вернёмся в библиотеку?
Русский архив 1904 г кн 3, с 287
Если Вы не видите дореволюционных „ятей", установите шрифт Palatino Linotype или читайте на современном
(отрывок)

СРАЖЕНІЕ ПРИ КУРЮКЪ-ДАРА.

(Изъ воспоминаній Н. П. Поливанова).

Въ концѣ Апрѣля 1854 года я былъ опредѣленъ юнкеромъ въ Эриванскій карабинерный полкъ. Получивъ подорожную и конверты изъ штаба и изъ канцеляріи намѣстника къ командующему войсками на Турецкой границѣ князю В. О. Бебутову, я выѣхалъ изъ Тифлиса въ Александрополь. На станціяхъ встрѣчались мнѣ партіи солдатъ выздоровѣвшихъ отъ ранъ, полученныхъ въ сраженіи съ Турками подъ Башкадыкляромъ 19 Ноября прошлаго 1853 года. Они разсказывали про удаль нашихъ девяти тысячъ противъ сорокатысячной Турецкой арміи хорошо вооруженной и обученной. Многіе изъ разсказчиковъ были украшены Георгіевскими крестами и сожалѣли, что ихъ выписали «въ чистую».

Въ Александрополѣ я пошелъ къ командующему. Въ пріемной было человѣкъ пять. Дежурный ординарецъ, въ формѣ линейскаго казака съ Георгіевскимъ крестомъ, принялъ отъ меня бумаги и отнесъ въ кабинетъ князя Бебутова. Ординарецъ этотъ былъ Д. И. Романовскій, разжалованный изъ капитановъ генеральнаго штаба*). Въ пріемную вышелъ князь Василій Осиповичъ Бебутовъ. Обойдя явившихся, онъ


<...>


флангъ и принялъ надъ нимъ начальство. Немедленно ракетная команда выдвинута на правую оконечность фланга и начала дѣйствовать противъ уланъ и баши-бузуковъ. Это неожиданное и странное оружіе произвело желанный успѣхъ. Кавалерія, стоявшая твердо подъ картечью и пулями, не могла выстоять подъ ракетами. Ракеты разомъ остановили натискъ и произвели безпорядокъ въ колонахъ. Тогда линейные казаки, три сотни Донцовъ, драгуны Его Высочества и мусульманская бригада бросились въ атаку. Башибузуки и уланы не выдержали атаки. Турецкая конная батарея, подоспѣвшая на поддержку кавалеріи, едва снялась съ передковъ, была уже въ рукахъ Донцовъ и Линейцевъ полковника Скобелева, которые, изрубивъ прислугу, овладѣли тремя орудіями этой батареи. Турецкая колона пѣхоты пошла въ штыки на шесть ротъ Ряжскаго полка. Силы были несоразмѣрны, Ряжцевъ подкрѣпили драгуны Его Высочества, и Турецкая пѣхота была опрокинута. Прибывшіе съ лѣваго фланга канонеры драгунскаго Паскевича полка пошли также въ атаку; тогда непріятельскій центръ отступилъ, и правый флангъ его уже былъ оттѣсненъ отъ Кара-яла. Чтобъ нанести послѣдній ударъ, князь Бебутовъ лично повелъ въ атаку на Турецкую колону два батальона Тульскаго полка, батарею полковника Де-Сажа, Донскую батарею и всю кавалерію бывшую подъ рукой, два дивизіона драгунъ Паскевича полка, охотниковъ полковника Лорисъ-Меликова и даже свой собственный конвой. Успѣхъ нашъ на лѣвомъ флангѣ и въ центрѣ не позволилъ непріятелю долго противустоять этой рѣшительной атакѣ, и здѣсь непріятель долженъ былъ отступать. На нѣсколькихъ пунктахъ Турки дѣлали попытки удержать натискъ, но безуспѣшно. Дружный напоръ нашихъ войскъ скоро обратилъ отступленіе въ рѣшительное бѣгство. Четыре орудія драгуны отбили во время преслѣдованія. Въ ужасѣ бѣжали Турецкія колоны отъ преслѣдованія нашей кавалеріи, которая рубила и топтала бѣгущихъ, бросавшихъ ружья, ранцы, патронташи. Ура, ура! раздавалось по нашимъ войскамъ, и тучи чугуна и свинца посылали мы въ слѣдъ бѣгущаго непріятеля. Далеко преслѣдовать мы не могли. Съ восхода солнца до полудня длился бой безъ отдыха, заряды были на исходѣ, раненые оставались въ полѣ безъ помощи, до трехъ тысяхъ выбыло у насъ изъ строя и слишкомъ двѣ тысячи плѣнныхъ было у насъ на рукахъ. Свѣжихъ войскъ, не бывшихъ въ бою, мы не имѣли. Войска остановлены.

Еще гремѣли наши орудія, еще не простыли стволы нашихъ ружей, еще свѣжа была кровь на штыкахъ и шашкахъ, когда любимые Кавказомъ, храбрые полководцы князь Бебутовъ, князь Барятинскій, генералъ Брюммеръ, которыхъ мы видѣли въ самыхъ опасныхъ мѣстахъ

<...>