так как им заинтересовались французские агенты. Свое стремление служить царю объяснил тем, что ненавидит Бонапарта и мечтает о возрождении независимой Германии.

Ознакомившись с чертежами «Летучего корабля» и выслушав подробные пояснения Леппиха, Александр I предложил изобретателю срочно выехать в Москву и приступить там к выполнению задуманного. Московский гражданский губернатор Н.В.Обресков и главнокомандующий в Москве генерал от инфантерии Ф.В.Ростопчин, которым царь поручил организацию работ, подыскали место для строительства аэростата и размещения рабочих. Им стала подмосковная дача (дворец) Репнина в селе Воронцово, частично сохранившаяся поныне. В одном из своих писем императору (от 30 июня 1812 г) Ростопчин сообщал: «Я подружился с Леппихом, и машина стала мне дорога, точно дитя. Леппих предлагает мне пуститься на ней в полет вместе с ним, но я не могу этого сделать без Вашего позволения. А повод прекрасен: Ваша слава и спасение Европы!»

Сто пятьдесят плотников и кузнецов, а также швей трудились над диковинным летательным аппаратом. Ростопчин уверял Александра, что строительство корабля удается держать в непроницаемой тайне. Плохо он знал москвичей! Еще мадам де Сталь, незадолго до этого побывавшая в нашей стране, заметила: «В России все тайна и ничего не секрет!»
Письмо императора Александра I от 24 мая 1812 г. московскому губернатору Н. В. Обрескову с инструкцией по соблюдению особой секретности при строительстве «Летучего корабля» и уведомлением об отправке 7 рабочих, выписанных по желанию Леппиха.

Профессор Московского университета И.Шнейдер, бывший в 1812 г студентом, оказал истории большую услугу, поведав чрезвычайно важные подробности и детали, относящиеся к постройке фактически первого в мире полужесткого дирижабля. Ему довелось увидеть в Воронцово готовую 40-местную лодку-гондолу с «рессорами», на которой «солдаты-гребцы» проходили тренировку. Леппих проявил удивительную изобретательность как инженер. Сначала он собрал «лодку», затем ее подвесили на кронштейнах и измерили массу, чем значительно упрощались расчеты по определению необходимого объема аэростата. Под фактическую массу кроилась и шилась оболочка, наполняемая водородом. Благодаря профессору, чьи воспоминания дошли до нас, известно, какими темпами строился корабль: шел уже июль, а до полетов было еще далеко.

Между тем, император и посвященные в тайну строительства «Летучего корабля» лица с нетерпением ждали практических результатов.

Александр — Ростопчину

С.-Петербург, 8 августа 1812 г.

«...Как только Леппих окончит свои приготовления, составьте ему экипаж для лодки из людей надежных и смышленных и отправьте нарочного с известием к генералу Кутузову, чтобы предупредить его. Я уже сообщил ему об этом предприятии. Но прошу Вас рекомендовать Леппиху быть очень внимательным, когда он будет опускаться в первый раз, чтобы не ошибиться и не попасть в руки неприятелю.

Необходимо, чтобы он согласовал свои действия с действиями главнокомандующего; поэтому, прежде нежели он их начнет, необходимо, чтобы он опустился в главной квартире и переговорил с главнокомандующим. Скажите ему также, чтобы был осторожен, спустившись на землю, поднял и укрепил свой шар с помощью веревки, чтобы он не был окружен и изучен любопытными армейцами, среди которых может оказаться какой-нибудь вражеский шпион».

Кутузов, извещенный о работах Леппиха, проявлял большую заинтересованность. За четыре дня до Бородинского сражения он посылает в Москву письмо.

Кутузов — Ростопчину

22 августа 1812 г

«Государь император говорил мне об еростате, который тайно готовится близ Москвы. Можно ли им будет воспользоваться прошу мне сказать, и как его употребить удобнее. Надеюсь дать баталию в теперешней позиции, разве неприятель пойдет меня обходить, тогда я должен буду отступить, чтобы ему ход к Москве воспрепятствовать».

В тот же день, 22 августа, в Москве на домах и круглых тумбах на Тверской, Варварке, Божедомке, Маросейке, Остоженке и в Замоскворечье появилась очередная «афишка» Ростопчина: «Здесь мне было поручено, — говорилось в ней, — от государя сделать большой шар, на котором 50 человек полетят куда захотят, по ветру и против ветра; а что от него будет, узнаете и порадуетесь! Если погода будет хороша, то завтра или после завтра ко мне будет маленький шар для пробы. Я вам заявляю, чтобы вы, увидя его, не подумали, что это от злодея; а он сделан к его вреду и погибели...» Так официально сообщалось о «Летучем корабле».
«Афишка» Ф.В.Ростопчина, извещавшая москвичей о «Летучем корабле».

Леппих спешил. Оболочка объемом около 10 тыс. м3 была в начале августа готова, швы тщательно заделаны, а материя пропитана лаком, составленным московским химиком Шеффером. Под его руководством приступили к ее наполнению водородом.

Из рассказа профессора И.Шнейдера видно, что строительство «Летучего корабля» было хорошо продумано: лодка-гондола находилась под окнами дворца, сшитую на паркете зала оболочку развесили на столбах с блоками непосредственно над лодкой. Бочки с серной кислотой и железными опилками, в коих шла химическая реакция и выделялся водород, располагались вдоль стен.

День и ночь люди неустанно следили как по матерчатым рукавам газ перетекает в «тело еростата», которое постепенно приобретало форму «рыбы». Разразившаяся как-то гроза с проливным дождем чуть было не погубила труды Леппиха. Оболочка намокла, в купорос попало немало воды... Конструктор обнаружил, что качество извлекаемого газа упало.

Наконец «Летучий корабль» инженера Леппиха, слегка покачиваясь на якорях и длинных прочных швартовых, прикрепленных к носу и корме и удерживаемых солдатами из специальной команды, был готов к полету. И надо признать, на очевидцев он производил потрясающее впечатление!

По сохранившемуся изображению видно, что оболочка имела форму рыбы. Ее длина 57 м, максимальный диаметр 16 м. Она крепилась посредством сетки к жесткому обручу, опоясывавшему ее по периметру. К нему посредством деревянных подкосов подвешивалась лодка-гондола размером 60x30 футов (19,8x9,9 м), имевшая жесткий киль и 14 шпангоутов. Аппарат оснащался рулем высоты. Маневрирование предполагалось выполнять с помощью весел.

Экипаж корабля должен был насчитывать 40 человек. В это число входили и «гребцы», с помощью «рессор» приводившие в действие весла оригинальной конструкции. Их лопасти во время гребка жестко упирались в направляющую весла, а в момент противохода оказывали минимальное сопротивление воздушному потоку, т. е. работали по принципу клапана.

Посредине лодки размещались пороховые фугасы и люк для сбрасывания их на цель. Судя по сохранившимся документам, решено было вооружить корабль и ракетами образца 1807 г, которые обладали следующими характеристиками: масса 32 — 48 фунтов (13 — 20 кг), калибр 12 — 20 см, общая длина 2 м, дальность стрельбы 2700 м. Огонь велся со станков.

По утверждению конструктора в письме к императору, «Летучий корабль» дважды поднимался в воздух, однако из-за поломок «рессор» и низкого качества водорода не смог нести на себе команду «гребцов» в полном составе (плюс фугасы и ракеты), вследствие чего долететь в ставку Кутузова не удалось.

После Бородинского сражения и отступления русской армии Леппиху вместе с мастеровыми пришлось перебраться под Петербург в Ораниенбаум. Гондолу оставили на месте. На подводах перевезли лишь оболочку корабля, которая от морозов потрескалась и кое-где порвалась. Так что все работы предстояло начинать фактически с нуля.

Рис. Николая РОЖНОВА.

Так необычно и внушительно выглядел "Летучий корабль» Леппиха. Обращает на себя внимание оригинальная кинематика и устройство «рессор» с лопастями-клапанами. Это не крылья, как считали ранее историки, а оригинальные вертикальные весла, приводимые в движение мускульной силой экипажа.

Цифрами обозначены: 1 — матерчатая оболочка; 2 — аварийный клапан; 3 — весла с лопастями-клапанами шириной 2 м; 4 — руль высоты; 5 — «рессора»; 6 — рулевой; 7 — шпангоуты; 8 — фугасы: 9 — люк; 10 — ракеты на станках; 11 — боевая палуба.

Въездная башня на даче Репнина в селе Воронцово и строение, где располагалась охрана. (Фото автора.)

Знал ли противник о готовившемся воздушном нападении? Согласно мемуарам Коленкура и Сегюра, адъютантов Наполеона, император имел «много сведений о зажигательном воздушном шаре», который, как уверяли, должен был внести в ряды французской армии «беспорядок и разрушение». После занятия Москвы на дачу Репнина был послан генерал Лауер с приказом ее обследовать. В архиве удалось найти докладную записку генерала:

«Подробное описание разных вещей, найденных на даче Воронцово, близ Москвы, принадлежащих воздушному шару или адской машине, имевшей служить для истребления французской армии.

...Здесь была обнаружена лодка, которая подвешивалась к воздушному шару, но была сожжена до вступления наших войск в Москву. Эта лодка находилась в 100 шагах от дворца, имела 60 футов длины и 30 ширины, в ней находилось много остатков винтов, гаек, гвоздей, крючьев, пружин и множество прочих железных снарядов всякого рода.

В помещениях упомянутого строения найдено 180 бутылей купороса, сверх этого вокруг дома 70 бочек и 6 особых чанов (в них добывался водород для наполнения оболочки. — Л.В.).

В самом доме найдены столярные и слесарные мастерские и множество всевозможных инструментов и приспособлений. Примечательно также, что в маленьком белом доме (летнем павильоне. — Л.В.), стоящем неподалеку, найдено много разбросанного и растоптанного пороху.

Найдено сверх того человеческое тело, которое, как говорят, есть какого-то русского капитана, охранявшего мастерскую...

Генерал, верховный судья армии, граф Лауер».

К этому времени в Москве начались пожары. Наполеон был уверен, что Москву подожгли по приказу Ростопчина. Генерал Лауер обшарил местность вокруг дачи Репнина и арестовал 1 офицера, 10 солдат-ополченцев, несших охрану «Летучего корабля», 2 кузнецов, 1 обойщика, 1 портного, 1 чернорабочего, а всего — 26 человек.

После короткого военно-полевого суда они были объявлены «поджигателями» и 16 человек подлежали расстрелу. В бюллетенях Великой армии № 21 и № 22 сообщалось: «Пойманы 300 человек поджигателей. У них были ракеты, каждая в шесть дюймов и укрепленная между двумя кусками дерева. У них были также снаряды, которые они бросали на кровли домов. Этот презренный Ростопчин велел приготовить эти зажигательные средства, распустив слух, что строится воздушный шар, с которого польется огненный дождь на французские войска и истребит их...».

Леппих же, перебравшись в Ораниенбаум, спешно организовал мастерскую, где занялся ремонтом оболочки, строительством новой гондолы и добыванием водорода. Из документов известно, как он модернизировал свой «Летучий корабль»: облегчил гондолу, заменил деревянные стойки на мягкую подвеску из пеньковых канатов, усовершенствовал «рессоры». В течение 1813 г. изобретатель провел несколько подъемов обновленного «еростата», однако вновь выявились неполадки в механизме «рессор». Леппих, как нетрудно догадаться, намеревался довести дело до победного конца. Но международная обстановка в 1814 г заметно изменилась: русская армия вступила в Париж, Наполеон отрекся от престола. Острая необходимость иметь в вооруженных силах «Летучий корабль» отпала. Изобретателю дали понять, что его работы дальше не будут финансироваться, и в ноябре 1814 г. он покинул Россию.