вернёмся в начало?

"Космический альманах" №5 2001 год

Посвящения

ДЖОНУ ИВАНОВИЧУ ГРИДУНОВУ
© А.З.Мнациканьян, 2001
Три раза Вам по двадцать пять.
Иль три четвертых века.
Позвольте юностью считать
Сей возраст человека.
Джон Великий, Гридунов, он же Рид,
Маг сценического слова, эрудит,
И король политчастушки, пародист,
Был рожден в районе Кушки. Ну, артист!

Басмачей лихой налет — всем конец,
Бьет с тачанки пулемет, шлет свинец,
А на ней под хрип коней, саблей звон
В мир вступил сразу в бой мальчик Джон.

Закричал малютка басом, аки лев:
"Это что за выкрутасы — быстро в хлев!
Вам чапаевцев не взять — не с руки,
Разбегайтесь поскорей в кишлаки!".

Как узрел его Создатель, он же Бог,
Самый первый Испытатель, Педагог,
Тамада, Маэстро слова и Мудрец,
Сразу понял: "Малый клевый! Молодец!

Аполлон он и Атлант — просто миф,
Вижу редкий в нем талант — любит нимф,
Он и сеятель, и жнец мировой,
И на сцене он игрец — вот такой!

На язык колюч, задирист, креп кулак,
С острой шпагою сатиры Бержерак,
Смел, спокоен и с отвагой, как Гаврош,
Надо жизнь его устроить — хошь не хошь".

Был с Чапаевым отец — честь ему,
Видно сразу — Джон боец по всему,
В авиации служить он готов,
Защищать свою страну от врагов.

Когда полк его летал, цель бомбил,
Джон с любовью культработу проводил,
А однажды он с Кашпуром (был аврал)
В "Хирургии" Чехонте роль сыграл.

Но, сломав, увы, дьячку-Кашпуру зуб,
С хирургией завязал и стал начклуб,
И в веселии людей имел успех,
"Козью ножку" заменил он на смех.

На эстраду накатил девятый вал,
С Пугачевой Джон в концерте выступал,
С Кристалинской и Утесовым — в ЦДРИ,
Столько чудных мизансцен — хоть умри!

Разгонял Джон — мощь эстрады велика -
В день воздушного парада облака,
А блестящий с Бидерманом "муздуэт"
В нашей памяти оставил яркий след.

Когда Юра с Байконура стартовал,
Добровольно испытателем Джон стал
И, безумно амплуа свое любя,
Выбрал хобби он крутое для себя.

Как-то в "Беркуте" надутом, в тесноте,
Восемь суток просидел на высоте,
Словно шкура леопарда, торс весь был
В синяках, но все рекорды перекрыл.

Испытал он перегрузок тяжкий гнет,
Имитируя космический полет,
Девятнадцать единиц легли на грудь,
Придавили к спинке кресла — не вздохнуть.

Джон, как Степп, и на ударные ходил,
И рекорд по всем параметрам побил,
А как летчик, что в аварии, в беде,
Пребывал часами в ледяной воде.

В чем его переносимости секрет,
Не понятно — он феномен или нет?
К сожаленью, не изучены пока
Его тайные капризы ДНК.

Знаем только — он не "снежный" человек,
Рыболов, турист и укротитель рек,
Помнят Ахтуба, Карелия, как Джон
Оживлял собою водный фон.

Хоть суров лицом, но в доброте велик,
Обернется сразу, коль услышит крик,
Кто-то просит помощь, в горе одинок,
Он протянет руку каждому и в срок.

По своим талантам — энциклопедист,
На эстрадной сцене — истинный артист,
И, как Данко, людям свой сердечный жар
Искренне и щедро дарит юбиляр.

Прожитые годы — это просто факт,
Пьеса не окончена — впереди антракт,
Лет до ста живи, Джон, радуя людей,
Мир устал от злобы, хочет быть добрей.

6 октября 2001 г.



ВАЛЕРИЮ БЫКОВСКОМУ
© М.Н.Бурдаев, 2001

Бурдаев Михаил Николаевич — космонавт-испытатель. С 1967 по 1983 год готовился к полетам на космических кораблях и орбитальных станциях. С начала 1970-х годов периодически, а с 1983 по 1989 год постоянно участвовал в управлении пилотируемыми космическими полетами. В 1989 году в звании полковника ушел в запас. В настоящее время работает старшим научным сотрудником в Российском государственном научно-исследовательском испытательном центре подготовки космонавтов имени Ю.А.Гагарина. Доктор технических наук, профессор.

Полсотни — это юбилей,
Пожалуй, самый главный.
Центральный в жизни он твоей,
За это — тост заздравный.
Точнее если рассмотреть
Законы долголетья,
Полсотни — жизни только треть,
А впереди — столетье.
Полсотни — это лишь привал,
Чтоб новых сил набраться.
Чуть отдохнул — и снова стал
В дорогу собираться.
Полсотни — это лишь трамплин:
Успел ты разогнаться
— Взлетай! И достигай вершин,
Какие многим снятся.