вернёмся в список?

Желательно смотреть с разрешением 1024 Х 768

НОВОСТИ
КОСМОНАВТИКИ



Бюллетень АО “ВИДЕОКОСМОС”



21 июня — 4 июля
1993
13(50)

Бюллетень “НОВОСТИ КОСМОНАВТИКИ”
Учредитель и издатель: Творческое объединение
“ВИДЕОКОСМОС”
Издательство: Гильдия Мастеров “РУСЬ”
Формат: 60x90 1/16, объем: 3,5 п.л.
Заказ N 606
Адрес типографии:
129164, г.Москва, Малая Московская ул. 8/12
НПТК “Логос”
Бюллетень зарегистрирован
в Министерстве печати и информации РФ.
Регистрационный номер 0110293.

ISBN 5-851-82-015-2.“Новости космонавтики”
Адрес редакции: 127427, Россия,
Москва, ул. Академика Королева,
д. 12, строение 3, комната 8
Телефон: 217-81-47
Факс: (095)-217-81-45
International Fax: 7-501-215-20-55

№ 13

21 июня — 4 июля

НОВОСТИ КОСМОНАВТИКИ

ЮБИЛЕЙ “НОВОСТЕЙ КОСМОНАВТИКИ”

Уважаемые читатели!

Вы держите в руках юбилейный, пятидесятый номер бюллетеня “Новости космонавтики”. В связи с этим маленьким событием (мы хотели бы считать — в истории отечественной космонавтики) редакция решила немного рассказать и о себе, и о своем творческом объединении, и о планах на будущее.

В сентябре 1990 года группа энтузиастов космонавтики по инициативе нынешнего Генерального директора Владимира Семёнова объединилась в малое предприятие “Видеокосмос”. Его учредителями стали Всесоюзное молодежное аэрокосмическое объединение “Союз”, телекомпания “Останкино” и коммерческий банк “Оптимум”. Основной задачей предприятия была и остается пропаганда отечественной космонавтики средствами телевидения, радио и печати.

За прошедшие неполные три года отдел видеопроизводства “Видеокосмоса” создал более 50 представительских, исторических, документальных и рекламных видеофильмов по заказам предприятий и организаций космической отрасли. Основными нашими заказчиками являются Российское космическое агентство, Военно-космические силы России, НПО “Энергия”, НПО им Лавочкина, КБ “Салют”, НПО Машиностроения и ряд других организаций и предприятий.

Весной этого года на 1-й и 4-й каналы телевидения вышел созданный нами хроникально-драматический сериал “Красный космос”, в котором творческий коллектив попытался показать некоторые аспекты космонавтики несколько с необычной точки зрения. Насколько удалось это сделать — судить вам. В конце года телезрители увидят продолжение сериала.

Благодаря энтузиазму Марины Богдановой и Константина Лантратова космические новости вышли на “Радио России”, где каждое воскресенье вы можете услышать о самых последних событиях в мировой космонавтики.

Видимо, каждый энтузиаст космонавтики ощущает недостаток справочной литературы, где можно было бы почерпнуть точные и достоверные сведения. Ведь со времени последнего издания энциклопедии “Космонавтика” прошло почти восемь лет, и каких лет для нашей страны... Энциклопедия устарела. Тенденциозность в отборе материалов и изложении фактов истории ощущается все сильней. Отдел информации, возглавляемый Игорем Марининым, взялся за подготовку многотомного справочника “Всемирная космонавтика”, первый том которого “Пилотируемые полеты, 1961-1991гг” выйдет из печати в сентябре этого года. В настоящее время над последующими томами работает большая группа авторов, собравшаяся вокруг “Видеокосмоса”. Мы надеемся, что несмотря на все экономические и организационные трудности удастся наладить регулярный выпуск томов справочника с приложениями и дополнениями.

Вместе с тем из-за длительного цикла написания и подготовки к печати в справочник попадают только ушедшие в историю события, а издания, которое публиковало бы космические новости сегодняшнего дня практически не было. Поэтому с лета 1991 года “Видеокосмос” начал выпускать бюллетень “Новости космонавтики”. Первый номер увидел свет 11 августа и состоял всего из 6 страниц, распечатанных на обычном принтере. С тех пор вышло уже пятьдесят номеров. Для освещения космических событий в нашей стране создана большая сеть собственных корреспондентов на ведущих предприятиях и в организациях космического профиля. Благодаря нашим корреспондентам, и особенно Анатолию Заку, Максиму Тарасенко, Владимиру Агапову, Игорю Лисову нам удается следить за космическими событиями во всем мире. Именно они обрабатывают бездну информации агентств “Ассошиэйтед пресс”, “Юнайтед пресс”, “Рейтер”, “Франс пресс”, готовят рефераты для публикаций. Благодаря электронной компьютерной почте, обмен информацией с которой осуществляет специалист своего дела Владимир Агапов, мы получаем информацию непосредственно из НАСА, НОРАД и других космических организаций мира. Это дает возможность более подробно и, главное, достоверно рассказывать о пилотируемых полетах, запусках отечественных и зарубежных спутников и ракет-носителей. Большую помощь нам оказывает также Пресс-центр Военно-космических сил страны.

Не все выдерживают работу с таким огромным напряжением, с каким трудятся штатные и нештатные сотрудники редакции, тем более с теми невысокими гонорарами и окладами, которые у нас получают. Из-за этого мы потеряли ряд сотрудников, но дело не остановилось. Коллектив редакции, порой с большими трудностями, порой на одном энтузиазме делает для Вас, читатель, этот бюллетень и идет к заветной мечте — создать для россиян хороший отечественный “космический” журнал.

Главный редактор НК И.А.Маринин


Выпуск подготовили:

Главный редактор И.А.Маринин
Ответственный выпуска: К.А.Лантратов
Литературный редактор В.В.Давыдова
Редакторы по информации
В.М.Агапов, М.В.Тарасенко,
С.Х.Шамсутдинов
Редакторы зарубежной информации:
И.А.Лисов Компьютерная верстка: А.А.Ренин
Рассылка Е.Е.Шамсутдинова
телефон редакции: 217-81-47
© “НОВОСТИ КОСМОНАВТИКИ”.
Перепечатка материалов собственных корреспондентов без согласия редакции не допускается, ссылка на “НК” обязательна.
При оформлении номера использованы иллюстрации из книг “Soviet Year in Space. 1990” и “Орбитальные космические станции”.
В НОМЕРЕ:

Юбилей “Новостей космонавтики”

Официальные сообщения

Российско-казахстанские переговоры о статусе космодрома Байконур.
Россия. Возможно слияние ПВО и ВКС

Пилотируемые полеты

Россия. Полет орбитального комплекса “Мир”

Межведомственная комиссия по программам ЭО-14 и “Альтаир”

Предстартовая пресс-конференция

Российско-французские экипажи вылетели на Байконур.

Ракета с КК “Союз ТМ-17” — на старте

Прошло заседание Государственной комиссии

Запуск КК “Союз ТМ-17”

Расстыковка с комплексом “Мир” ТКГ “Прогресс М-18” и стыковка КК “Союз ТМ-17”

Завершился полет ТКГ “Прогресс М-18”.
Россия. Научные эксперименты на ОК “Мир”.
США. Полет МТКК “Индевор” по программе СТС-57

Запуск “Индевора”

Хроника полета “Индевора”

Посадка “Индевора”

Итоги полета
США. Подготовка к запуску “Дискавери” по программе STS-51

Новости НАСА и ЕКА

Новые назначения астронавтов НАСА
Изменения в руководстве ЕКА

Автоматические межпланетные станции
США. Послание будущим исследователям Марса

Искусственные спутники Земли
Россия. Завершен полет “Ресурса Ф-2”
Дания. Предстоит запуск датского спутника
США-Германия. Исследования ИСЗ “САМПЕКС”
Россия. В полете шесть спутников “Космос-2252/2257”
Франция. Запуск американского спутника связи “Гэлэкси-IV”
Россия. Осуществлен запуск ИСЗ “Ресурс-Ф1”
США. Запущен спутник “Рэдкал”.
Индонезия. Предстоит запуск очередного спутника
США. Произведен запуск 21-ого “Навстара” и ИСЗ PMG
США. “Топекс” измеряет уровень Мирового океана
США. Восстановлена связь с ИСЗ “ALEXIS”

Ракеты-носители
ЮАР. Прекращена разработка собственной РН

Международное сотрудничество
Россия-США. Основные направления сотрудничества
Россия-Индия-США. Двигатели для Индии — конфликт продолжается
Россия-Франция. Перспективы сотрудничества

Бизнес
США. Американские законодатели против рекламы в космосе
ЕКА-Россия. Заказ на разработку парашютов
Швейцария. На “Мир” полетят швейцарские часы
Франция. Французский туризм на Байконуре

Проекты. Планы
США. Обсуждение проекта ОКС “Фридом”

Президент Клинтон поддержал новый проект орбитальной станции

Реакция ЕКА на выступление Клинтона

Ученые — за привлечение России к разработке американской ОКС

Палата Представителей поддержала ОКС “Фридом”
США. Пентагон не намерен отказываться от лазеров в космосе
США. О закупке 4 установок “Топаз-2”

Предприятия. Учреждения. Организации
Китай. Создана Генеральная компания космической промышленности
Россия. Образован Государственный космический научно-производственный центр
Корпорация “Рокуэлл” открыла технический центр в Москве

Совещания. Конференции. Выставки
Франция. Авиационно-космический салон завершил свою работу

Юбилеи
Норману Тагарду — 50 лет

Биографическая справка из архива “Видеокосмоса”
Члены экипажей КК “Союз ТМ-17” по программе ЭО-14 “Антарес”
США. Члены экипажа КК “Индевор” по программе СТС-57


ОФИЦИАЛЬНЫЕ СООБЩЕНИЯ
Российско-казахстанские переговоры о статусе космодрома Байконур

1 июля. Ленинск. ИТАР-ТАСС. Министр обороны России Павел Грачев, прибывший в г. Ленинск для российско-казахстанских переговоров о статусе космодрома Байконур, прокомментировал российскую позицию на этих переговорах: “Без технических и финансовых возможностей России Байконур существовать не сможет”.

После запуска корабля “Союз ТМ-17” Павел Грачев и первый вице-премьер России Олег Сосковец провели переговоры о будущем космодрома с главой правительства Казахстана Сергеем Терещенко и Министром обороны Сагадатом Нурмагомбетовым. Стороны обсудили проект соглашения, которое предполагается подписать на высшем государственном уровне.

Излагая позицию России перед переговорами, Павел Грачев сказал, что будет настаивать на признании российского статуса воинских формирований космодрома. Кроме того, российское военное ведомство предполагает подписать на встрече соглашение о совершенствовании сотрудничества при выполнении космических программ, подтвердить ранее достигнутое двустороннее соглашение по Байконуру.

Существует еще один вариант решения спорных проблем — придать российским воинским формированиям Байконура статус военно-космической базы России, а часть объектов, использующихся в научных и хозяйственных целях, передать в ведение государственных совместных предприятий и организаций.

Что касается позиции Казахстана, то, несмотря на межправительственное соглашение от 2 октября 1992 года, он не признает, что формирование военно-космических сил на космодроме находится под юрисдикцией России. В мае этого года казахстанская сторона предложила придать этим формированиям статуса совместных, а для управления деятельностью Байконура предлагает создать объединенное командование и администрацию космодрома в качестве межгосударственного органа управления. Предлагается также создать координационный Совет во главе с заместителем премьер-министра Казахстана. Эти шаги российская сторона считает для себя неприемлемыми.

Павел Грачев подчеркнул, что на возможность достижения компромиссных решений по Байконуру он смотрит с оптимизмом. “Чем быстрее мы заключим взаимоприемлемые соглашения, тем меньший урон будет нанесен сооружениям и оборудованию этого уникального комплекса”, — сказал он.

Однако, российско-казахстанские переговоры о статусе космодрома Байконур не увенчались принятием окончательных решений. Стороны согласились создать экспертные комиссии для дальнейшей проработки спорных вопросов.

Министрами обороны России и Казахстана Грачевым и Нурмагамбетовым подписано, а первым вице-премьером РФ Сосковцом и главой правительства Казахстана Терещенко утверждено соглашение о совместном комплектовании войск, дислоцирующихся на казахстанской территории. Соглашение, вступившее в силу с момента подписания, предполагает, что в период с 5 по 10 июля правительство Казахстана направит на службу в дислоцированные в республике российские войска шесть тысяч солдат и сержантов, в том числе полторы тысячи — на Байконур. В свою очередь Россия обязуется обеспечить подготовку определенного числа казахстанских призывников в своих учебных центрах. Уже этой осенью в Россию будет направлено 500 казахстанских юношей.

2 июля. Ленинск. “Космодром Байконур — это военный объект России. Именно в таком качестве он ей нужен. Мы будем спокойно и методично вести переговоры с казахстанской стороной о его статусе и дальнейшей судьбе”, — заявил на следующий день после переговоров в Ленинске Министр обороны РФ генерал армии Павел Грачев на встрече с командирами частей военного гарнизона Байконура.

На встрече обсуждалась возможность переподчинения военно-строительных частей космодрома, находящихся под юрисдикцией Казахстана, командованию Военно-космических сил России.

Россия. Возможно слияние ПВО и ВКС

2 июля. Ленинск. ИТАР-ТАСС. Два стратегически важных учения по отражению воздушно-космического нападение противника на западном и восточном театрах с участием всех видов вооруженных сил России будут проведены в августе-сентябре. Об этом сообщил журналистам генерал армии Павел Грачев.

“После этого учения мы окончательно примем решение, каким быть войскам ПВО России и как им называться”, — сказал министр. По его мнению, название “Войска воздушно-космической обороны” более полно соответствует их составу и задачам. Скорее всего, Павел Грачев имел ввиду возможное слияние войск ПВО и ВКС в единый род войск.


ПИЛОТИРУЕМЫЕ ПОЛЕТЫ

Россия. Полет орбитального комплекса “Мир”
(по сообщению наших корреспондентов из ЦУПа)
Продолжается полет экипажа 13-й основной экспедиции в составе командира Геннадия Манакова и бортинженера Александра Полещука на борту орбитального комплекса “Союз ТМ-16” — “Кристалл” — “Мир” — “Квант-2” — “Прогресс М-18” — “Квант” — “Прогресс М-17”


21 июня. После завтрака экипаж привел в исходное состояние шлюзовой и приборно-научный отсеки целевого модуля “Д” (ЦМ-Д, Квант-2). Это необходимо, так как некоторое оборудование было демонтировано и перемещено со своих мест при подготовке к выходу в открытый космос. Затем экипаж проверил регистратор пневмограммы медицинского комплекса “Гамма”. Тестирование прошло без замечаний. После этого экипаж провел сброс видеоинформации по выходу в открытый космос и по экологии различных районов через спутник-ретранслятор (СР) на Землю. Особый интерес представляла информация о наводнении в районе Буэнос-Айреса в Аргентине. После завершения сброса ЦУП проверил возможность связи через СР используя только точный пеленг (без грубого, как обычно). Экспериментальный сеанс прошел нормально. В ходе его экипажу передали видеозапись интервью с вице-президентом А.Руцким.

Экипаж просил ЦУП запланировать время для инвентаризации бортового инструмента и специального инструмента для выхода в открытый космос.

Технологическая установка “Галлар”, эксперимент на которой начался вчера, вышла на режим стабилизации. Целью этого эксперимента, рассчитанного на 220 часов, является получение в условиях микрогравитации высококачественного монокристалла арсенида галлия.

22 июня. Экипаж занимался загрузкой грузового отсека ТКГ “Прогресс М-18” (заводской номер 11Ф615А55 N218) отработавшим оборудованием и различными отходами.

Состоялся телевизионный сеанс с редактором передачи “Человек — Земля — Вселенная”. Экипаж ответил на вопросы, рассказал о быте на станции. В рамках подготовки оборудования к российско-французскому полету намечалось провести проверку каналов связи ЦУПа с Тулузой, но она не состоялась. Не были за казаны каналы связи во Франции.

По плану научных исследований экипаж провел несколько серий экспериментов, цель которых — оценка радиационной обстановки и интенсивности потоков микрометеоритов в околоземном космическом пространстве. В ходе дня космонавты продолжили дооснащение пилотируемого комплекса оборудованием, доставленным на орбиту грузовым кораблем “Прогресс М-18”.

Экипаж высказал просьбу доставить на борт при первой возможной оказии сухие полотенца, запас которых подходит к концу, а также крем для бритья.

Для определения уровня вибраций, воздействующих на выращиваемый монокристалл арсенида галлия, на технологическую установку “Галлар” экипаж установил датчик аппаратуры “Микроакселерометр”.

23 июня. Экипаж продолжил укладку отработанного оборудования в ТКГ “Прогресс М-18”. Затем космонавты установили на наружную поверхность люка стыковочного узла модуля Т (”Кристалл”, ЦМ-Т) мишень, необходимую во время предстоящей стыковки “Шаттла” с “Миром”. К этому узлу сейчас притстыкован ТК “СоюзТМ-17” (заводской номер 11Ф732 N101) и крышка люка открыта вовнутрь, что и позволило установить мишень без выхода в открытый космос. После отстыковки “Союза” эту работу возможно было бы сделать только во время выхода.

Затем экипаж провел разрядку кассеты фотоаппарата “Природа-5”. На нее отснято 1383 кадра. Всего же на кассете имелось 2000 кадров, но из-за недостаточного времени съемок всю пленку отснять не удалось и ее пришлось смотать.

Запланированную на 24 июня проверку второго такого же аппарата пришлось отменить из-за экономии топлива, а, следовательно, невозможности построить безрасходную ориентацию комплекса, исключающую попадание Солнца в объектив фотоаппарата. С 22 по 26 июня станция не попадала в тень Земли, находясь на так называемой “солнечной орбите”.

24 июня. Экипаж передал на Землю видеоинформацию о мишени для “Шаттла”, которую вчера установили на люке модуля “Кристалл”. Затем Геннадий Манаков и Александр Полещук смонтировали австрийскую аппаратуру “Датамир” для эксперимента “Ночь”, который позволяет измерять параметры организма космонавта не нарушая его сна. Кроме того космонавты выполнили медицинские эксперименты “Иммунология” и “Эхография”. Во второй половине дня экипаж подготовил к посадке возвращаемую баллистическую капсулу (ВБК) с пленкой от фотоаппарата “Природа-5”.

Произошел перезапуск циклограммы, отвечающей за суточную динамику станции, что вызвало изменение ориентации. Это произошло из-за того, что ЦУП не верно указал экипажу номер ячейки памяти управляющего вычислительного комплекса. На следующем витке ориентация была восстановлена.

Днем были проведены тесты системы сближения и стыковки “Курс”. Проверялись оба комплекта, размещенных на “Мире”: комплект на переходном отсеке базового блока и комплект на модуле Э. Тесты прошли без замечаний.

Межведомственная комиссия по программам ЭО-14 и “Альтаир”

24 июня. Спец.корр. ВК К.Лантратов. Сегодня в штабе ЦПК им. Ю.А.Гагарина прошло заседание Межведомственной комиссии. На нем присутствовали руководители ведущих космических ведомств России. Открыл заседание заместитель руководителя ЦПК генерал-майор Юрий Глазков. Он рассказал о программе полета четырнадцатой основной экспедиции на орбитальный комплекс “Мир” (ЭО-14) и российско-французской программе “Альтаир”.

Как и планировалось раньше, старт КК “Союз ТМ-17” должен состояться 1 июля в 17:33 ДМВ. После двухсуточного полета КК должен сблизиться с “Миром”, осуществить зависание на дальности 200 метров и провести съемку отделения ТКГ “Прогресс М-18” от ПхО комплекса. Затем КК должен пристыковаться на место ушедшего “грузовика”. В течении 19 суток четверо российских и французский космонавты должны провести исследования и эксперименты по программе “ Альтаир”. Затем 22 июля экипаж ЭО-13 и французский космонавт вернутся на Землю, а экипаж ЭО-14 приступит к выполнению программы основной экспедиции. Она рассчитана на 148 суток. На это время запланированы технологические, биотехнологические, технические, геофизические, астрофизические, медицинские исследования и эксперименты. За время полета намечено осуществить два выхода в открытый космос: один — для раскрытия на монтажной площадке модуля Э фермы РАПАНА и демонтажа американской установки “Трек”, второй — для проведения осмотра внешних элементов комплекса в рамках программы “Панорама”. (Перенос солнечных батарей с ЦМ-Т на ЦМ-Э отложен в связи с задержкой запуска модулей “Спектр” и “Природа”. Об этом — в следующем номере НК.) На заключительном этапе полета намечена совместная работа с экипажем ЭО-15. Посадка космонавтов ЭО-14 запланирована на 26 ноября (о программе работ ЭО-14 мы писали в НК N11.93, стр.9-13).

С 8 февраля этого года к полету готовились 2 экипажа: первый — Василий Циблиев, Александр Серебров и француз Жан-Пьер Эньерэ; второй — Виктор Афанасьев, Юрий Усачев и француженка Клоди Андрэ-Деэ. Французские космонавты начали готовиться в ЦПК с 1 ноября 1992 года, то есть время их подготовки заняло 7,5 месяцев. Это практически в 2 раза меньше требуемого. Но руководство ЦПК пошло на это. Во-первых, программа “Альтаир” мало чем отличалась от программы “Антарес”, выполненной в прошлом году. В ЦПК остались макеты всего научного оборудования, использовавшегося при подготовке к предыдущему полету. Во-вторых, основной кандидат на полет с французской стороны Жан-Пьер Эньерэ прошел в 1991-92 г.г. подготовку в качестве космонавта-исследователя дублирующего экипажа, а Клоди Андре-Деэ походила трехмесячную подготовку в ЦПК в конце 1991 года. В-третьих, экипаж ЭО-13, находящийся на орбите, также проходил подготовку по французской программе “Антарес” в качестве дублеров вместе с Эньерэ. С 29 марта по 5 апреля оба международных экипажа занимались во Французском космическом центре в Тулузе по научной части программы “Альтаир”. Проведенные в ЦПК за 60 и 30 дней до старта фоновые обследования по этой программе подтвердили полную готовность обоих экипажей к выполнению намеченных экспериментов и исследований. На заключительном этапе подготовке по просьбе НПО “Энергия” командиры и бортинженеры обоих экипажей провели дополнительные тренировки по выходу в открытый космос для переноса второго привода солнечных батарей на модуль “Квант”. Однако, эти работы были выполнены экипажем ЭО-13 во время выхода 18 июня. С 24 мая по 4 июня космонавты выполнили заключительные тренировки по научной программе полета. В мае французские космонавты провели также тренировки по посадке КК на воду, а российские космонавты первого экипажа с 18 по 21 мая и второго — с 21 по 24 мая выполнили тренировки по ручной стыковке на тренажере “Бивни-3” на космодроме Байконур. С 4 по 12 июня состоялись комплексные экзаменационные тренировки на тренажерах “ТДК-7СГ” и “ДОН-27КС”.

Результаты подготовки экипажей приведены в табл.1.

Таблица 1. Результаты подготовки экипажей по программам ЭО-14 и “Альтаир”
 Оценки
1 экипаж2 экипаж
Комплексная экзаменационная тренировка:

ТДК-7СТ
Дон-27КС


4,8
5

4
4,7
Дон— 732 — зачетная тренировка54,5
Пилот— 732 — зачетная тренировка

КЭ
БИ


5
4,8

4,55
5
Бивни-3 — зачетная тренировка

КЭ.БИ

55
“Телеоператор” — экзаменационная тренировкаКЭ55
Программа полета ТК и ОСзачетзачет
Медицинские эксперименты по программе “Альтаир”зачетзачет
Тренировки в гидролаборатории

КЭ.БИ

зачетзачет
ВИН отл.отл.

В заключении своего выступления Ю. Глазков подтвердил готовность экипажей к выполнению программы полета.

О состоянии здоровья и медицинской подготовке космонавтов на комиссии доложил Владимир Иванович Почуев. Он отметил, что в связи со сложной санитарно-эпидемиологической обстановкой на космодроме Байконур изменен традиционный предполетный график подготовки экипажей. На этот раз он состоит из двух этапов: первый — в ЦПК, второй — на техпозиции. (Как потом было пояснено, на космодроме сложилась сложная ситуация с обеспечением технической водой. Если традиционно для питья космонавтов воду возили из ЦПК, то для умывания, туалета и пр. использовалась вода полигона. Сейчас эта вода не отвечает санитарным нормам, нередки перебои с ее подачей. Поэтому срок нахождения космонавтов и обслуживающих их специалистов был сокращен вдвое. — Ред.) С 4 по 7 мая члены первого и второго экипажей прошли в ЦПК предполетное клинико-медицинское обследование. По результатам обследования претензий к здоровью космонавтов не было. 27 мая Главная медицинская комиссия признала оба экипажа годными к космическому полету. Как и положено, за две недели у экипажей начался обсервационный период, во время которого резко ограничен доступ к космонавтам. (Надо сказать, что на заседании Межведомственной комиссии космонавты сидели отдельно. Перед началом комиссии врач экипажа предупредил всех о недопустимости близкого контакта с космонавтами и просил никого к ним близко не подходить.) В.Почуев также доложил о подготовке экипажей к проведению медико-биологических исследований на борту “Мира” и рассказал о физической подготовке космонавтов.

Космонавты доложили о готовности к полету. Вопросов к членам комиссии у них не было.

После этого на утверждение был представлен протокол межведомственной комиссии. Комиссия единогласно постановила:

— считать оба экипажа готовыми к полету;

— рекомендовать Государственной комиссии утвердить основной экипаж в составе:

В.В.Циблиев

А.А.Серебров

Ж.-П.Эньерэ;

дублирующий в составе:

В.М.Афанасьев

Ю.В.Усачев

К.Андре-Деэ.

О подготовке французских космонавтов рассказал руководитель проекта “Альтаир” с французской стороны Л.Сюше.

От НПО “Энергия” выступил заместитель Генерального конструктора Валерий Викторович Рюмин. Прежде всего он предупредил космонавтов, что комплекс “Мир” находится в полете уже восьмой год и, поэтому, требует бережного и вдумчивого отношения. Во-вторых, при встрече на орбите не надо загонять экипаж ЭО-13 “в угол”, так как им еще предстоит посадка, а последние три недели полета — наиболее напряженные в плане подготовки к возвращению на Землю. И, наконец, В.Рюмин обратил внимание космонавтов на отношение с сотрудниками ЦУПа и НПО. Бывает, сказал Валерий Викторович, что экипаж, попадая на орбиту, начинает говорить с Землей с позиции “Я — начальник, ты — дурак”. “Не забывайте, ребята, — закончил Рюмин, — что вам еще предстоит возвращение”.

Председатель Государственной комиссии, командующий ВКС генерал-полковник Владимир Леонтьевич Иванов сообщил, что подготовка ракеты-носителя и транспортного корабля проходят нормально.

В заключении заседания комиссии Ю.Н.Глазков по поручению начальника ЦПК П.И.Климука вручил Клоди Андре-Деэ свидетельство, что она в 1992-93 г.г. прошла в ЦПК общекосмическую подготовку к полету на орбитальном комплексе “Мир” и транспортном корабле “Союз ТМ”.

Предстартовая пресс-конференция

24 июня. Москва. ИТАР-ТАСС. Сразу после заседания Межведомственной комиссии состоялась традиционная пресс-конференция для российских и иностранных журналистов. Командир основного экипажа Василий Циблиев сообщил, что международный полет продлиться до 22 июля. Затем “долгожители космоса” — Геннадий Манаков и Александр Полещук — возвратятся на Землю вместе с представителем Франции, а экипажу 14-ОС предстоит выполнить обширную программу научных исследований и экспериментов.

На начало сентября намечается первый выход в открытый космос. Всего же экспедиции предстоит трижды трудиться вне станции. Как хозяева “звездного дома” космонавты должны будут тщательно осмотреть комплекс со стороны, чтобы вовремя произвести нужный ремонт. Не надо забывать, что станция находится в невесомости восьмой год и, как утверждают специалисты, еще должна послужить людям.

Великолепно была представлена французская сторона. Беседа велась на русском языке. Жан-Пьер Эньере хорошо знаком всем, ведь он был в прошлом году дублером космонавта Франции Мишеля Тонини. Он рассказал, что в космосе представителю Франции предстоит продолжить работу, начатую соотечественниками. В частности, будет использована аппаратура, которая находится на станции с предыдущего совместного полета. Но нынешняя программа “Альтаир” значительно обогащена, насыщена новыми экспериментами”.

“Здравствуйте, я Клоди Андре-Деэ, — начала свое выступление очаровательная француженка, космонавт-исследователь. — Я врач-ревматолог, специалист в области космической медицины. Отвечала за реализацию программы медицинских и физиологических исследований в космосе во французском космическом агентстве (КНЕС). Вероятно, сейчас я не полечу в космос, но надеюсь, что это будет в другой раз”.

На вопрос корреспондента ИТАР-ТАСС о том, как будет оплачиваться труд космонавтов во время длительной четырнадцатой экспедиции, ответил бортинженер основной экспедиции Александр Серебров. Причем, сделал это со свойственной ему обстоятельностью.

“Согласно принятому Постановлению мы обязаны заключать контракт для выполнения Государственного заказа с Российским космическим агентством и научно-производственным объединением “Энергия”. Жизнь развивается, и мы тоже идем в ногу со временем. Скажу, что в настоящее время такой контракт готов и в скором времени, надеюсь, будет подписан”.

На контрактной основе впервые трудятся в космосе Геннадий Манаков и Александр Полещук. Правда, сумму так и не удалось выяснить. Объяснили же в Центре подготовки космонавтов это тем, что при нашей нестабильной обстановке в стране цены постоянно меняются.

На пресс-конференции был задан и не вполне “скромный” вопрос о том, будет ли при встрече в космосе на праздничном космическом столе знаменитое бургундское. Но деликатный Циблиев ушел от прямого ответа, сказав лишь, что, несомненно, праздничный стол готовится, а что на нем будет — пусть останется сюрпризом для Геннадия Манакова и Александра Полещука. Ведь при современных средствах связи ничего нельзя утаить от своих коллег, парящих над планетой.

25 июня. Экипаж смонтировал на стыковочном узле ТКГ “Прогресс М-18” механизм выброса капсулы (МВК) и установил в нем саму капсулу. После обеда космонавты провели инвентаризацию бортового инструмента и инструмента для выхода в открытый космос. После этого передали в ЦУП информацию об эксперименте “Ночь”, о процессе сборки и установки ВБК и об экологии Южной Америки.

ЦУП без участия экипажа по командам с Земли провел тест аппаратуры сближения “Курс” на базовом блоке (ББ) и модуле Э (”Квант”, ЦМ-Э), выполнил наддув объединенной двигательной установки (ОДУ) окислителем из ТКГ “Прогресс М-18”. После окончания операции наддува не произошла отсечка топливных магистралей из-за ошибки группы планирования. На следующем витке ошибку удалось исправить и отсечка состоялась. В очередной раз произошел отказ системы регенерации воды из урины (СРВ-У). Благодаря большому опыту экипажа в ремонте этой установки отказ удалось быстро ликвидировать путем замены воздухоотделителя.

В соответствии с планом научных исследований с помощью международной орбитальной обсерватории “Рентген” в автоматическом режиме состоялся очередной сеанс наблюдений звездного неба. Телескопы обсерватории были направлены на рентгеновский пульсар в созвездии Кентавр.

Российско-французские экипажи вылетели на Байконур

25 нюня. Москва. ИТАР-ТАСС. Российско-французские космические экипажи сегодня вылетают на космодром Байконур, чтобы завершить подготовку к старту, который намечен на 1 июля. По традиции отправляются двумя рейсами. На одном самолете основной экипаж — Василий Циблиев, Александр Серебров и представитель Франции Жан-Пьер Эньере; на втором — Виктор Афанасьев, Юрий Усачев и француженка Клоди Андре Деэ.

Вылетают с некоторым опозданием. Специалисты Центра подготовки космонавтов объясняют эту задержку сложностями нашей жизни, которые не обошли стороной и космонавтов. С горючим, правда, на сей раз было все в порядке. Его хватило на оба самолета. Но вот с водой и продуктами на полигоне стало сложновато. Воду для экипажей берут с собой, так как местную воду — это уже не секрет, — готовящимся в длительную космическую экспедицию людям употреблять нежелательно. Продукты же в основном завозятся из Звездного городка.

Экономить ныне приходится даже на медицине: на космодроме за экипажами будут наблюдать один-два врача. Но, вероятно, этого будет вполне достаточно. Космонавты прекрасно выглядят, здоровы, бодры. Все шестеро готовы к космическому старту. Правда, на станцию “Мир” полетят лишь трое.

26 июня. Экипаж вновь передал на Землю информацию об эксперименте “Ночь”, проверил загрузку ТКГ “Прогресс М-17” (заводской номер 11Ф615А55 N217). Выяснилось, что он загружен всего на 1/3. В оставшееся время космонавты заменили и проверили работу газоанализаторов (ГА) кислорода и углекислого газа. Космонавтам рекомендовали рассмотреть возможность размещения нового силового гиродина (СГ) в районе душа в ЦМ-Д. (Душ пока не работает). Состоялся разговор экипажа с руководителем полета В.А. Соловьевым по методике подсветки станции на случай “зависания” ТК “Союз ТМ-17” в тени. Во время его стыковки с комплексом, намеченной на 3 июля, планируется провести эксперимент “Родео” в ходе которого А.А.Серебров из бытового отсека корабля будут фотографировать комплекс “Мир” в оригинальной связке (с двумя “Прогрессами” и “Союзом” на модуле Т), затем отход ТКГ “Прогресс М-18”, а, возможно, и “Прогресс М-17” (в случае нештатной отстыковки “Прогресса М-18”). Из комплекса “Мир” эти операции, а также стыковку на переходный отсек (ПхО) ТК должен снимать Александр Полещук. Поэтому, для лучших условий фотографирования станции, ЦУП хочет задействовать светильники.

27 июня. У экипажа выходной, но как и на Земле, один из таких дней посвящен уборке квартиры. Вот и экипаж занимался влажной уборкой помещений комплекса. Космонавты заменили емкость для воды в установке “Электрон” на ЦМ-Э (установка получения кислорода путем гидролиза воды). В отличие от обычных выходных телефонных разговоров с семьями не было: все оказались на дачах.

В течение двух витков не работал передающий канал на одном из НИПов, что помешало обмену информацией между ЦУПом и комплексом.

Экипаж обнаружил 28 метров старой пленки для фотоаппаратов “Природа-5” и предложил провести тест второго аппарата на ней.

28 июня. Экипаж уложил в “Прогресс М-17” два старых скафандра для выхода в открытый космос “Орлан ДМА”, гарантийный ресурс которых уже давно закончился. После этого космонавты занимались подготовкой станцию к приему новой экспедиции, затем выполнил биохимическое исследование и микробиологический контроль урины, собрал объединенную схему системы электропитания (СЭП). Теперь для перераспределения электроэнергии между модулями нет необходимости привлекать экипаж, это возможно делать по командам с Земли.

По командам из ЦУПа произведен наддув станции кислородом из ТКГ “Прогресс М-18”. В главный зал управления ЦУПа пришел Сергей Крикалев, который находится в Москве в краткосрочном отпуске. (В настоящее время он проходит подготовку в США к полету на американском “Шаттле” в качестве специалиста по операциям на орбите). Сергей рассказал о своей подготовке к полету. Вечером Александр Полещук говорил по телефону с женой.

29 июня. Экипаж выполнил исследование содержания микропримесей в газовой среде станции, медицинские эксперименты “Иллюзия” и “Виминаль”. На установке “Галлар” завершился 220-часовой эксперимент по получению монокристалла арсенида галлия. Началось охлаждение полученного образца.

С помощью экипажа ЦУП проверил каналы связи с Францией: все было нормально. Были проверены также рабочие места операторов, переводчиков, журналистов.

Ракета с КК “Союз ТМ-17” — на старте

29 нюня. Байконур. Ракета, которая выведет на орбиту космический корабль “Союз ТМ-17”, вывезена на стартовую площадку N2 космодрома Байконур. Ведутся последние приготовления к запуску.

У космонавтов тоже идут заключительные приготовления к экспедиции на орбитальном комплексе “Мир”. Они проводят последние тренировки.

В “Зеркальном зале” Дома офицеров в городе Ленинске состоялась первая на космодроме пресс-конференция для российских и зарубежных журналистов, освещающих подготовку и ход международной экспедиции. Они смогли задать вопросы ученым, специалистам, представителям местных властей.

30 июня. Г.Манаков и А.Полещук перенесли аппаратуру “Микроакселерометр” в спускаемый аппарат (СА) ТК “Союз ТМ-16”. Затем были проведены тесты ультрафиолетового телескопа “Глазар-2” на предмет работоспособности приводов системы слежения за астрономическими объектами и его работы с имитаторами. Затем космонавты собрали электрическую схему для проверок ВБК и проверили ее. После того, как образец монокристалла арсенида галлия в печи “Галлар” остыл, А.Полещук вынул капсулу с образцом и приготовил ее к возвращению на Землю. После обеда экипаж проводил инвентаризацию бортового комплекта инструмента и готовил станцию к встрече российско-французского экипажа. В 20:30 ДМВ космонавты закрыли люк ТКГ “Прогресс М-17” и провели контроль его герметичности. На связь с космонавтами выходил Г.Стрекалов.

Заседание Государственной комиссии

30 июня. Байконур. На космодроме Байконур состоялось заседание Государственной комиссии, которая определила основной и дублирующий экипажи КК “Союз ТМ-17”. В основной вошли — Василий Циблиев, Александр Серебров и космонавт Франции Жан-Пьер Эньерэ. Их дублеры — Виктор Афанасьев, Юрий Усачев и доктор медицины Клоди Андре-Деэ.

Утверждено и время запуска — 17:32:58 ДМВ 1 июля.

После завершения заседания состоялась традиционная встреча прессы с экипажами в гостинице “Космонавт”.

1 июля. В день старта новой экспедиции Г.Манаков и А.Полещук занимались обычными делами. Они передали на Землю видеоинформацию о подготовке ВБК к спуску. После просмотра записи специалистами ЦУПа экипажу было дано “добро” на закрытие люка ТКГ “Прогресса М-18” с ВБК. Затем экипаж проверил герметичность стыка ПхО-ТКГ. Когда проверка герметичности завершилась, экипаж проверил работу пассивных крюков стыковочного узла ББ.

На технологической установке “Кратер” был проведен тестовый нагрев последовательно 4-х зон нагревателей. Тест показал, что в 3-ей зоне нагрева нет. Сразу устранить неисправность космонавтам не удалось.

Затем экипаж провел два теста электромеханического блока Г16-М гиродина СГ2Д длительностью по 5 минут каждый. По результатам тестов специалисты ЦУПа дали экипажу рекомендации как в дальнейшем проводить ремонтно-восстановительным работам с этим гиродином.

На связь с экипажем приходили Г.Стрекалов и С.Авдеев. ЦУП дал указание экипажу готовить для шлюзования серебристый конический контейнер для бытовых отходов (КБО), чтобы отстрелить его во время зависания у комплекса “Союза ТМ-17”.

Запуск КК “Союз ТМ-17”

1 июля. Спец. корр. ВК К.Лантратов. С утра на Байконуре проводились последние предстартовые операции. За шесть часов до запуска началось термостатирование транспортного корабля (ТК) “Союз ТМ-17” (заводской номер 11Ф732 N66), оно завершилось через час. С 13:00 до 14:45 была произведена заправка всех ступеней РН “Союз” (заводское обозначение этой модификации РН — 11А511У2) компонентами топлива.

За 2 часа 10 минут до старта экипаж прибыл на стартовую площадку (площадка N2 космодрома Байконур). Через 10 минут Василий Циблиев, Александр Серебров и Жан-Пьер Эньерэ (позывной экипажа — “Сириус”, в честь самой яркой звезды на земном небосводе) заняли места в корабле. Была включена система радиосвязи, газоанализатор, начались проверки оборудования и бортовых систем “Союза”. Через полчаса началась подготовка прибора контроля и выдачи стартовых команд, была подтверждена герметичность закрытия люка бытового отсека ТК. Затем прошла проверку система управления носителем, были включены ее гироприборы.

За час до старта “Союза” на связь с экипажем “Мира” вышел командир отряда ЦПК ВВС Александр Волков. Он рассказал Геннадию Манакову и Александру Полещуку последние новости из отряда: приезжали в отпуск из Штатов Владимир Титов и Сергей Крикалев, делились впечатлениями о подготовке; у космонавтов-дачников в разгаре земляные и строительные работы, все они здорово похудели. “Ну, а как там вы? — поинтересовался Волков. — К встрече готовитесь?”

“А как же, — улыбнулся Геннадий Манаков. — Тут Серебров просил все иллюминаторы снаружи почистить, лампочки новые вкрутить. Может, нам еще и в космос выйти для приветствия?”

“Чепчики вверх покидайте”, — посмеялся вместе с командиром “Мира” Александр Александрович.

“Ну, а если серьезно, то у нас все готово”.

“Вы им воды подготовьте побольше. А то в первые дни полета всегда пить сильно хочется”, — поделился опытом командир отряда космонавтов.

“Не беспокойтесь, им пить уже приготовлено, — заверил Манаков. — Надеюсь и они что-то подвезут”.

“Вы, ребята, приготовте им там сразу место для работы, — порекомендовал Волков. — Когда я с Крикалевым и Кретьеном прилетел на “Мир”, так там такая была теснотища. Мы в нем летали как селедки в банке. Зато в следующий раз я и Сережа заранее выделили немцу целый модуль и он там весь полет спокойно занимался своими экспериментами. Но и вы сами не зажимайтесь: живите и спите где привыкли”.

“Да мы уже с ними договорились, — успокоил Манаков. — Может, Серебров и обидится, когда узнает, что я сплю в “летающем кресле”, которое он испытывал. Но я привык, в нем удобно”.

А тем временем, за 40 минут до старта “Союза ТМ-17” неожиданно на стартовой площадке из-за скачка напряжения было обесточено все оборудование. Однако, к чести руководства запуска, неисправность не повлияла на ход подготовки, через 7 минут питание было восстановлено. В 16:52 была взведена система аварийного спасения, включен прибор выдачи стартовых команд и началось разведение ферм обслуживания. Через 4 минуты фермы были разведены. Экипаж приступил к проверке герметичности скафандров. Затем космонавты включили комплекс индивидуальных средств спасения.

В 17:13 на стартовой площадке была объявлена 15-минутная готовность. После раскрутки до расчетной скорости началось разарретирование гироприборов РН, их рамки были расфиксированы и гироприборы смогли работать в предусмотренном режиме. Космонавты включили бортовой магнитофон и затянули плечевые ремни привязной системы кресел.

В 17:25 была объявлена 2-минутная готовность. Затем в 17:28:00 прошла команда “Ключ на старт”, то есть была включена автоматическая программа заключительных пусковых операций и проведена проверка исходного состояния систем ракеты-носителя. По команде “Протяжка один” (17:28:50) была включена наземная система измерений.

В 17:28:56 началась продувка азотом камер сгорания боковых и центрального блоков первой ступени по магистралям горючего (команда “Продувка”). Затем в 17:29:57 включилась бортовая система измерений (”Протяжка два”). По команде “Ключ на дренаж” (17:30:14) были закрыты дренажно-предохранительные клапаны окислителя и горючего РН, после чего прекратилась подпитка баков носителя окислителем и азотом из наземных систем. По бокам ракеты перестали “стекать” клубы испаряющегося кислорода.

В 17:30:55 начался предстартовый наддув азотом баков всех ступеней РН. Трубопроводы и насосы двигателя третей ступени были заполнены горючим. После этого (за 40 секунд до старта) от платы на третьей ступени были отделены электроразъемы наземного питания и отведена кабель-заправочная мачта (команда “Земля-борт”). В 17:32:42 была дана команда “Пуск”. От ракеты отошла кабельная мачта, включились двигательные установки всех пяти ракетных блоков первой ступени, прошло зажигание компонентов топлива. Двигатели РН вышли сначала на предварительный режим тяги, затем на промежуточный и главный.

Контакт подъема сработал в 17:32:57,834 ДМВ (14:32:58 GMT).

Во время всего участка выведения все системы корабля и носителя работали штатно. На момент старта на Байконуре была нулевая облачность, видимость — более 10 км, ветер — западный 12 м/сек, температура +33гр. Ракету с Земли было долго видно, за ней оставался ярко-белый инверсионный след.

На 60 секунде полета РН прошла зону максимального скоростного напора. В 17:34:50 произошло отделение боковых блоков первой ступени, а через 2 секунды была сброшена двигательная установка САС. В 17:35:40 произошел сброс головного обтекателя. “Солнце сзади справа”, — доложил Василий Циблиев. На телеэкране было видно, как Жан-Пьер Эньерэ заглянул в иллюминатор и сощурился.

В 17:37:42 отделилась вторая ступень носителя, двигатели третьей вышли на расчетный режим. А в 17:41:43 корабль отделился от РН и вышел на орбиту искусственного спутника Земли. “Спасибо за выведение”, — поблагодарили участников запуска “Сириусы”. В течении первых двух минут орбитального полета шли доклады о штатном раскрытии солнечных батарей и антенн “Союза”. По данным наземных измерительных пунктов параметры орбиты корабля составляли:

— максимальное удаление от поверхности Земли (в апогее) — 242 км;

— минимальное удаление от поверхности Земли (в перигее) — 201 км;

— наклонение орбиты — 51,6 град;

— период обращения вокруг Земли — 88,7 мин.

(расчетные параметры: 240 км, 202 км, 51,6 град. и 88,6 мин соответственно).

Сразу после выхода на орбиту оператор связи передал на борт “Союза ТМ-17”, что приказом Министра обороны России Василию Циблиеву присвоено звание “полковник”. На экране подмосковного ЦУПа возникло изображение земного шара, опоясанного российским и французским флагами, и надпись “INFINITY SYST., INC. WISHES YOU A SUCCESSFUL FLIGHT”. Надо сказать, что помимо такого своеобразного рекламного пожелания успешного полета, в ЦУПе стояли щиты с фирменной эмблемой знаменитой кондитерской фабрики “Красный Октябрь”: Эта же эмблема была и на фермах обслуживания на стартовой площадке.

С 18:20 до 18:39 на “Союзе” была выдвинута в исходное положение штанга стыковочного механизма. Затем экипаж приступил к проверке герметичности отсеков корабля. Через виток после старта в 19:05, когда “Союз ТМ-17” вошел в зону видимости наземных станций слежения, “Сириус-1” сообщил: “Все идет штатно. ПАО, СА и БО герметичны. Самочувствие всех членов экипажа хорошее”.

Начался обмен информацией между ЦУПом и кораблем, но и в это напряженное время были секунды для обычного разговора.

“Что новенького на большой Земле?” — поинтересовался Василий Циблиев, успевший соскучиться за полтора часа по новостям. “У нас пока ничего. Все новости только у вас”, — филосовски ответил ЦУП. “У нас все штатно”, — перешел на деловой тон командир. “Это хорошо, — резюмировал Центр. — В 19:15:40 у вас закладка управляющих слов”. На орбите начались тесты аппаратуры сближения и стыковки “Курс” и системы управления движением. “Все очень хорошо”, — постоянно звучало с орбиты. Тесты прошли нормально.

Вечером был выполнен первый двухимпульсный маневр дальнего сближения “Союза ТМ-17” с комплексом “Мир”. Сначала двигательная установка ТК включилась в 21:12:53 на 14,7 секунды, а затем в 22:05:40 — на 91,1 секунды. В результате этого маневра параметры орбиты корабля составили:

— максимальное удаление от поверхности Земли (в апогее) — 372 км;

— минимальное удаление от поверхности Земли (в перигее) — 219 км;

— наклонение орбиты — 51,6 град;

— период обращения вокруг Земли — 90,1 мин.

После всех этих операций экипаж корабля отравился спать.

2 июля. Экипаж комплекса “Мир” отдыхал перед напряженной работой впятером. Геннадий Малахов и Александр Полещук провели влажную уборку станции, переговорили со своими семьями. В рамках программы подготовки организма к возвращению на Землю космонавты провели тренировку в костюме “Чибис”, в котором создается пониженное давление, что вызывает прилив крови к ногам. Экипаж доложил ЦУПу о наличии 8 исправных светильников на борту. ЦУП после анализа полученной с борта телеметрической информации зафиксировал отсутствие обогрева трех секций ОНА (остронаправленной антенны “Антарес”). По данным телеметрии температура элементов конструкции составила -20С, а должна быть не ниже — 5С. Работы с ОНА предполагаются уже после прибытия на комплекс экипажа 14 основной экспедиции. Параметры орбиты “Мира” 2 июля составляли:

— максимальное удаление от поверхности Земли (в апогее) — 411 км;

— минимальное удаление от поверхности Земли (в перигее) — 388 км;

— наклонение орбиты — 51,6 град;

— период обращения вокруг Земли — 92,3 мин.

Рабочий день на борту “Союза ТМ-17” начался в 11 часов ДМВ. На 18 витке корабля (в 18:19) было проведено третье включение двигательной установки ТК. Она проработала 7 секунд, скорость корабля увеличилась на 232 м/сек. Параметры орбиты после этого маневра составили:

— максимальное удаление от поверхности Земли (в апогее) — 371 км;

— минимальное удаление от поверхности Земли (в перигее) — 227 км;

— наклонение орбиты — 51,6 град;

— период обращения вокруг Земли — 90,2 мин.

Расстыковка “Прогресса М-18” и стыковка КК “Союз ТМ-17”

3 июля. Спец. корр. ВК К.Лантратов. С утра экипаж комплекса “Мир” подготовил шлюзовую камеру (ШК) и КБО к отстрелу, заправил емкость для воды для установки “Электрон”. Во время совместной работы двух экипажей, когда на “Мире” потребуется большее количество кислорода, будут работать две установки “Электрон” на модулях Д и Т. Затем Манаков и Полещук подготовили видеокамеру для съемки приближающегося ТК “Союз ТМ-17”. Экипаж установил также светильники в модулях Д, Т и в переходном отсеке базового блока (ПхО ББ).

Тем временем экипаж ТК “Союз ТМ-17” провел последний двухимпульсный маневр дальнего сближения. В 16:04 было произведено построение орбитальной ориентации корабля перед выполнением этого маневра. Затем два раза включалась двигательная установка ТК: в 16:56:19 на 57,5 сек (импульс 23,9 м/сек) и в 17:41:50 на 56,1 сек (импульс 23,3 м/сек).

На 30 и 31 витках экипажем были введены уставки в систему сближения и стыковки “Курс”. Затем космонавты одели скафандры и заняли места в спускаемом аппарате (СА). В 17:36:07 на “Союзе” была включена система сближения и стыковки “Курс”. В 17:37, когда корабль и комплекс вошли в зону видимости наземных станций слежения, расстояние между “Союзом” и “Миром” составляло 188,6 км, скорость сближения — 93,3 м/сек. В этом сеансе ЦУП передал параметры маневров ближнего сближения. После длинной цепочки цифр оказалось несколько свободных секунд и Василий Циблиев не преминул ими воспользоваться.

“Вадим, — обратился он к оператору связи, — а Валера Корзун у тебя?”

“Сидит на плече”.

“Рядом, я, рядом”, — вышел на связь друг командира корабля по отряду космонавтов. Циблиев сразу же начал ему давать поручения: с кем встретиться, что передать.

“Ты не ломай голову, думай о главном”, — наставил его на путь истинный Корзун.

“Думаем, думаем, — сразу перешел на деловой тон Циблиев. — Дальность 121, “курсовая” (то есть по системе “Курс” — К.Л.) — тоже 121”.

“Прогноз точно совпадает с “Курсом”, — довольно проконстатировали в ЦУПе.

“Валерий, приветствую тебя”, — вступил в переговоры Эньерэ.

“Спасибо, взаимно, Жан-Пьер, — улыбнулся Корзун. — Мы все думаем о вас, ребята. А часов в одиннадцать подумаем как следует”.

Тем временем подошел к концу сеанс связи. “Следующий сеанс через СР18-31, а УКВ — 19:09”, — напоминает ЦУП. Перед уходом “Союза” из зоны радиовидимости на связь вышел руководитель полета Владимир Соловьев: “Вася. У меня еще будут к вам две просьбы. Пометь себе время: 19:02 — 19:08. Если по каким либо причинам СР у нас не получится, в это время будет работать корабль — “Владислав Волков”. Мы, чтобы вам не мешать, вмешиваться в связь не будем. Но вас в это время будем слышать. Поэтому, старайтесь передавать побольше информации, чтобы мы были в курсе дел. И второй вопрос. Если вдруг, стучу по дереву, что-то произойдет задолго до стыковки, и будет перенос этой работы на следующие сутки, а у вас есть в этот момент межбортовая связь, то скомандуйте ребятам, чтобы они “Прогресс” не отстреливали. Мы все повторим”. “Конечно, конечно, — ответили с орбиты. — Ради этого все и затеяли”. В 17:53 расстояние между кораблем и “Миром” сократилось до 100 км.

Надо сказать, что при управлении полетами российских космических аппаратов раньше использовалось сразу несколько корабельных станций слежения, но с прошлого года в связи с экономическими трудностями они не применяются. В этот раз только одно судно (”Владислав Волков”) дежурило в Средиземном море.

В 18:10 экипаж “Мира” включил аппаратуру “Микроакселерометр” для регистрации динамических нагрузок при стыковке, а вскоре Геннадий Манаков и Александр Полещук заметили приближающийся ТК.

Предостережения руководителя полетом оказались напрасными. В 18:32, когда начался сеанс связи через СР, Циблиев доложил, что все идет штатно, дальность до комплекса — 2,03 км. “Мы прекрасно наблюдаем станцию на фоне Земли”, — добавил Серебров. Василий Циблиев начал облет орбитального комплекса. В 18:40:30 дальность до “Мира” сократилась до 400 м, а скорость сближения уменьшилась до 1,3 м/сек. Командир “Союза” мастерски выполнил все маневры. На экране ЦУПа было видно, как “Мир” на фоне Земли постепенно приближается и разворачивается.

Тем временем Александр Серебров перешел в бытовой отсек (БО) корабля, расположился перед иллюминатором. В 18:48 Василий Циблиев выполнил зависание корабля “Союз ТМ-17” в 180 м от “Мира” с отклонением продольной оси по курсу на 20 градусов, то есть влево по ходу полета, и по тангажу 10 градусов, то есть выше комплекса, и развернул корабль в удобное для съемок положение. В 18:49 Серебров приступил к фотографированию и видеосъемке комплекса. В 18:54:30 ДМВ Геннадий Манаков произвел отстрел контейнера с бытовыми отходами из шлюзовой камеры. “Пошел, пошел”, — прокомментировал его отделение Александр Полещук, который снимал этот процесс из орбитального комплекса. Видеосъемку отстрела и отход от комплекса КБО произвел и Александр Серебров.

“Геннадий Михайлович, давай теперь заниматься грузовиком”, — передал ЦУП.

“А я уже на центральном посту, — сообщил командир ЭО-13. — Открываю крюки станции”.

“Саш, — обратилась к Сереброву руководитель полета. — Не пропусти, сейчас будет отделение”.

В 18:58:16 ДМВ (15:58:16 GMT) ТКГ “Прогресс М-18” отстыковался от “Мира”.

“Наблюдаю отход”, — передал Серебров. На экране ЦУПа было прекрасно видно, как “грузовик” отделился от ПхО ББ станции и начал постепенно удаляться. Процесс расстыковки тоже снимался как с “Союза ТМ-17”, так и с “Мира”. “Между нами уже метров 15”, — комментировал отход “Прогресса” Геннадий Манаков. — Отличная картинка”.

В 19:03 ЦУП передал на борт “Союза”: “Сириусы”, заканчивайте съемку, переходите в спускаемый аппарат”. “Через 30 секунд буду на месте”, — сообщил бортинженер корабля. “В спускаемом аппарате люк закрыт”, — через некоторое время доложил Василий Циблиев.

“Сириусы”, как у вас состояние “Курса”?” — поинтересовался ЦУП.

“Работает второй комплект. Курс, захват — все соответствует”, — ответил Циблиев. “Ребят, — вышел на связь Владимир Соловьев. — Мы там первый комплект подготовили. Убрали на нем ложную аварию”.

“Ложная была авария?” — интересуется командир ЭО-14.

“Да, это было связано с грузовиком. Сейчас комплект уже готов к работе. Вы дойдете на втором, а в если чего — будет переключение на первый”. (На кораблях “Союз” установлены два комплекта системы “Курс”. Оба они могут использоваться при стыковке. — К.Л.)

“Вы причаливать-то думаете, нет?” — проявил нетерпение Геннадий Манаков.

“Только в зоне”, — тут же предупредил ЦУП.

“Саша. Ты что, уже на место ушел”, — поинтересовался местоприбыванием Сереброва руководитель полетом.

“Все уже сделал”.

“Больше снимать уже не хочешь?”

“Я выполнил указания”, — ответил исполнительный Серебров.

“Хорошо, договорились”, — успокоился Владимир Соловьев.

“Сейчас “Вулкан-2” снимает, — вмешался в разговор Геннадий Манаков. — У него хорошая картинка их причаливания”. Александр Полещук во время маневров смог снять в одном кадре приближающийся “Союз” и отходящий “Прогресс”.

В 19:13 начался дооблет “Союзом ТМ-17” комплекса. На правый экран главного зала ЦУПа передавалось изображение корабля “Союз ТМ-17” с комплекса “Мир”, а на левый наоборот — “Мира” с ТК. Было отлично видно, как работают на “Союзе” двигатели ориентации и причаливания, и как постепенно приближается стыковочный узел на ПхО станции. В 19:16 ТК вышел на ось стыковочного узла, через две минуты был выбран крен и проведен разгон “Союза” до 0,9 м/сек. Стыковка проходила в автоматическом режиме.

“В 19:23:30 вы входите в тень, — предупредил космонавтов Владимир Соловьев. — Фару включили?” — “А как же”. Приближающийся комплекс “Мир” быстро вошел в “ночь”. Стыковочный узел был освещен мощной фарой, установленной на бытовом отсеке “Союза”.

Касание и механический захват штанги “Союза” произошли в 19:24:03 ДМВ (16:24:03 GMT). Началось стягивание аппаратов. “Фару выключать?” — поинтересовался Циблиев. “Выключай, выключай. У нас каждый ватт на счету”, — сообщил Соловьев. Экран в ЦУПе стал черным. Комплекс ушел из зоны радиовидимости.

За минуту до касания ТК с “Миром” произошла нештатная ситуация: на ББ отключилось электропитание системы стыковки внутренних переходов (ССВП). Из-за этого после мехзахвата не выключилась система “Курс” и не закрылись “пассивные” крюки на станции, хотя “активные” крюки на ТК сработали нормально. Эта нештатная ситуация не повлияла на безопасность стыковки, а через виток по рекомендации специалистов ЦУПа экипаж сымитировал стыковку и выключил “Курс”. Крюки закрылись.

А до этого, проверив герметичность стыка и выравнив давление между кораблем и комплексом, космонавты открыли переходной люк и перешли на станцию. Когда в 20:25 начался очередной сеанс связи, Василий Циблиев, Александр Серебров и Жан-Пьер Эньерэ были уже в базовом блоке вместе с Геннадием Манаковым и Александром Полещуком.

“Ребята, — обратился к ним Соловьев, — может для нас сымитируете еще раз открытие люка и переход”.

“Зачем же, — отказался от ненужного “спектакля” Геннадий Манаков. — Мы вам лучше сбросим то, что сняли”.

В ЦУПе с удовольствием посмотрели видеозапись перехода. Встреча старожилов “Мира” и вновь прибывших космонавтов прошла в ПхО ББ. Александр Серебров вручил экипажу ЭО-13 своеобразный “букет” — березовый веник. По отсеку, между обнимающимися космонавтами, летали и другие подарки: лимоны, помидоры. Но судя по всему это были еще не все “презенты”, доставленные на “Союзе”. В небольшом переходном отсеке было явно тесновато и командир комплекса “Мир” резонно предложил “перелететь к столу” в базовом блоке. Оттуда и поприветствовали собравшихся в ЦУПе гостей оба экипажа во время прямой телепередачи с борта. На балконе главного зала вспыхнули аплодисменты.

Судя по первому впечатлению Василий Циблиев и Александр Серебров не испытывали абсолютно никаких неудобств от невесомости. Жан-Пьер Эньерэ осторожней вел себя во время встречи, но это, скорее, можно было отнести на счет более сдержанного характера, нежели вестибулярного расстройства.

“Мы здорово истосковались за два дня по горячему, и нас уже тут напоили горячим кофе”, — поделился маленькими радостями от встречи Василий Циблиев.

“А может и чем покрепче успели угостить?” — деликатно поинтересовался Владимир Соловьев.

“Нет, только — кофе, — улыбнулся командир ЭО-14. — Раз на борту Серебров, то все будет в порядке”.

Но встреча встречей, а экипажам пора было заниматься послестыковочными работами. Космонавты законсервировали оба ТК. Из вновь пришедшего “Союза ТМ-17” они перенесли ложемент французского космонавта в “Союз ТМ-16”, на котором Эньерэ вместе с Манаковым и Полещуком 22 июля возвратится на Землю. После этого состоялся праздничный ужин. Перед сном космонавты запустили биотехнологическую установку “Рекомб”, на которой будет проводится выращивание новых клеток и микроорганизмов с заданными свойствами.

4 июля. После напряженного предыдущего дня космонавты отдыхали до 9:00 ДМВ. После завтрака французский космонавт проверил работу аппаратуры “Микроакселерометр”, установил термостат N4 в установку “Алис” и начал на ней эксперимент N41 по исследованию поведения жидкости в условиях невесомости вблизи критической точки. Эксперимент рассчитан на 48 часов. Три предыдущих термостата были исследованы во время программы “Антарес” в прошлом году.

Затем Жан-Пьер перенес и разместил на борту станции устройство “Биодоза-2”. После обеда космонавты заменили бортовую документацию и отработали проход по маршруту срочного покидания комплекса в случае нештатной ситуации.

Экипаж ЭО-13 выполнил тренировки с использованием пневмовакуумного костюма “Чибис”. Александр Серебров провел эксперимент по гибридизации клеток в условиях микрогравитации на установке “Рекомб”.

Вечером ЦУП сообщил космонавтам о посадке капсулы ТКГ “Прогресс М-18” в заданном районе. Василий Циблиев попросил уложить в следующий ТКГ репчатый лук и крем для бритья, а Александр Серебров — очки. “Номер знает врач экипажа”, — уточнил бортинженер ЭО-14.

Вечером состоялся телемост с директором КНЕС. Жан-Даниэль Леви поздравил французского космонавта и его российских коллег с началом работы по программе “Альтаир”. Затем оба экипажа ответили на вопросы французских журналистов.

В очередной раз произошел отказ СРВ-У. В тот же день неисправность была устранена.

Завершился полет ТКГ “Прогресс М-18”

4 июля. Завершился полет ТКГ “Прогресс М-18”. После выполнения заданной ориентации на ТКГ была включена двигательная установка и корабль перешел на траекторию снижения. По данным ЦУПа, после отстрела 19:50 ДМВ, ВБК совершила баллистический спуск и в 21:35 ДМВ приземлилась в запланированном районе. (По информации из ВКС посадка произошла в 20:05 ДМВ в 112 км к юго-востоку от г.Орска). На Землю возвращены отснятые фото— и кинопленки.

Россия. Научные эксперименты на ОК “Мир”

Для удобства читателей мы приводим список и краткое содержание экспериментов, запланированных на период совместной работы экипажей ЭО-13, ЭО-14 и французского космонавта на комплексе “Мир”. Материалы для этого были взяты из пресс-бюллетеня “Россия — France. Пилотируемый международный полет” N1 (1 июля 1993 г.), выпускаемого РКА, ЦНИИМашем и ЦУПом.

ЭКСПЕРИМЕНТЫ В РАМКАХ ПРОГРАММЫ “АЛЬТАИР”

Медицинские

“Иллюзия” — исследование адаптации нейрофизиологических механизмов пространственного восприятия человека к условиям микрогравитации.

“Виминаль” — исследования иллюзий зрительной ориентации.

“Диурез” — биохимические исследования урины и слюны.

“Гематокрит” — определение отношения объема плазмы и клеток в крови.

“Иммунология” — изучение влияния факторов космического полета на функции клеточных популяций крови, определяющих иммунологическую стойкость организма.

“Эхография” — исследования сердечно-сосудистой системы.

“Биодоза” — исследования воздействия космической радиации на различные биологические объекты.

“Синергия” — изучение особенностей перемещения тела космонавта и взаимной кинематики отдельных его частей при выполнении тестовых движений.

“Ткань” — измерения толщины и растяжимости кожной ткани человека в условиях космического полета.

“Телесопровождение” — испытание и оценка режима телевизионной поддержки с Земли при проведении эксперимента “Эхография”.

Технические

“Алис” — исследование поведения жидкости вблизи критической точки в условиях невесомости.

“Микроакселерометр” — исследование микроускорений и вибровозмущений, возникающих при различных режимах работы орбитальной станции.

ЭКСПЕРИМЕНТЫ, ВЬШОЛНЯЕМЫЕ ОСНОВНЫМ ЭКИПАЖЕМ

Медицинские

“Чибис” — тренировки в пневмовакуумном костюме “Чибис”, имитирующем земное притяжение.

МК-4 — исследование системы кровообращения при воздействии ортостатического давления на нижнюю часть тела.

Биотехнологические

“Максат” — культивирование протопластов и растительных клеток.

“Рекомб” — получение новых клеток и микроорганизмов с заданными свойствами.

Технологические

“Топография” — исследование материалов и покрытий методом электротопографии.

Технические

“Биостойкость” — изучение микробиологической стойкости неметаллических материалов.

Геофизические

ГФ-1 — исследование природных ресурсов Земли и изучение окружающей среды.

ГФ-3 — исследование интенсивности потока микрометеоритов в околоземном космическом пространстве.

США. Полет МТКК “Индевор” по программе СТС-57


(И. Лисов по сообщениям АП, ЮПИ, Рейтер и по материалам НАСА)

Запуск “Ивдевора”

21 июня. После ряда отсрочек с космодрома на мысе Канаверал (шт.Флорида) осуществлен запуск космического корабля многоразового использования “Индевор”.

Как мы уже сообщали в 12-м номере “Новостей космонавтики”, старт шаттла “Индевор” в воскресенье 20 июня не состоялся из-за неблагоприятной погоды. НАСА перенесло запуск на сутки. Стартовое окно, ограниченное условиями сближения с “Эурекой”, начиналось в 09:07 и кончалось в 10:18 восточного летнего времени (EDT), (с 13:07 до 14:18 GMT). (Далее в тексте всюду указано восточное летнее время, если прямо не оговорено иначе.)

Несмотря на то, что метеорологи ВВС прогнозировали на понедельник 21 июля примерно ту же погоду, что стала причиной отмены старта в воскресенье (70-процентная вероятность благоприятных погодных условий, возможны облачность и дождь), ночью стартовый расчет на мысе Канаверал начал заправку внешнего топливного бака. Заправка 1,9 млн литров жидкого водорода и кислорода началась с более чем часовой задержкой, из-за потребовавшейся замены топливного регулятора на стартовом комплексе, и продлилась примерно три часа. На время запуска задержка не повлияла.

Телезрители могли видеть процедуру одевания астронавтов в оранжевые скафандры в специальной комнате. Нэнси Шерлок показала рукописные плакатики со словами “Мама тебя любит” и “Хай, Стеф!” для своей шестилетней дочери Стефании.

Экипаж под командованием полковника ВВС Рональда Грэйби прибыл на стартовый комплекс 39В и на рассвете (в начале седьмого утра) выполнил посадку в корабль. Свои места вместе с Грейби заняли пилот полковник ВВС Брайан Даффи, руководитель работ с полезной нагрузкой Дэвид Лоу, специалисты полета капитан Сухопутных сил Дженис Восс, Нэнси Шерлок и Петер Визофф (охотнее откликающийся на имя Джефф). Экипаж был настроен серьезно. “Мы намерены сделать это сегодня”, — заявил командир Грэйби. “Не легко делать две попытки старта за два дня, но экипаж, кажется, ничуть не устал и готов лететь”, — сказал комментатор Центра Кеннеди Брюс Бакингэм.

На этот раз погода оказалась получше, и старт был выполнен в 09:07:22 EDT (13:07:22 GMT). Опоздание на 22 секунды было вызвано залетом в запретную зону, радиусом 75 километров вокруг стартового комплекса, самолета. (Накануне старту мешало зашедшее в зону судно.) “Тяжелая ситуация, — сказал руководитель пуска Роберт Сик. — Мы пишем правила для моряков и летчиков, и надеемся, что самолетами и кораблями управляют сознательные люди. Но, как мы знаем, это не всегда оказывается так”.

56-й полет шаттла и 4-й полет “Индевора” начался.

Уйдя в рассеянную облачность над мысом Канаверал, “Индевор” поднимался все выше. В соответствии с планом два твердотопливных ускорителя отделились от корабля через две минуты после старта (09:09:26) и шаттл продолжал подъем на трех своих главных двигателях. Выведение прошло нормально, и в 09:15:56 (через 8,5 минут после старта) двигатели выключились и отделился топливный бак.

Трое новичков — Восс, Шерлок и Визофф — пополнили список астронавтов мира.

Брайан Даффи, которому так не повезло в день своего сорокалетия, после выхода “Индевора” на орбиту заявил: “Для этого стоило подождать лишний день”.

В апогее первого витка (в 09:49.34) Грэйби и Даффи при помощи одного из двух двигателей орбитального маневрирования прибавили скорость и вывели “Индевор” на орбиту с наклонением 28 градусов, перигеем 393 км и апогеем 467 км.

“В момент старта мое сердце было у меня в горле, — сказал вице-президент “ Спэйсхэб Инк”. Дэвид Росси — Это такой волнующий день”. Экипаж должен провести большую часть полета в лаборатории “Спэйсхэб” (рис. 1) в компании с летающим зверинцем из ос, креветок и плодовых мух-дрозофил. Всего в 43 ячейках находятся около 700 образцов для 22 различных экспериментов (сообщение о 100 экспериментах относится, вероятно, к общему числу их повторений — И.Л.). Кроме того, в кабине шаттла совершает полет дюжина крыс — объекты эксперимента по регенерации тканей.


Рис.1
Лаборатория “Спейсхэб”

Президент “Спэйсхэб Инк”. Эл Ризер (Аl Reeser) считает, что при затратах на “Спэйсхэб” в размере 100 миллионов доход от шести первых полетов будет вдвое выше. Джон Пайк (John Pike), руководитель проекта “Космическая политика” Федерации американских ученых, выражает сомнение в том, что НАСА удастся сыграть роль инкубатора и добиться того, что эксперименты в “Спэйсхэбах” будут выполняться на чисто коммерческой основе. “Посмотрим, — сказал он. — Я могу поспорить, что ответ будет — нет”. (С финансовой точки зрения, полет “Спэйсхэба” выглядит довольно странно. “Спэйсхэб, Инк”. платит НАСА по 34 миллиона за полет. В свою очередь НАСА арендует места для экспериментов в 6 первых полетах лаборатории за общую сумму 184 миллиона. В итоге — никто никому не должен.)

В четверг 24 июня после 48 витков вокруг Земли “Индевор” должен встретиться с “Эурекой” на высоте 476 км. После того, как спутник по команде с Земли сложит солнечные батареи и уберет антенны, Дэвид Лоу захватит его манипулятором и уложит в грузовой отсек. Четырехчасовая работа Лоу и Визоффа в грузовом отсеке планируются на пятницу 25 июня. Астронавты попытаются перемещать друг друга, будучи закрепленными на манипуляторе, чтобы убедиться в возможности транспортировки крупногабаритных деталей для “Хаббла”. Кроме того, они будут испытывать стабильность манипулятора в моменты включения двигателей корабля и новые средства крепления. “Индевор” должен приземлиться на мысе Канаверал 29 июня после 123 витков вокруг Земли.

Запуск не причинил какого-либо необычного ущерба стартовому комплексу. Твердотопливные ускорители были успешно подобраны в океане и 22 июня доставлены на космодром.

Хроника полета “Индевора”

21 июня. В 12:41, спустя три с лишним часа после старта, Лоу, Визофф, Даффи и Грэйби через короткий соединительный тоннель вошли в лабораторный модуль “Спэйсхэб” высотой 3,3 и длиной 2,7 м, находящийся на уровне средней палубы и занимающий треть грузового отсека. “Все выглядит хорошо. Похоже, мы можем открывать дело”, — передал руководитель работ с полезной нагрузкой Дэвид Лоу на Землю. Один за другим Дэвид Лоу и Дженис Восс запустили эксперименты, включая небольшую оранжерею, которая в будущем может появиться на борту космической станции.

Большая часть экспериментов финансируется семью коммерческими центрами НАСА, объединяющими университеты и частные компании.

Тем временем Нэнси Шерлок запускала в действие телепринтер и факс в кабине шаттла.

Днем Рональд Грэйби выполнил первую из дюжины запланированных для встречи с “Эурекой” коррекций орбиты. Перигей был поднят до 398 км. Период обращения составил чуть больше 93 минут.

22 июня. В 01:37 экипаж был разбужен песней “Сидя на вершине мира” в исполнении Леса Пола и Мэри Форд. Центр управления сообщил Брайану Даффи, что расстояние между кораблем и его целью составляет 8491 км. “Хорошая новость. Мы жмем педаль как только можем, и прибудем туда через пару дней”, — откликнулся пилот шаттла. Расстояние между кораблем и спутником уменьшалось на 317 км за виток. (Для этого необходимо, чтобы орбита корабля была в среднем на 33 км ниже орбиты цели. Перигей и апогей орбиты “Индевора” составляли 400 и 467 км.)

Начался первый полный рабочий день. Рано утром Нэнси Шерлок запустила эксперимент по росту бактерий в установке “Биосерв” лаборатории “Спэйсхэб” в интересах сельского хозяйства и фармацевтической промышленности.

Около 07:30 утра был начат эксперимент SHOOT (Superfluid Helium On-Orbit Transfer Test) по изучению поведения жидкого гелия. Два теплоизолирующих сосуда с гелием емкостью по 208 литров размещены на платформе в грузовом отсеке. На первом этапе эксперимента командир Рональд Грэйби выполнил серию включений двигателей шаттла, которые перевели “Индевор” в режим сальто — вращения через голову (по тангажу) с максимальной скоростью до полного витка за две минуты, а затем слегка разогнал корабль. Эти движения заставили гелий в сосудах встряхнуться. Изучение поведения жидкого гелия при этих условиях, а также эксперимент по перекачке его между двумя емкостями, который будет выполнен позже, важны для проверки возможности дозаправки спутников-обсерваторий жидким гелием, охлаждающим их до сверхнизкой температуры. После полного испарения гелия дорогостоящие телескопы становятся бесполезными (именно это случилось с телескопами IRAS и СОВЕ), поэтому перспектива их дозаправки соблазнительна.

“Мы можем подавать заявку на самую высокую мертвую петлю”, — прокомментировал ход эксперимента командир. После выполнения семи кувырков вращение было закончено, и оператор Джей Эпт передал из Хьюстона: “Скажите Рону, что он определенно поставил рекорд по количеству последовательных петель над Атлантикой”.

Дженис Восс и Джефф Визофф тем временем загружали образцы в экспериментальное оборудование в лаборатории “Спэйсхэб”. Они загрузили в печь зонной плавки кристаллы протеина. Всего в “Спэйсхэбе” запущено 13 экспериментов.

Дэвид Лоу и Нэнси Шерлок начали (по программе — около 09:45) тестирование 15-метрового дистанционного манипулятора корабля. Подвигав им в разные стороны, Лоу убедился в его надежной работе. Нэнси Шерлок будет управлять манипулятором во время выхода в пятницу.

Во вторник НАСА подтвердило продление полета до восьми дней, что сделает возможным выход Лоу и Визоффа. “Индевор” должен приземлиться на мысе Канаверал в 12:03 по Гринвичу 29 июня. НАСА охарактеризовало полет “Индевора” как “учебное пособие по космическим полетам”, имея в виду разнообразие программы. Программа включает даже несколько сот небольших научных экспериментов, подготовленных учащимися в возрасте от 5 до 18 лет школьного округа графства Чарлстон в Южной Каролине.

В 12:45 довольно неожиданно (это не было запланировано) на связь с астронавтами из Белого дома вышел Президент Клинтон. Дожидаясь в Овальном кабинете связи с бортом “Индевора”, 46-летний Клинтон помечтал вслух перед журналистами о том, чтобы отправиться на орбиту самому. “Думаю, что я еще не слишком стар и мог бы пройти по медицинским показаниям”. Наблюдая за шестью астронавтами по видеомонитору, Клинтон сказал: “Мы хотим поздравить вас со зрелищным запуском и с тем, что вы выглядите такими счастливыми. Работа экипажа на орбите, — сказал Президент, — может помочь получить поддержку Конгресса сокращенному проекту станции “Фридом”. Пока вы там, наверху, мы здесь внизу будем пытаться поддержать космическую программу и космическую станцию. Нам предстоит в ближайшие два дня важные голосования по этому проекту, и я очень надеюсь, что мы победим. И я, честно говоря, думаю, что ваша успешная работа поможет нам победить. Работая там наверху, вы помогаете нам выиграть голосование, как никто здесь внизу”.

Командир Грэйби поблагодарил Клинтона за поддержку и сказал: “Мы все полагаем, что это чрезвычайно важный проект для продолжения нашего лидерства в науке и технологии”.

Президент сказал, что радиолюбительские переговоры со школьниками и уроки с орбиты могут дать в будущем тысячи ученых, и добавил, что его 13-летняя дочь Челси — большой фанат космонавтики и космической станции. “Мы не можем дождаться, пока вы благополучно вернетесь домой. — сказал Клинтон, — Проведите время весело, узнайте много, а мы все узнаем от вас”.

Когда шестиминутный разговор кончился, Клинтон хлопнул в ладоши и провозгласил: “Они там наверху отлично выглядят, как будто они просто сидят в семейной гостиной”.

В последний раз Президент США разговаривал с астронавтами, находившимися на орбите, в январе 1992 года. Это был Джордж Буш. Командовал шаттлом тогда тоже Рональд Грэйби.

Во второй половине дня была выполнена следующая стадия эксперимента по изучению поведения жидкого гелия. В процессе его перекачки из одной емкостью в другую некоторое количество гелия вытекло наружу, сказал комментатор ЦУПа Кайл Херринг. Опасности это не представляло, и небольшое изменение процедуры прекратило утечку.

В 13:49 Грэйби выполнил еще один маневр фазирования. После него перигей составлял 402, а апогей 469 км.

К концу рабочего дня “Индевор” и “Эуре-ку” разделяли примерно 5489 км, скорость сближения составляла 343 км за виток. Экипаж отошел ко сну в 17:37.

23 июня. В 01:37 шесть членов экипажа были разбужены песней “The Smurfs” (в честь Нэнси Шерлок, прозвище которой — Smurf). К этому времени расстояние до “Эуреки” сократилось до 3200 км. К 06:00 оно уменьшилось до 2400 км.

“Манипулятор в отличной форме и готов к возвращению спутника”, — сказал представитель НАСА астронавт Джеймс Хартсфилд.

Утром астронавты проводили эксперименты по выращиванию кристаллов и обработке материалов и с биологическими объектами. Были запущены “школьные” эксперименты в контейнерах в грузовом отсеке.

Начало очередной серии маневров “Индевора”, запланированное на 05:00, пришлось отложить на 45 минут, поскольку Центр управления получил информацию о предстоящем после маневра опасном сближении корабля со ступенью ракеты-носителя “Космос”, запущенной еще в 1965 году. Ступень массой порядка одной тонны должна была пройти не более чем в одном километре от корабля. В результате отсрочки маневра на полвитка минимальное расстояние увеличилось до десяти километров. Эта задержка повлекла изменения в программе третьего дня полета.

Это четвертый случай за два последних года: дважды в 1991 году шаттлы “уворачивались” от советских ракетных ступеней, а в декабре 1992 года “Дискавери” пришлось расходиться с 10-сантиметровым неопознанным обломком. “Не думаю, что проблема стала острее по сравнению с тем временем, когда мы начинали, — сказал руководитель полета Эл Пеннингтон (El Pennington). — Мы всегда работали с расчетом на то, что может потребоваться маневр для ухода от куска космического мусора”. Техника же обнаружения орбитального мусора за это время улучшилась. “Может быть, поэтому мы видим больше”.

По состоянию на середину среды Космическое командование США, наблюдающее к этому моменту за 7343 объектами на околоземной орбите, предупредило НАСА о пяти возможностях опасного сближения, но только одна из них потребовала вмешательства.

Обычно, сказал главный аналитик Космического командования по контролю космического пространства Макс Клэйтон (Мах Clayton), за полет случается 4 — 5 таких предупреждений. Старший специалист Центра Джонсона по исследованию космического мусора объясняет обилие опасностей для “Индевора” высокой орбитой и уменьшением солнечной активности.

Тем временем была успешно выполнена третья стадия эксперимента SHOOT; перекачкой гелия управляли специалисты из Центра космических полетов имени Годдарда, а Рональд Грэйби возмущал процесс включением двигателей.

Брайан Даффи начал эксперимент по отработке оборудования и процедур обслуживания космической станции “Фридом” в модуле “Спэйсхэб”. Удерживаемый креплениями для ног, он паял электрические контакты на печатной плате. Позже, в среду, он удалял припой с соединений. Целью эксперимента является испытание двух образцов креплений на рабочем месте.

Экипаж сообщил об успешном сеансе радиолюбительской связи со школьниками Мехико и Хьюстона.

Лоу и Визофф с помощью Даффи проверили свои скафандры и системы жизнеобеспечения. Оба скафандра готовы к выходу.

Рональд Грэйби выполнил еще два маневра (в 13:08 и, через пол-витка, в 13:55). После второго из них “Индевор” вышел на так называемую ко-эллиптическую по отношению к траектории “Эуреки” орбиту. В результате апогеи и перигеи обеих орбит расположены друг под другом, причем “Индевор” летит ниже примерно на 6 километров и поэтому приближается к цели на 59 км за 94-минутный виток. На 16:30 расстояние составляло 539 км.

Нэнси Шерлок выполнила отличный снимок Багамских островов для школьного эксперимента CAN-DO.

Эксперимент EFE (Environmental Control and Life Support System Flight Experiment) — испытание экспериментальной установки для очистки воды в невесомости — окончился неудачей. Установка оказалась засорена, и попытка Дэвида Лоу исправить ее “на ходу” не удалась. Эксперимент проводился в целях создания системы регенерации воды из конденсата, мочи и отработанной воды для использования на космической станции. Вторая часть эксперимента запланирована на субботу.

Работа в “Спэйсхэбе” была закончена к 15:00.

24 июня. Настал день встречи с “Эурекой” (рис. 2). По плану встреча должна была состояться около 09:27, а захват — около 09:42. Около 01:00 EDT Центр управления разбудил экипаж песней 1974 года “Встреча” (Rendezvous, “Хадсон Бразерз”). “Вы знаете, какой сегодня день?” — спросила из Хьюстона астронавт Сьюзен Хелмс. Она сообщила, что расстояние между “Индевором” и целью составляет всего 195 км и сокращается на 61 км за виток. “Вы почти там”. — “Хорошо. Мы не можем ждать”, — ответил Грэйби.

К 04:20 “Индевор” и “Эуреку” разделяли 74 км, а к 06:00 — 46 км. На протяжении четырех часов астронавты выполнили пять включений двигателей для того, чтобы оказаться 14,5 км позади своей цели.

Около 07:27, находясь в 15 километрах позади и ниже “Эуреки”, командир выполнил маневр начала перехвата. Начался последний двухчасовой этап сближения. Примерно через час Грэйби перешел на ручное управление и стал подходить к цели.


Рис.2
ИСЗ “Эурика”

После выдачи команды из центра управления спутником в Дармштадте (ФРГ) две солнечные батареи “Эуреки” сложились и зафиксировались, однако две антенны сложились не до конца. Они не дошли до конечного положения всего на несколько сантиметров (одна на 4, другая — на 2 процента), и их не удалось зафиксировать. Хотя двое астронавтов были готовы к экстренному выходу, он был признан излишним. “Захвату не мешает. Потом посмотрим, какие будут идеи”, — передал Джей Эпт решение ЦУПа.

Когда “Индевор” и “Эурека” летели на высоте 476 км над Тихим океаном северо-восточнее Австралии, командир корабля Рональд Грэйби осторожно подвел “Индевор” на расстояние в 10,7 м. Дэвид Лоу подвел к нему 15-метровый манипулятор и в 09:53, с опозданием всего на несколько минут против графика, захватил 4,5-тонную “ Эуреку” величиной с небольшой автомобиль за специальную рукоятку. “Хьюстон”, “Индевор”. Захватили”, — доложил Грэйби.

“Индевор”, эврика! Здесь множество смеющихся лиц и — вы, наверное, слышите — все аплодируют. Прекрасная работа”, — ответил Эпт.

” Эурека” должна была быть уложена в грузовой отсек через 25-30 минут после захвата, но пока велись переговоры между Хьюстоном и Дармштадтом, “ Индевор” несся вокруг Земли с “Эурекой” на конце манипулятора. Экипаж при помощи камкордера передал на Землю кадры, на которых видна потрепанная теплоизоляция под штыревой антенной. Возможно, это связано с неполным складыванием. Одна из антенн — штыревая — имеет длину от 2,1 до 2,4 м, вторая — “тарелка” диаметром 46 см. Только через три часа после захвата и решения ЦУПа о возможности продолжения работы Лоу бережно уложил спутник на его место в задней части грузового отсека. Астронавту потребовались несколько попыток для того, чтобы закрепить спутник в замках. В 12:36 операция была закончена, и в 12:42 оборудование “Эуреки” было через кабель подключено к бортовой сети. “Мы вполне уверены, что сможем привезти “ Эуреку” домой, и мы очень благодарны, что она уже сидит в грузовом отсеке”, — сказал руководитель программы Экарт Граф (Eckart Graf).

Дженис Восс закончила работу в “Спэйсхэбе” через несколько минут после 15:00, и астронавты отправились спать. “Индевор” продолжал полет по орбите с перигеем 472 и апогеем 481,5 км.

Тем временем, оба ЦУПа (в США и ФРГ) думали, как поступить с застрявшими антеннами. Вечером группа безопасности НАСА пришла к выводу о том, что даже если антенны останутся незакрепленными, они ничего не повредят при спуске с орбиты. Тем не менее, руководитель полета Гэри Коэн (Gary Соеп) сказал, что Лоу попытается во время выхода дожать антенны до замков, которыми будет управлять центр в Дармштадте. Если это не удастся, антенны будут привязаны ремнями. Для этого длительность выхода увеличивается до 5 часов.

25 июня. Центр управления поднял экипаж в 01:07 звуками “Прогулки жизни” (Walk of Life, “Дэйр Стрэйтс”). Выход должен был начаться в 09:02.

Командир Грэйби рано утром выполнил торможение с использованием двигателей орбитального маневрирования, которое привело к снижению перигея на 83 километра. Маневр выполнен для улучшения условий посадки в день окончания полета. После этого перигей составлял 389 км, апогей — 474 км, период чуть больше 93 минут.

За четыре часа до выхода Дэвид Лоу и Джефф Визофф одели скафандры и перешли на дыхание чистым кислородом для десатурации. По графику открытие люка было намечено на 08:42, начало работы с антеннами “ Эуреки” — на 09:57 и окончание выхода — на 14:02.

Двое астронавтов вышли в грузовой отсек “Индевора”, распахнутый на высоте 387 км над Землей. Для обоих это был первый выход. Первым заданием было попытаться зафиксировать антенны “Эуреки”. Дэвид Лоу закрепил “якорь” для ног на конце манипулятора, взгромоздился на него и медленно двинулся к цели. Манипулятором управляла из кабины “Индевора “ Нэнси Шерлок. Поездка заняла целых 90 минут, отличное телевизионное изображение передавалось в Хьюстон. Пролетая над Большим каньоном в Аризоне, Лоу выразил свое восхищение великолепным видом. Был один момент, когда Лоу воскликнул: “У меня только что было такое ощущение, будто я падаю все 250 миль!”

“Я видел, как Луна садится за твоей головой, и видел, как поднимается Земля”, — сказал своему напарнику Визофф.

Наконец, Лоу был доставлен к незакрепленным антеннам спутника и слегка прижал их. Как и следовало ожидать, антенны сели на место. Операторы в Дармштадте привели в действие замки. “Объявляем победу: обе антенны зафиксированы. Хорошая работа”, — передал ему из Хьюстона около 11:00 оператор Карл Мид. Тем не менее, работа с “Эурекой” отняла около трех часов — вдвое больше, чем на нее отводилось.

Вернувшись к первоначально разработанному заданию, Лоу, подняв Визоффа за талию, “ехал” на конце манипулятора и покачивал своим компаньоном из стороны в сторону в своеобразном “танце”, демонстрируя возможность уверенно обращаться с новой камерой для “Хаббла”. Оба астронавта были связаны с шаттлом и между собой. Задачи такого рода оказались трудными при отработке в гидроневесомости, и НАСА решило провести проверку в реальных условиях выхода, используя в качестве имитатора переносимого груза астронавта, масса которого в полном снаряжении достигает 220 килограммов. Из-за недостатка времени астронавты не стали меняться ролями.

В порядке отработки способов сборки в открытом космосе Визофф, закрепившись на конце манипулятора, занимался отворачиванием и заворачиванием болтов при помощи большого ключа. Он оценивал различные способы крепления для облегчения работы и разные захваты для приложения силы к ключу.

Выход продолжался 5ч 50 м и не оставил астронавтам свободной минуты. Лоу и Визофф ненадолго задержались у входного люка для того, чтобы бросить “последний взгляд”, как сказал Лоу, на Землю. Около 15:00 они возвратились в кабину.

Гэри Коэн подтвердил, что закрепление антенн имело достаточно высокий приоритет, чтобы пожертвовать некоторыми запланированными задачами. Кроме того, ремонтная работа должна была произвести должное впечатление на репутацию НАСА в Конгрессе. “Я хотел бы надеяться, что работа экипажа произвела на них впечатление”, — сказал корреспондентам Коэн. — НАСА считает, что и основная цель выхода — узнать больше о том, как работать в отсутствие силы тяжести — была выполнена.

Восьмичасовой период сна начался в 17:37.

26 июня. В субботу Центр управления дал экипажу “Индевора” проспать 8,5 часов и разбудил его в 02:07 мелодией “Праздника” Мадонны. “Похоже на праздник. Может, мы прогуляемся вокруг Земли”, — сказал Брайан Даффи. “Ребята, нам хочется поздравить вас с большой работой, которую вы уже выполнили в полете”, — ответил ЦУП.

“Люди в Европейском агентстве вне себя от радости. Мы получили от них несколько посланий с поздравлениями и благодарностями”, — сообщил экипажу Эл Пеннингтон.

“В последние дни у них была очень тяжелая работа, они спали меньше, чем были должны”, — сказал об астронавтах Пеннингтон. — “Сегодня режим полегче, они будут работать над несколькими экспериментами в “Спэйсхэбе”. “Впрочем, — добавил Пеннингтон, — не заметно, чтобы астронавты устали очень сильно”.

“Индевор” продолжал полет по орбите высотой 387x474 км.

Суббота была полностью посвящена экспериментам, в основном, в лаборатории “Спэйсхэб”. Дженис Восс в эксперименте LEMZ (Liquid Encapsulated Melt Zone) выращивала кристалл сплава индия и висмута методом зонной плавки. Проводились технологические и биологические эксперименты.

Рональд Грэйби провел часть дня за управлением тремя фотоаппаратами, снимающими Землю по заданию чарлстонских школьников. Целью эксперимента было сравнение новых фотографий со сделанными 20 лет назад со “Скайлэба”. Командир фотографировал Западную Африку и пылевую бурю в Сахаре, а остальные члены экипажа вглядывались в иллюминатор “Спэйсхэба”. “К сожалению, все что вы сможете оттуда увидеть — это прекрасный вид Африки”, — передал Джей Эпт Дэвиду Лоу.

Астронавты должны были также выяснить, как будет работать топливный элемент после выключения его на 46 часов. Отключение энергоустановок корабля может потребоваться при длительном его нахождении в комплексе с космической станцией. Для этого планировалось выключить вспомогательную энергетическую установку номер 3. Однако, когда Брайан Даффи отключал ее, команда на закрытие клапана на магистрали водорода выполнена не была. Вероятно, клапан заело. Руководители полета предложили прекратить эксперимент и включить установку вновь, что и было без проблем сделано. Эксперимент может быть повторен в воскресенье с одной из двух остающихся энергоустановок, если удастся понять причину неполадки. Он также запланирован в еще двух полетах.

Более удачен был эксперимент по перекачке воды между двумя прозрачными баками диаметром в один фут (30 см) на средней палубе шаттла, в котором участвовали Джефф Визофф и Брайан Даффи. Эксперимент называется FARE (Fluid Aqcuisition and Resupply Experiment) и предназначен для проверки работы фильтров и опробования техники дозаправки кораблей и спутников в полете. Пилот обеспечивал возмущения путем включения двигателей ориентации. Джефф Визофф сообщил о нежелательном явлении — необычно большом числе крупных пузырей.

Экипаж намеревался наблюдать за стартом с мыса Канаверал ракеты “Дельта” со спутником глобальной навигационной системы “Навстар”. Старт РН был намечен на 09:04 EDT. Однако, из-за облачной погоды и наличия судов в запретном районе запуск был отложен и состоялся в 09:27 EDT, когда “Индевор” был уже далеко от Флориды.

Нэнси Шерлок испытывала осциллограф и электроизмерительный прибор в рамках эксперимента по оценке средств и систем диагностики, которые могут быть использованы на станции “Фридом”. Шерлок проверяла макет печатной платы и передавала через компьютерную линию наземным специалистам свои замечания и результаты ремонтных операций.

В телевизионном интервью CNN с орбиты около 13:22 Дэвид Лоу делился своими впечатлениями. “Эуреку” оказалось поймать легче, чем ожидалось, сказал он. Говоря о работе в открытом космосе, Лоу объяснял: “Когда вы смотрите на Землю изнутри корабля, вам никогда не кажется, что вы падаете. Но когда вы входите наружу и под вами действительно ничего нет... Вчера был момент, когда я действительно почувствовал, что я вишу на поручне в 250 милях над Землей”. Лоу сказал, что он устал, толкая антенны, но не жалеет об этом. “Это было одно из самых волнующих дел, которые мне приходилось делать в жизни”. “Но лучше всего, — сказал Лоу, — был великолепный вид оттуда”,

Рабочий день экипажа закончился около 14:30.

Тем временем в субботу 26 июня на стартовый комплекс 39В был вывезен корабль “Дискавери” для запуска 17 июля по программе STS-51.

27 июня. В воскресенье в 00:37 для подъема экипажа была передана песня “Ты мой” (I Got You) в исполнении Джеймса Брауна, любимая песня Дэвида Лоу. Корабль продолжал полет по той же орбите.

Астронавты проводили в “Спэйсхэбе” эксперимент по порошковой металлургии. Экипаж выполнял эксперименты по выращиванию кристаллов, исследовал условия освещения и уровни шума в обитаемых отсеках, состояние и позу, в которое приходит человеческое тело в невесомости. Последний эксперимент (Neutral Body Position Study) включал видеосъемку и фотографирование членов экипажа, висящих в расслабленном состоянии.

Джефф Визофф прогнал в кабине шаттла несколько циклов на установке FARE. Нэнси Шерлок занималась “Оценкой человеческого фактора” (Human Factor Assessment). Закрепившись на рабочем месте и зафиксировав перед собой персональный компьютер-блокнот, она вела имитацию расчета для двигательной установки космической станции. Эксперимент направлен на создание максимальных удобств при использовании компьютеров в полете.

Рональд Грэйби сообщил о выполненных для школьников Южной Каролины фотографиях Восточного побережья США, полуострова Баха, Африки. Кроме этого, по школьной программе выполняются эксперименты с семенами листовой капусты, хлопка, магнитами, растворением пузырьков и даже с губной помадой.

НАСА рассматривало возможность продления полета на один день для ремонта установки и продолжения эксперимента по регенерации воды, выполняемого по заданию Отдела космической станции НАСА. НАСА оценивает потребности четырех астронавтов станции “Фридом” в воде в 23 кг в день, и в отсутствие такой установки потребуется доставка до 10 тонн воды раз в три месяца.

Прототип установки для регенерации воды не работал должным образом с самого старта. Экипаж не мог прогнать подкрашенную йодистым калием воду сквозь фильтры, чтобы убедиться в работоспособности системы в невесомости: по-видимому, линия подачи засорена. На Земле установка давала пригодную для питья воду.

На случай решения о продлении полета Центр управления дал задание Нэнси Шерлок открутить винты панели, за которой находится оборудование. Это даст некоторый выигрыш во времени. Нэнси и ассистировавший ей Брайан Даффи удалили 27 из 35 винтов.

Наутро понедельника астронавтам запланирован трехчасовой ремонт установки с прочисткой линии. Если ремонт будет успешен, а прогноз погоды на среду — благоприятен, полет может быть продлен, сказал представитель НАСА Джефф Карр. Запасов энергии, топлива и пищи хватит до среды, причем неприкосновенный двухсуточный запас использован не будет. Вероятно, решение будет принято на совещании руководителей полета утром в понедельник.

Параметры орбиты корабля составили: перигей — 385 км, апогей — 474 км, период — 93м 21с.

Посадка в среду возможна около 08:01 EDT (12:01 GMT). Если полет не будет продлен, “Индевор” должен сесть во вторник в 08:44 EDT (12:44 GMT). Запасная возможность — в 10:24 EDT.

Астронавты отправились спать на час позже запланированного времени.

28 июня. Собственно, подъем экипажа состоялся еще в 23:37 в воскресенье. На этот раз ЦУП передал песню “Поймай падающую звезду” (Catch a Falling Star) в исполнении Перри Комо.

Утром Грэйби и Даффи выполнили стандартную предпосадочную проверку систем управления и оборудования пилотской кабины и опробовали двигатели.

Программа на понедельник подверглась изменениям, связанным с ремонтом установки по регенерации воды. Работа заняла больше отведенных трех часов; через два часа после ее начала ЦУП рекомендовал Нэнси Шерлок не тратить время на телепередачу своих действий. В начале Нэнси не удавалось снять панель, закрывающую доступ к установке; затем, после попытки запустить насос в обратную сторону и прочистить линию подачи воды, она не смогла закрыть до конца клапан, который открыла. После шестичасовых усилий троих астронавтов (Шерлок, Восс и Даффи) система была включена, но начала капать, и Хьюстон дал указание: “Приводите ее в порядок и бросайте это дело”. Нэнси ответила: “Передайте мои извинения парням — мы не смогли добить это дело”.

Соответственно было решено закончить полет во вторник, как и планировалось после начала полета. “Если позволит погода, мы садимся завтра”, — передал на борт Джей Эпт. Прогноз обещает низкие облака и дождь.

Астронавты в некоторой суете закончили и стали сворачивать научные эксперименты и занялись подготовкой к возвращению на Землю. Два пилота шаттла тщательно проверили навигационные системы и выполнили пробное включение двигателей маневрирования “Индевора”. Однако нет уверенности в том, что погода позволит приземлиться во вторник. На мысе Канаверал идет дождь.

Традиционная предпосадочная пресс-конференция началась около 07:37 EDT. Дженис Восс не забыли спросить, прыгала ли она вверх и вниз от радости. Восс ответила, что не прыгала, поскольку здесь нет верха и низа, и могла только считать, сколько сальто подряд она сможет сделать в “Спэйсхэбе”. Нэнси Шерлок, тоже совершающая первый полет, не нашла подходящих прилагательных для описания своих ощущений. Лоу сказал, что почти все работы, связанные с предстоящим ремонтом “Хаббла”, “мы смогли сделать достаточно хорошо и сравнительно легко”.

Астронавты выразили удовлетворение тем, что новый проект космической станции получил поддержку в Палате представителей — большинством в один голос.

Экипаж был отправлен спать чуть позже 15:00.

Шаттл продолжал полет по орбите высотой 385x474 км.

Прогноз на вторник в общем благоприятен, но обещает возможность облачности и ливня к первой возможности посадки и усиление ветра ко второй.

29 июня. Песня Леса Пола и Мэри Форд “Мой бэби возвращается домой” разбудила шестерых астронавтов “Индевора” в 23:07 вечером в понедельник. “Хотя я собираюсь пропустить это великолепное зрелище, я жду не дождусь увидеть мою маленькую бэби “, — ответила Нэнси Шерлок. Центр управления сообщил, что погода, кажется, будет благоприятной для посадки во Флориде в 08:44-08:45 EDT.

Астронавты закрыли створки грузового отсека и выполнили необходимые приготовления к посадке. Двигатели нужно было включить на торможение в 07:34, после чего корабль должен был в 08:13 войти в атмосферу. Но “Индевору” все же не было суждено приземлиться 29 июня. Самолет-разведчик сообщил о наличии низкой облачности в пределах 55 км от посадочной полосы. Поскольку шаттл садится без двигателей и не может уйти на второй круг, посадка в условиях плохой видимости не допускается. НАСА отложило посадку на один виток — с 08:44 на 10:23 EDT. “Мы очень надеемся на то, что разрешим вам сесть на следующем витке”, — передал в 06:23 из Хьюстона астронавт Кэртис Браун. “О'кей, мы посидим и подождем”, — ответил Грэйби.

Когда было нужно принимать решение о посадке на следующем витке, небо над мысом Канаверал почти прояснилось, но не было уверенности, что оно останется таким до момента посадки. Всего за 4 минуты до торможения и схода с орбиты “Индевора”, запланированного на 09:14, Кэртис Браун передал Рональду Грэйби, что повышающаяся температура и вероятность ливня в 30 мильной зоне вокруг мыса Канаверал делают посадку слишком рискованной. “Мы намерены пропустить этот день и позволить вам остаться наверху еще на сутки”, — сказал Браун. — “Мы все это понимаем”, — ответил Грэйби. Дополнительным обоснованием отсрочки было то, что прогноз на среду был хороший, сказал “ответственный за погоду” астронавт Кевин Чилтон.

НАСА не рассматривало возможность посадки во вторник на авиабазе Эдвардс. Теперь посадка “Индевора” была назначена на 07:59 EDT (11:59 GMT) в среду, и Браун обещал экипажу, что в среду они вернутся на Землю — если не на Канаверал, то на Эдвардс. Со следующего витка “Индевор” может сесть в 09:29 в Калифорнии или в 09:38 во Флориде, и еще полтора часа спустя — в 11:08 в Калифорнии. Посадка в Калифорнии на этот раз особенно нежелательна, поскольку отнимет не только от 1 до 3 миллионов долларов, но и минимум неделю, необходимую для перевозки во Флориду, от плотного графика подготовки к следующему полету “Индевора” — к Космическому телескопу имени Хаббла. Текущий полет уже был задержан на полтора месяца, и только расходы на сверхурочные работы, которые потребуются после посадки на Эдвардс, НАСА оценивает в пять миллионов.

Поскольку корабль остался на орбите, потребовалось вновь открыть грузовой отсек, створки которого несут радиаторы системы терморегулирования шаттла. Грэйби сообщил, что, по бортовым данным, замки не освободили двери полностью. Центр управления ответил, что компьютер ошибается и створки в действительности свободны. После этого Грэйби раскрыл створки, используя ручное управление.

Специалистам НАСА пришлось шарить по планам в поисках работ на девятый день. Расконсервировав некоторые системы, необходимые для продолжения полета и сообщив о состоянии научной аппаратуры на средней палубе, астронавты провели несколько оставшихся до раннего сна часов, отдыхая и фотографируя Землю. Вся научная аппаратура была законсервирована, и эксперименты не возобновлялись. В 15:07 начался период сна.

30 июня. Наутро прогноз оказался в точности таким же, как и накануне: переменная облачность и вероятность дождя. ЦУП разбудил экипаж традиционной для дней посадки мелодией “Луни тьюнз”. “Не хочется вам этого говорить, но я думаю, что ваш полет кончается. Все, ребята!”

Около 04.00 EDT астронавты во второй раз закрыли створки грузового отсека, затем надели свои оранжевые скафандры и приготовились к спуску. И вновь первая попытка (торможение 06:48, посадка 07:59) была отменена из-за облаков, опасности ливня и гроз, несущихся над Флоридой.

Руководители полета решали, можно ли сажать корабль во Флориде (в 09:38) или в Калифорнии (в 09:29). Грэйби, несколько озабоченный, спросил, долго ли им еще летать; Браун ответил, что припасов хватит до пятницы. В итоге решение выглядело следующим образом: садиться на мыс Канаверал или отложить посадку еще на день. Кэртис Браун передал на борт, что “Мы собираемся попробовать на KSC (Центр Кеннеди) еще раз, и если радости не будет, мы будем садиться на KSC или на Эдвардс завтра”.

Вторую возможность посадки на мыс Канаверал тоже пропустили. И на Эдвардс решили не сажать, хотя там небо было ясное. Посадка перенесена на четверг 1 июля (в 07:14 или 08:52 на посадочной полосе мыса Канаверал либо в 08:44 или 10:22 EDT на базе Эдварде). Прогноз на четверг обещал сохранение погоды в Калифорнии и улучшение ее во Флориде.

“Мы тут уже просто смеемся... Мужики, интересно, вы смотрели фильм “День сурка”?” — осведомился пилот Даффи. (В фильме телевизионный специалист по погоде “зацикливается” на одном и том же дне.)

Больше всего астронавтов, кажется, интересовало, сколько им еще предстоит выпить воды. Питье значительного количества воды является обязательной процедурой в день посадки, предназначенной для борьбы с дегидратацией организма. “Мы уже, видимо, самый гидратированный экипаж на орбите”, — отметил Рональд Грэйби. И в четверг экипажу предстояло напиваться третий день подряд.

Всего во второй раз за 12 лет и 56 полетов шаттлов посадку пришлось второй раз откладывать на сутки. В первый раз упорно хотели посадить на мыс Канаверал “Колумбию” в январе 1986 года, но все равно посадили на Эдвардс. Через две недели погиб “Челленджер”.

(Похоже, НАСА, обрадовавшись тому, что ему в последние два года, наконец, удается выдерживать график полетов, вновь возвращается к принципу “если нельзя, но очень хочется, то можно”. — И.Л.)

“В четверг мы не отменим посадку из-за погоды. Разве что в случае неполадки”, — сказал руководитель полета Джефф Бантл. Он оценил шансы на посадку во Флориде в “50 на 50, может быть, немного лучше”.

У шести астронавтов оказался еще один выходной. Только Дэвид Лоу намеревался выполнить медицинский эксперимент с нагрузкой на велоэргометре в качестве противодействия состоянию головокружения, иногда испытываемому астронавтами после посадки. Результаты эксперимента будут сравниваться с полученными до полета, на третий день, и после полета.

Посадка “Индевора”

1 июля. Центр управления пошутил в очередной раз и разбудил астронавтов песней “Я буду дома к Рождеству” в исполнении Перри Комо. “Мы уверены, что вернемся домой к Рождеству, — ответил Даффи. — Сегодня Рон видел свою тень, и мы предсказываем раннее возвращение”. (Еще один намек на “День сурка”: американцы говорят, что сурок из Панксатони вычисляет, когда кончится зима, по длине своей тени.)

Погода на мысе Канаверал наконец-то пришла в норму, НАСА назвало прогноз “обнадеживающим”. Около 05:15 экипаж “Индевора” в третий раз закрыл створки грузового отсека, надел скафандры, зафиксировался в креслах. “Если мы проделаем это еще раз, мы узнаем друг о друге гораздо больше, чем мы хотим знать”, — пригрозил Грэйби операторам Центра. И в 07:30, наконец, пилоты “Индевора” получили разрешение на сход с орбиты.

В 07:41 Рональд Грэйби запустил тормозные двигатели, и “Индевор” сошел с орбиты. Примерно через 20 минут корабль вошел в атмосферу и стал тормозиться. Шаттл прошел над Мексикой, Техасом, Мексиканским заливом, со скоростью 4 Маха пересек западное побережье Флориды, над Орландо был слышен двойной удар при переходе шаттла на дозвуковую скорость. Выполнив разворот в ясном флоридском небе со скоростью 465 км/час, в 08:52:16 EDT (12:52:16 GMT) основное шасси “Индевора” коснулось трехмильной бетонной посадочной полосы N33. Тон и команда, приятно видеть вас дома”, — произнес в Хьюстоне Кэртис Браун, когда шаттл остановился. — “Быть дома — это отлично”, — ответил Грэйби.

После посадки произошел необычный разговор между экипажем “Индевора” и экипажем “Дискавери”, работающем в корабле в ходе пробного отсчета на стартовом комплексе 39В в 7,4 км от них. “Если бы мы знали, что вы там, мы бы пролетели над стартовой площадкой”, — сказал Грэйби командиру “Дискавери” Калбертсону. — “Мы искали вас. Мы как раз хотели поздравить вас с очень продуктивным полетом и отличной посадкой. И знайте: мы вам наступаем на пятки”. — “Большое спасибо. У вас будет важный полет, и я знаю, что вы сможете”. В первый раз подобный разговор случился в 1985 году. Через 45 минут после посадки астронавты покинули свой корабль, и позже в четверг должны были вернуться в Хьюстон.

“Индевор” выполнил 154 витков вокруг Земли и прошел более 6,5 миллионов километров. Он привез на Землю побитую микрометеоритами “Эуреку” с 15 приборами и 71 экспериментом — кристаллы, семена, споры грибов, бактерии, яйца креветок, ловушки космической пыли, солнечные датчики, рентгеновский и гамма-телескоп. В лаборатории “Спэйсхэб” были выполнены эксперименты по материаловедению и космической биологии. Астронавты восторженно отзывались об оранжерее, несмотря на то что им пришлось подправлять регулятор температуры, который пытался держать ее в диапазоне 15-20 градусов.

ИТОГИ ПОЛЕТА
Космический корабль: “Индевор” — 4-й полет (Endeavour OV-105, внешний бак ЕТ-58, твердотопливные ускорители RSRM-32)
Старт: 21 июня 1993,13:07:22 GMT (09:07:22 EDT, 17:07:22 ДМВ)
Место запуска: США, Флорида, Космический центр имени Дж.Ф.Кеннеди, стартовый комплекс 39В.
Посадка: 1 июля 1993,12:52:16 GMT (08:52:16 EDT, 16:52:16 ДМВ)
Место посадки: Космический центр имени Дж.Ф.Кеннеди, полоса N33
Длительность полета: 9сут 23ч 44м 54с, 154 витка
Начальная орбита: наклонение — 28 град, апогей — 393 км, перигей — 467 км, период обращения — 93,1 мин.
Задание: Spacehab 01, возврат Еuгеса
Экипаж:
командир: полковник ВВС США Рональд Джон Грэйби (Ronald John Grabe), 4-й полет, 194-й астронавт мира, 109-й астронавт США
пилот: полковник ВВС США Брайан Даффи (Brian Duffy), 2-й полет, 267-й астронавт мира, 167-й астронавт США
руководитель работ с полезной нагрузкой и специалист полета-1: Джордж Дэвид Лоу (George David Low), 3-й полет, 224-й астронавт мира, 135-й астронавт США
специалист полета-2:
капитан Армии США Нэнси Джэйн
Шерлок (Nancy Jane Sherlock), 1-й полет, 293-й астронавт мира, 183-й астронавт США
специалист полета-3: Питер Джеффри Келси 'Джефф' Визофф (Peter Jeffrey Kelsay 'Jeff' Wisoff), 1-й полет, 294-й астронавт мира, 184-й астронавт США
специалист полета-4: Дженис Элэйн Восс (Janice Elaine Voss), 1-й полет, 295-й астронавт мира, 185-й астронавт США
США. Подготовка к запуску “Дискавери” по программе STS-51

24 июня — 4 июля. И. Лисов по материалам НАСА. Одновременно с подготовкой “Индевора” к полету STS-57 в Космическом центре имени Кеннеди велась подготовка еще двух полетов. “Дискавери” готовили к полету STS-51, намечаемому на середину июля, а “Колумбию” — к полету STS-58 в августе.

Основными задачами 17-го полета КК “Дискавери” являются выведение на орбиту экспериментального спутника ACTS для проверки новых технологий связи, выведение и возвращение немецкой астрофизической платформы ORFEUS-SPAS. Помимо этого, двое астронавтов должны выполнить 6-часовую работу в открытом космосе.

19 июня “Дискавери” был переведен из корпуса подготовки орбитальной ступени в 1-й отсек здания вертикальной сборки (VAB Bay 1), где его установили на подвижную стартовую платформу ML-3 и состыковали со связкой из внешнего бака ЕТ-59 и комплекта твердотопливных ускорителей RSRM-33.

В ночь с 24 на 25 июня на стартовый комплекс 39В были доставлены грузы шаттла — спутник ACTS и платформа ORFEUS-SPAS.

26 июня “Дискавери” вывезли на стартовый комплекс 39В, с которого всего 5 дней назад ушел в полет “Индевор”. На следующий день спутник ACTS с межорбитальным буксиром TOS и платформа ORFEUS-SPAS были загружены в грузовой отсек.

28 июня для участия в пробном предстартовом отсчете на мыс Канаверал прибыл экипаж “Дискавери”: командир Фрэнк Калбертсон, пилот Билл Редди, специалисты полета Джим Ньюмэн, Дэн Борщ и Карл Уолз. Пробный отсчет был успешно выполнен 30 июня и 1 июля.

1 июля в Космическом центре имени Кеннеди состоялось заседание комиссии по проверке готовности полета STS-51. В результате руководители полета назначили старт на 09:22 по восточному летнему времени (EDT; 13:22 по Гринвичу) 17 июля.

Корабль должен быть выведен на орбиту с наклонением 28,5 гр. и высотой 296 км. Пятеро астронавтов проведут в полете 9 дней и 22 часа. Посадка должна состояться в Космическом центре имени Кеннеди 27 июля.

далее